Дэвид Эддингс - Сапфирная роза

- Возможно, мне следовало раньше сказать тебе об этом, матушка, сказал он, - но поначалу мне показалось это достаточно безобидным...

- Спархок, - строго сказала Сефрения, - и ты знаешь об этом лучше, чем я. Ты должен все рассказать, а потом позволь уж мне решать, что безобидно, а что - нет.

- Хорошо. Мне кажется, за мной следят.

Сефрения прищурилась.

- После того, как мы заполучили Беллиом из пещеры Гверига, у меня случился ночной кошмар. Там присутствовал и Азеш собственной персоной, и Беллиом. Там было еще что-то, непонятное, чему я не могу дать ни имени, ни названия.

- Может, попытаешься описать?

- Сефрения, я даже не могу это нечто разглядеть. Может быть, оно похоже на тень - что-то темное и мрачное, быстро скользящее и колеблющееся на самом краю моего зрения. И у меня такое ощущение, что эта тень питает ко мне большую ненависть.

- Она является тебе только во сне?

- Нет. Я вижу ее и тогда, когда не сплю. И, мне кажется, она появляется всякий раз, когда я достаю из мешочка Беллиом.

- Тогда попробуй это сделать сейчас, - велела ему Сефрения. Посмотрим, смогу ли я тоже увидеть ее.

Спархок достал мешочек и извлек из него на свет Сапфирную Розу. И тут же ощутил уже хорошо знакомое ему зловещее дрожание тьмы.

- Ты видишь? - спросил он.

Сефрения внимательно оглядела комнату.

- Нет, - вздохнула она.

Спархок положил Беллиом назад в мешочек и спрятал его у себя на груди.

- Ну, что ты думаешь? - спросил он Сефрению.

- Может, появление этой тени как-то связано с самим Беллиомом, - с сомнением в голосе произнесла она. - Хотя, честно говоря, я знаю о Беллиоме не так уж много. Афраэль не любила говорить о нем. Мне кажется, сами Боги боятся этого самоцвета. Я знаю немного о том, как им пользоваться и пожалуй что и все.

- И потом, не знаю, существует ли здесь какая-то связь, - задумчиво произнес Спархок, - но кто-то определенно интересуется и постоянно сует нос в мои дела. Помнишь тех людей на дороге в Эмсат, ту шхуну, которую заприметил Стрейджен в проливе, и тех негодяев, которые разыскивали нас, когда мы направлялись в Кардош.

- Не говоря уже о том, что кто-то пустил тебе в спину стрелу из арбалета, - добавила Сефрения.

- Может, это быть другой Ищейка? - спросил ее Спархок.

- Возможно, что-то похожее на него. Однако, помнится, во власти Ищейки люди становились бессмысленными исполнителями его воли. А эти попытки покушения на твою жизнь кажутся более разумными.

- Может, это какая-нибудь из других тварей Азеша?

- Кто знает... - задумчиво произнесла Сефрения.

- Ты не обидишься, если я немного поупражняюсь в логике?

- О нет, если ты чувствуешь, что должен - то можешь, - улыбнулась она.

- Итак. Раньше нам стало известно, что Азеш прилагал все свои усилия, желая моей скорейшей смерти.

- Хорошо.

- Хотя сейчас, когда у меня в руках появился Беллиом и я могу пользоваться его могуществом, моя смерть станет для Азеша еще более желанной целью.

- Ты утверждаешь очевидное, Спархок.

- Я знаю, но логическая мысль допускает это. Итак. Не всегда, но обычно попытки убить меня случаются незадолго после того, как я вынимаю на свет божий Беллиом и ловлю мимолетное дрожание черной тени.

- Ты думаешь, что здесь существует связь?

- Разве это невозможно?

- Всегда все возможно, Спархок.

- Что ж, тогда эта тень может быть действительно одним из созданий Азеша, чем-то вроде Дэморка или Ищейки. Конечно, все это только наши предположения, но, может, стоит как-то обезопасить себя на случай, если наши домыслы окажутся правдой.

- Это необходимо сделать, Спархок. И, в первую очередь, ты никогда без особой на то нужды не должен доставать Беллиом. А уж если тебе придется сделать это, то будь настороже.

- К этому мне не привыкать, - вздохнул Спархок.

- И, я думаю, пусть этот разговор останется лучше между нами. Если эта тень действительно одна из тварей Азеша, то она в любой момент может восстановить наших друзей против нас. Если мы расскажем им о наших подозрениях, тень, вероятно, сможет прочесть об этом в их мыслях и предупредить Азеша о том, что нам все известно.

- Может, все наши проблемы разрешились бы сами собой, если бы мы уничтожили Беллиом прямо здесь и сейчас? - с трудом проговорил Спархок. Он долго собирался с духом, чтобы задать этот вопрос, испытывая при этом тяжесть на сердце и нежелание делать это.

- Нет, дорогой мой, - покачала головой Сефрения. - Он нам может еще понадобиться.

Сефрения немного помолчала, а потом мрачно добавила:

- Мы еще не ведаем даже того, какая сила высвободится при его разрушении. Возможно, мы рискуем лишиться самого дорогого для нас.

- Например?

- Города Симмур или... всей нашей Эозии.

6

На город опустились сумерки, когда Спархок осторожно приоткрыл дверь в опочивальню Эланы и тихими шагами приблизился к королевскому ложу. Глаза королевы были закрыты, а пушистые ресницы слегка подрагивали на спокойном и безмятежном во сне ее лице. Красивые светлые волосы золотистым каскадом струились по подушке, переливаясь в отблесках мягкого света единственной свечи, горевшей в комнате. Сердце Спархока сжалось при мысли о том, какие страдания пришлось вынести его юной воспитаннице, все детство которой прошло при жестоком и развращенном дворе, где заправлял первосвященник Энниас. И многое отдал бы рыцарь, чтобы холодное и суровое выражение никогда не омрачало спокойствия нежных черт ее красивого лица. Втайне он любил эту бледную девочку, хотя никогда бы не согласился признать это вслух. Он не мог поддаться искушению и воспользоваться той детской привязанностью и расположением, которой дарила его маленькая королева. Он считал, что слишком стар для нее, и про себя твердо решил, что ни при каких обстоятельствах не омрачит тяжестью своих лет жизнь этой девочки.

- Я знаю, что ты здесь, Спархок. - Глаза Эланы по-прежнему оставались закрыты, лишь легкая мягкая улыбка тронула уголки ее губ. - Я любила так делать в детстве. Когда ты наставлял меня, особенно по вопросам теологии, я начинала дремать - или просто притворялась. Ты еще некоторое время продолжал говорить, а потом садился и глядел на меня. В эти минуты мне всегда было так хорошо, тепло и спокойно на душе, и, казалось, совсем нечего бояться. Наверное, это были самые счастливые мгновенья в моей жизни. Подумать только, когда мы обвенчаемся, ты каждую ночь будешь смотреть на меня, засыпающую в твоих объятиях, и ничто на свете не будет страшно мне, потому что со мною будешь ты, мой рыцарь. - Королева открыла газа. - Подойди и поцелуй меня, Спархок, - сказала она, протягивая к нему руки.

- Это неприлично, Элана. Ты не совсем одета, да к тому же лежишь в постели.