Дмитрий Мансуров - Настоящие охотники за галлюцинациями

Но все же уйма времени была потрачена впустую. Владислав так и не приблизился к разгадке. Черт явно лукавил, утверждая, что информация лежит на поверхности. В реальности на поверхности лежал всякий мусор.

Когда часы пробили шесть, Владислав сообразил, что ищет информацию не на той поверхности.

«Чертей-то до меня в здравом уме никто не видел, – вспомнил он, – значит, искать реальную информацию о том, что им нравится в людях, в интернете бесполезно».

Встав из-за стола, Владислав вернулся в прихожую и достал из пакета принесенные Наташей книги. Но и в них ответа на вопрос не оказалось: энциклопедия колдовства и демонологии помочь в решении вопроса не могла. Автор потратил пятьдесят с лишним лет жизни, доказывая, что ведьм и чертей не существует, а средневековые проделки колдуний на самом деле являлись тщательно спланированными наговорами людей, желающих отнять чужое добро, используя официально разрешенные способы. Хотя имущество убитой колдуньи отходило инквизиции, доносчику полагалось приличное вознаграждение, и шустрый народ, добывая легкую денежку, без устали возводил напраслину на ближнего своего. Случаи столкновения людей с нечистой силой описывались разве что в книжках с мягкой обложкой и, как полагал Владислав, являлись бредом воспаленного сознания авторов. Как доказывал один его знакомый, нормальные люди не могут писать о паранормальной чепухе, НЛО и разных снежно-песчаных людях. Такое обожают либо сумасшедшие, либо обкурившиеся. А нормальные авторы пишут истории о распутстве звезд политики и эстрады, о зверских убийствах, грабежах или, на крайний случай, о техногенных катастрофах.

Стало ясно, что с наскока найти ответ на вопрос не удастся. Придется прибегнуть к помощи команды. Одна голова хорошо, а четыре – лучше, если они растут не из одной шеи, конечно. Мифический Змей Горыныч мог поспорить на этот счет, но мнения выдуманных персонажей в расчет не принимались. Не та эпоха.

Институтские коридоры встретили Владислава непривычной тишиной. Работники довершили уборку в кабинетах и теперь наслаждались незапланированным отдыхом на дачах, шести сотках или в квартире на диване. Владислав заглянул в свой кабинет. Рабочий инструмент чертей так и лежал горками на полу: разобиженные «барабанщики», выплескивая ярость и разрушая институт, в пылу погрома забыли прихватить отброшенные монтировки и разнокалиберные молоточки-кувалдочки. Но кроме Владислава увидеть эту груду в трезвом состоянии не мог никто, а стало быть, и убирать ее никто не станет. И по возвращении Владислава из отпуска куча потустороннего хлама, скорее всего, так и останется лежать в отремонтированном кабинете.

– Даром он мне дался после ремонта, – прокомментировал Владислав, и пока никто не видит, как он подбирает с пола нечто невидимое, открыл окно и выбросил чертячьи инструменты в бак. Тот самый, куда вчера попадали их владельцы. Инструмент оказался не особо легким, а когда Владислав приподнял с пола миниатюрную кувалду, то и вовсе поразился её весу. Килограммов двадцать пять как минимум, и удары подобным инструментом должны вызывать настоящие мучения. Но хоть ты тресни, а не вспоминался коллега, которому доставалось этой колотушкой.

«Потрясающее самообладание, – подумалось Владиславу. – Что только не терпят люди, лишь бы не посещать поликлинику…»

Последняя кувалда звучно упала в заполненный с горкой бак.

– Теперь можно и в отпуск! – сказал Владислав, закрыл окно и с чувством выполненного долга отправился искать коллег по охоте за чертями и получению от последних на орехи.

Геннадий, Макар и Наташа сидели в тени деревьев на скамейке, негромко обсуждали сторонние проблемы, время от времени смелись и то и дело поглядывали по сторонам, выискивая среди прохожих руководителя команды.

– Привет, дама и господа! – поздоровался Владислав, подходя к друзьям в тот момент, когда они дружно смотрели в противоположную от него сторону. Что они там увидели, так и осталось для Владислава загадкой.

– Привет, Влад! – громче остальных поздоровался Макар. – Кстати, между нами говоря, изучающая мистику дама называется ведьм… ой!!!

Восклицание относилось к Наташе – моментально среагировав на речь Макара, лаборантка стукнула его по затылку пакетом с книгами.

– Ты чего дерешься? – ахнул Макар. – Больно же!

– Немедленно возьми свои слова обратно, – приказала Наташа. Богатству интонаций в ее голосе позавидовал бы и профессиональный актер. Владислав хотел было остановить разгоравшийся спор, но вовремя увидел, что в глазах троицы проскальзывают смешинки. Коллеги всего-навсего развлекались.

