Элизабет Линн - Танцоры Аруна (Хроники Торнора)

— Довольно, — это говорил ему владелец руки. — Ты теряешь связь со своим телом.

Он повиновался, осторожно выбрался назад и вернулся в привычную оболочку.

Тело отозвалось холодом. Керрис не мог отдышаться. Возвратилось осязание, мягкость подушек и неровности переплетений циновки. Сознание озарилось новым светом.

Сефер поднес питье в стеклянном бокале. Керрис отхлебнул, смакуя вкус и аромат лимона. Он испытал только что нечто, совсем не похожее на торнорские «видения» или опыты, подсказанные Келом. Не верилось, что это исполнено им. Может, все дело в его учителе?

— Я действовал самостоятельно? — нерешительно спросил Керрис.

Сефер кивнул.

— Я просто не препятствовал тебе.

— Как это называется?

— Глубинное исследование. При его выполнении требуется крайняя осторожность. Слишком легко повредить себе и причинить вред другому.

— Я не…

— Ты был аккуратен. Пока неумел, но осторожен. В случае ошибки ты сразу же ощутил бы ее на себе. Дар предостерегает болью того, кто им владеет, и, испытывая боль, нельзя воспользоваться внутренней речью. Это команда немедленно отступить.

— После того как я попадал в Кела, у меня всегда болела голова и глаза.

— Обычная история. — Сефер поглаживал живот. — Многие реагируют так.

Керрис потягивал лимонад. Сейчас живостью и ясностью ума Сефер вызывал почти что восхищение.

— Вы поверили в меня. Спасибо.

— Почему я должен был думать иначе? Я знал, что ты незлоблив. Доброжелательные люди не бывают иными в мыслях.

— Но я не… — Керрис замолчал. Все его свойства и черты начинались с «не»: неуклюжий, неумелый, не имеющий руки…

— Керрис, — с укоризной сказал Сефер. — Ты не глуп и не слабосилен. Напрасно ты поверил не понимавшим тебя торнорцам. Можно сказать, знающий и довольно привлекательный молодой человек. Если я тебя не убедил, спроси у брата, — озорно закончил он… И легко проник в сознание, развернув череду желанных образов: Кел улыбается, Кел нагой, волосы Кела ниспадают на гладкую спину…

— Хватит, — взмолился Керрис. И тут же все прекратилось.

— Прошу прощения, — сказал Сефер, продолжая улыбаться глазами. — Я, кажется, переборщил.

Желтое пятно окна светилось на бумажной стене. Он нарочно дразнит, рассудил Керрис и спросил:

— Я тоже могу вот так?

— Вносить образы в сознание другого? После известной подготовки сможешь. Прием этот осваивается читающими мысли без особого труда. Смысл в том, чтобы, коснувшись образа, не стремиться к постижению его сути, а закрепить впечатление. Так же, как, касаясь предмета, ты сразу узнаешь его форму и фактуру, еще не предполагая о значении этой вещи.

— Можно попробовать?

— Для этого мы здесь. Приступай. — Сефер поманил рукой, приглашая.

Керрис пустился вперед. Они встретились.

— Легче касайся, — предупредил наставник. Сверкающая прохлада его сознания расстилалась гладью. А я как паук-водомерка на пруду, подумал Керрис, и в нем отозвалось веселье Сефера. Он чуть продвинулся, отступил и попробовал снова. Чувствовалось, что прикосновения слишком грубы.

— Все верно?

— Нет. Уходи.

— Что у меня было не так? — спросил он, вернувшись в себя.

Сефер потер подбородок.

— Твой дар слишком уж силен и давит на сознание другого. В этом все дело. А ты не пробовал ограничивать себя, устанавливать барьеры?

— Даже не пытался. А как?

— Представь себе стену, которая должна нас разделить, — кирпичную или каменную, как вздумается, но без единой щелочки и не имеющую конца. Через эту стену нельзя перебраться, ее невозможно разбить. Думай о ней.

Керрис закрыл глаза. Ему виделись стены Торнора. Образ выступил перед ним, будто из глубин прозрачного водоема. Он почувствовал боль от перенапряжения и услышал: остановись.

— Передохни, — сказал Сефер в голос. — Все у тебя получится. Не надо так усердствовать.

Керрис переждал, пока исчезнут неприятные ощущения, и сделал вторую попытку. Сложившийся было образ вдруг рассыпался, заставив вскрикнуть от боли. Стоп! — прозвучала тут же команда Сефера.

В глазах заплясали солнечные блики на шелковистом экране. Болезненный укол, полученный только что, напугал, и Керрис не сразу пришел в себя.

— Опять промашка.

— Ты не потерпел ущерба, это главный урок. Запомни, твои действия не причинят тебе вреда. — Сефер поднялся. — Пойдем.

— Куда?

— Выйдем, посидим в саду. — Сефер поправил подушки, выложив их ровненьким рядком. — Нам пора отдохнуть.

Керрис поднялся, хрустнув коленями, оттолкнул подушку.

В холле их остановил полнотелый мужчина.

— Корит разыскивал тебя, — сказал он Сеферу.

Волосы толстяка длинной косой свешивались на спину. На конце косу перевязывала шелковая ленточка. Руки с пухлыми пальцами выглядывали из рукавов рубахи розового цвета.

— Если увидишь, передай ему, что я в саду.

— Кто это? — спросил Керрис, едва незнакомец отошел.

— Дорин, еще один наставник. Мастер перемещения в пространстве. Мысленно он может побывать в очень далеких краях. Ты не проголодался?

— Немного.

— Погоди-ка. — Сефер нырнул в арку и скрылся за полосатой шторой. Ткань откинулась, пропуская его обратно с блюдом фетака в руках.

Они расположились прямо на траве. Керрис уселся спиной к изображению Хранителя. Освежающий вкус фетака начинал нравиться ему. Он смотрел на Сефера, голубую отделку его рубахи, похожую по цвету на реку в ясный день, и ел. В животе заурчало. Керрису стало стыдно собственной жадности. Он прилег в траву, локтем спугнув ящерицу. Сефер передвинул блюдо поближе.

— Ешь, тут еще много.

Поколебавшись, Керрис потянулся за новой порцией.

— Скайин! — От дверей Танджо к ним бежал мальчик, стройный, темноволосый, с тонкими чертами лица. Он бросился на траву, обиженно спросил:

— Где ты был? Я все комнаты обегал, — и сжал в ладонях правую руку Сефера. Высокие скулы и острый подбородок делали его лицо похожим на мордашку выдры. Учитель улыбнулся.

— Корит, это Керрис, брат Кела. Познакомьтесь. Корит умеет двигать предметы, как Ардит и Тазия.

— Привет, — улыбнулся мальчик.

Керрису вспомнилась водяная феерия с кипарисовыми ветками.

— Привет.

— Ты двоюродный брат Тазии. Я только что ее видел. Она без устали швыряет подушки.

— Одна? — встревожился Сефер.

— Нет, рядом была Тамарис.

Ответ успокоил наставника.

— Мой племянник Корит-довольно-таки назойливый тип. — Он взъерошил волосы мальчика. — Чего тебе сейчас нужно от меня, челито? Ты ведь не зря обрыскал Танджо?