Дмитрий Мансуров - Настоящие охотники за галлюцинациями

– Слышал. – Николай хихикнул. – Похоже, вы уже пытались получить ацетальдегид предложенным мной способом, но переоценили собственные силы. Я прав?

Владислав укоризненно покачал головой.

– А о чём я еще могу подумать? – возразил Николай. – Вы определенно занимаетесь какой-то ахинеей, но не пойму, какой и ради чего.

– Как только создашь нам литр ацетальдегида, так сразу же и раскроем секрет, – сказал Владислав. – Я обещаю.

Глава 11

Владислав сидел в кресле, передвинутом в угол лаборатории. Николай возился с пробирками, создавая ацетальдегид, а Макар и Наташа вышли на улицу, не дожидаясь окончания эксперимента. Владислав настоял: решил перестраховаться и обойтись малыми жертвами в случае непредвиденных обстоятельств.

Надев черные очки, специально купленные по случаю эксперимента – чтобы черти ненароком не перехватили его взгляд, – Владислав раскрыл взятый со стола справочник по химии и притворился читающим. Время от времени он посматривал по сторонам в поисках рогатых, но кроме безрогого химика пока еще никого не видел. В ожидании окончания опытов он осилил три страницы справочника и словно ребенок радовался найденным в тексте знакомым словам.

– Готово! – возвестил Николай, поднимая вверх руку с пробиркой, на треть заполненной почему-то зеленой жидкостью. – Ацетальдегид, пробная партия. Что теперь?

– Отлично, – Владислав отложил книгу, подошел к Николаю и поставил перед ним пустую литровую банку с лежавшим на дне пластмассовым пупсом. – Теперь выливай его сюда.

– Полностью?

– Полностью.

Николай наклонил пробирку и вылил жидкость в банку. Владислав поболтал банкой и поставил ее на пол подальше от химика и от себя.

– Закрой пробирку пробкой, – попросил он.

– Как скажешь, – Николай выполнил просьбу. – Что теперь?

– Теперь ждем, – сказал Владислав, – и скоро ты узнаешь, для чего мне понадобилось создавать ацетальдегид. Отодвинься к окну на всякий случай.

– Он не взрывается, – заметил химик.

– Сам – нет, – согласился Владислав. – Но ты всё равно отойди.

Николай пожал плечами, и, не вставая с кресла на колесиках, отъехал к окну.

– Ты хотя бы намекни, чего мне стоит ждать? – попросил он.

– Увидишь, – сказал Владислав. – А сейчас сделай вид, будто занимаешься другими делами. Как только оно начнется, я сразу об этом сообщу.

– Начнется что? – потребовал объяснений Николай.

– Я не могу сказать однозначно, – лаконично объяснил Владислав. – Ты жди. Если я не ошибаюсь, то ожидание продлится недолго.

– А если ошибаешься, то мы просидим перед банкой до конца смены, как два идиота? – заметил Николай.

– Возможно.

– Потрясающе… Занимаемся черт знает чем ради непонятной цели. Не был бы ты моим другом, давно бы тебя выгнал за издевательства и забрал бутылку в качестве моральной компенсации.

– Поверь мне, Коля, оно того стоит.

– Давай, я сам сделаю выводы о стоимости увиденного, – возразил Николай. – А пока, сдается мне, вы решили устроить глупый розыгрыш, и это недорогого стоит.

– Разве я похож на Пельша?

Николай отрицательно кивнул головой.

– Но это ничего не меняет: Пельш не устанавливал монопольное право на глупые розыгрыши.

– Ты жди, и счастье придет, – Владислав вернулся на свое место и едва взял книгу, как увидел в окне рогатую физиономию. Принюхивающийся черт медленно поворачивал голову и уверенно шел на запах ацетальдегида. Владислав замер, боясь спугнуть добычу.

– Начинается… – прошептал он.

– Где? – встрепенулся Николай.

– Не делай резких движений, – попросил Владислав, – а то сорвешь эксперимент.

Черт дотронулся до окна, легонько постучал по стеклу, медленно просунул сквозь него руку и с такой же скоростью прошел по подоконнику, входя в кабинет. Снял сковородки с пояса и перепрыгнул с подоконника на стол, у которого сидел Николай.

Владислав прикусил губу: в его планы не входило избивание химика нечистой силой. Черт почти уже ударил сковородками по голове ни о чем не подозревающего Николая, но в последний момент остановился, замер в нерешительности и принюхался: устойчивый запах шел не от химика.