– Не могу, – ответил Макар. – Слово – не воробей, вылетит – не поймаешь.

– Возьмешь, – Наташа приподняла пакет для очередного удара.

– А вот и не возьму, пока ты не заберешь обратно свой удар и не опомнишься, – заявил Макар.

– Опомнюсь? – не поняла Наташа. – От чего?

– От заблуждений насчет стиля поведения современных женщин.

– Точнее, – потребовала лаборантка.

– Тебе необходимо срочно вспомнить о женских манерах! – воззвал к лучшим чувствам девушки Макар. – Где твоя любовь к красоте и гармонии? Тебе положено любить вишневый сад, а не применять методы маркиза де Сада…

– Мне нравится вишневый сад.

– Тогда тем более забирай свой удар обратно! – воскликнул Макар. – Иначе с места не сойду, пока не заберешь.

– А если не заберу?

– Тогда через неделю, тщетно пытающийся дотянуться до семечек и хлебных крошек, рассыпанных по земле старушками, подкармливающими голубей, и пьющий воду каплями редких дождей, я умру от голода и жажды.

– На это стоит посмотреть, – обрадовалась Наташа. – А ты точно сдержишь свое обещание?

Макар проворчал:

– Она еще издевается… Влад, а что у тебя новенького?

– Для начала позвольте приземлиться на вашу скамейку, – Владислав сделал жест рукой, прося коллег подвинуться. Геннадий и Макар отодвинулись, освобождая место новоприбывшему. Наташа сложила пакет пополам и положила его на колени. Владислав отметил: сегодня объем книг невелик. Это радует. Но всё же стоит выяснить, сколько литературы на подобную тематику хранится у Наташи дома. Не исключено, что придется использовать эти книги в качестве учебных и методических пособий, а если их окажется много, и в каждом будет описана своя точка зрения на происходящее, то придется изучать проблемы самому с чистого листа, пытаясь опытным путем отыскать правду.

«Кому сказать, что подобную ахинею я начну применять в качестве справочников – уржутся до потери сознания», – подумал он.

Троица ожидала ответа.

– Откровенно говоря, – сказал Владислав, – ничего хорошего. Черт решил поиграть со мной в игру «угадайку», чтобы жизнь малиной не казалась. Поэтому сегодня мы будем дружно искать ответ на его загадку. И если мы достойны его мнения о наших умственных способностях, то найдем ответ.

Макар медленно потер подбородок.

– Он возомнил себя Сфинксом?

Владислав отрицательно кивнул головой.

– Если он начистоту выложит нам сведения о сородичах, то его будущее окажется куда более тяжким, чем наш вчерашний вечер. Выводы делайте сами.

Троица замолчала, обдумывая известие. Первым ответил Геннадий:

– Тогда задавай его загадку, чего время терять?

– Чем больше пьет, тем сильнее притягивает… – пробормотал Макар. – Ну, тут и гадать нечего: их притягивает запах спирта. Это даже не загадка, а так, одно издевательство.

– Ты не прав, – возразил Владислав.

– Докажи! – потребовал Макар.

Владислав укоряющее посмотрел на коллегу: данный вывод первым пришел и в его голову, но тогда следовало признать, что на предприятиях, производящих алкогольную продукцию, чертей должно быть в сотни раз больше, чем тараканов в квартирах алкоголиков. А сотрудники предприятий должны денно и нощно глотать десятки таблеток цитрамона, спасаясь от головной боли, или вовсе уходить на другое место работы.

– У нас столько всего делается на спирту, что чертей банально не хватит бить всех спирторазящих.

– Почему не хватит?

Владислав обратился к лаборантке.

– Наташа, ты ведь пользуешься духами?

– Конечно!

– Гена, а ты до сих пор покупаешь «Шипр»?

– Разумеется, – подтвердил Геннадий.

– Тогда признавайтесь: мучает вас головная боль после применения данных спиртосодержащих жидкостей?

Геннадий и Наташа отрицательно закивали головами.

– И ещё, – добавил Владислав. – Лекарства на спирту тоже должны привлекать чертей, но я не помню ни одного врача, которому было бы мучительно больно от обилия спирта в рабочем кабинете.

Макар хмыкнул.

– А если черти все-таки бьются над вашими головами, но вы этого не замечаете? – высказал он очередную версию. – Никто из нас, включая Влада, не знает, каких размеров бывают черти. Что если на одного здоровенного приходится сотня небольших и тысяч двадцать микроскопических? Вот вы утром побрызгались одеколоном или духами и живете себе спокойно, не подозревая, что с момента брызгания в ваших волосах аналогом блох прыгают тысячи микроскопических чертей, пытающихся пробить толстый слой кожи крохотными кувалдочками, отбойными молотками и портативными экскаваторами.