Сковородки вернулись на пояс, а черт перевел взгляд на Владислава. Тот мгновенно опустил глаза и сделал вид, что читает книгу. Секундный испуг прошел, когда Владислав вспомнил о черных очках на носу. Он перевел взгляд обратно на черта и вздрогнул от неожиданности: рогатый сковородочник уже стоял перед ним, пристально вглядываясь в черную поверхность стекла со своей стороны. Сорвавшееся с губ ругательство Владислав удачно соединил с химическим термином и сделал вид, будто проговаривает читаемый текст.

Удара сковородками не последовало: озадаченный черт и здесь не обнаружил искомое. Но зато теперь он точно уловил источник запаха. Владислав перевел дух и увидел, как по стене в сторону банки крадется еще один ударник потустороннего труда.

«Спайдерчёртбываспобрал», – пронеслось в голове. Владислав перевел взгляд с первого черта на второго. Николай тем временем косился на банку, ничего необычного не обнаруживал и сгорал от нетерпения.

Первый черт заглянул в банку и отскочил, основательно нюхнув ацетальдегида. Сковородки оказались в его руках, черт закружился вокруг себя, подлетел и, уменьшаясь в размерах, прыгнул в горлышко банки как раз в тот момент, когда второй черт, приманенный запахом, встал на четвереньки и склонился над ней, пытаясь понять, что за странный человечек сидит внутри.

«Бамммм!!!»

Удар от столкновения чертей оказался настолько сильным, что конечности второго черта разъехались в стороны. Пострадавшего крепко заплющило, и он разлегся по полу на манер шкуры убитого медведя: с сердитой мордой и раскрытой пастью. Первый черт словно и не заметил столкновения. Пришедший в неистовство от обилия ацетальдегида, он влетел в банку и устроил пластмассовой кукле дикую сковородочную дробь.

Банка мелко задрожала и сдвинулась с места.

Николай вытаращил глаза.

– Никогда бы не подумал, что ацетальдегид способен передвигать посуду, – пробормотал он.

Владислав поднял голову, чтобы ответить и увидел смотрящих в окно чертей. Пятнадцать рогатых стояли на подоконнике, намереваясь в скором времени перебраться в лабораторию и присоединиться к танцующему со сковородками в банке.

Лежавший на полу черт помотал головой, отгоняя видимые одному ему звездочки. Сконцентрировал зрение и увидел в банке того, кто заставил эти звездочки появиться и заводить вокруг головы пострадавшего веселый хоровод. Он зарычал, схватил булавы за рукоятки и с места запрыгнул в банку, стремительно уменьшаясь во время прыжка.

Первый черт не успел ничего понять, как озверевший собрат оседлал его шею и зверски заколотил по макушке, намереваясь как минимум отшибить ему рога.

– Какой кадр пропадает, – пробормотал Владислав. Сотовый с фотоаппаратом лежит в кармане, но какой от него толк, если техника до сих пор не научилась фотографировать потусторонних существ.

Толпа чертей стройными рядами спрыгнула с подоконника и побежала к банке, на ходы доставая оружие и готовясь основательно настучать по голове пупса, ошибочно считая, что игрушка пьяна и должна в полной мере ощутить на себе последствия употребления алкоголя. Один за другим запрыгивали черти в банку и начинали колотить всё, что попадалось под руку: концентрация ацетальдегида оказалась слишком большой, чтобы бить одного пупса.

Владислав вытаращился на происходящее, словно баран на новые ворота. Подобного он никак не ожидал, и теперь лихорадочно соображал, чего в происходящем больше – плюсов или минусов.

Медленно приблизившись к банке – чтобы не спугнуть чертей, увлеченно мутузивших друг друга и пьянеющих от обилия ацетальдегида, – он надел на горлышко полиэтиленовую крышку и приподнял банку над полом. Черти остались внутри, и банка мелко тряслась от их ударов и скачков.

– Гениально! – воскликнул он.

– Что гениального ты нашел в облитом ацетальдегидом пупсе? – не понял Николай.

Владислав хитро улыбнулся.

– У меня к тебе есть деловое предложение, – сказал он, не отвечая на вопрос. – Ты создаешь мне большую партию ацетальдегида, а я покупаю ее по рыночной стоимости в любое время дня и ночи, если не сплю и держу на руках наличность.

– Зачем тебе так много? – напрямую спросил Николай.

– Главное, что я плачу наличными. Ты согласен производить ацетальдегид и дальше?

– Конечно, – кивнул Николай. – Но смысл происходящего далек от меня не меньше, чем до его создания. Ты можешь толком объяснить, что происходит? Я ничего не понял. Почему банка затряслась?

– Видишь ли, я как раз занимаюсь изучением данной темы, – пояснил Владислав. – Как только получу внятные ответы, непременно сообщу тебе об этом.

Николай покачал головой.

– А говорил, что я сразу пойму.