Дмитрий Мансуров - Настоящие охотники за галлюцинациями

Оглянувшись в сторону коллег – не наблюдает ли кто за ними, – четверка направилась к скамейке. Макар, мрачно поглядывая на лаборантку, сорвал с пакета ленточку, раскрыл коробку и разом сунул в рот три конфеты.

– Сам съем, – сказал он. – С ромом, между прочим. Никто не хочет?

– Смотри, напьешься! – предупредил Владислав. Ему представились крохотные черти, бегающие по голове Макара, объевшегося конфетами до состояния не вязания лыком, и по одному выдергивающие волосы из его шевелюры.

– Нет, спасибо, – ответил Геннадий. Владислав тоже отказался, а повторно предлагать конфеты Наташе Макар не стал и съел их в полном одиночестве, из принципа. И халат подарил проходившей мимо старушке, наговорив с три короба о новой акции института, руководство которого решило в честь юбилея директора подарить самым бойким старушкам по новому халату. Так сказать, доказать, что наука не забыла о людях и до сих пор всячески пытается им помочь.

Старушка поблагодарила, назвала Макара приятным молодым человеком, пожелала ему добра и счастья, и ушла, светящаяся радостью на половину микрорайона.

Макар по-детски показал Наташе язык: раньше не взяла халат, а сейчас поздно метаться. Пусть в нём ходит человек, по достоинству оценивший этот скромный и безвозмездный дар.

– Стало быть, ты желаешь работать с нами? – спросил Владислав. – Но что ты собираешься делать в группе, если мы сами не уверены в ее дальнейшем существовании?

– Как это, не уверены? – удивился Геннадий. – Я очень даже уверен. И Макар тоже.

– Я здесь – главное звено, – напомнил Владислав.

Наташа пожала плечами.

– Консультировать, конечно, – пояснила она. – Я же прочитала кучу материалов на тему изгнания духов!

– Ха! – буркнул Макар, просматривая одну из книг. – Специалист по ахинее. Немного толку от псевдонаучных записей.

– Зато избавлять людей от головной боли путем дергания чертей за хвосты – это строго научный метод, – отпарировала она. Макар открыл рот, но не нашел, что ответить. – Вот и дальше молчи, пока умные разговаривают.

– Назови одну уважительную причину, по которой мы обязаны принять тебя в команду? – спросил Владислав.

Наташа подумала.

– Я – умная, хорошая, белая и пушистая, – пояснила она. Судя по выражению лица Макара, с последними словами лаборантки он был категорически не согласен. – И мне деньги нужны не меньше вашего. Закроют институт – в следующем месяце мне придется есть одну вермишель с горячей водой.

– Но после случившегося в институте, – сказал Владислав, – разве тебя не пугает возможное возмездие чертей? Ведь в следующий раз оно вряд ли окажется меньшим по силе разрушения, а черти дерутся, как… как черти. Хм…

Наташа уперла руки в боки, всем своим видом показывая, что сумеет выстоять против чертей в честном бою сковородками.

– Ладно, мальчик и два дядечки, – сказала она, – я понимаю, что ответный удар чертей – это больно и разрушительно, но вы первые ворвались в мой кабинет, стянули халат и затолкали меня в шкаф.

– Не вижу связи между нашим появлением в кабинете и твоим появлением в нашей команде, – буркнул Макар. – Мы тебя спасали, если ты вдруг забыла.

– Не-не-не! – не согласилась девушка. – Вы спасали себя, а меня чудом не оставили в чем мать родила. Поделившись халатом, я оказала вам посильную помощь, и теперь жду от взаимности.

– На какую взаимность ты рассчитываешь, влепив мне пощечину? – поинтересовался Макар.

– А на такую! – отпарировала Наташа. – Обычно я бью нападающих коленом в пах, раз и навсегда лишая нахалов возможности иметь детей. Пощечина в данном случае – это крайне вежливое предупреждение.

Макар снова застыл с открытым ртом.

– Ну, хорошо, – сказал Владислав. – Как руководитель группы, я принимаю тебя на работу с испытательным сроком до восстановления института. Дальше – посмотрим по обстоятельствам.

Натана времени даром терять не стала.

– Когда приступать? – спросила она.

– Прямо сейчас.

– А что делать?

– Обсудим кое-какие предположения, – пояснил Владислав. – Я вчера долго думал и понял: черти усаживаются на шее больного или выпившего, но никак не здорового человека. Когда мы поймем, какое вещество их привлекает, мы сумеем синтезировать его и устроить пробную поимку чертей.

– А чем ты их ловить собрался? – заинтересовался Макар. – Или во что, если точнее?

– Надо подумать, – уклончиво ответил Владислав.

– Можем использовать для этого пустые бутылки, – предложил Геннадий. – Раньше в кувшины загоняли джиннов, а теперь мы станем загонять в бутылки чертей. Как идея?

– Мне нравится, – признался Владислав. – И особенно понравится тому, что эти бутылки случайно обнаружит и откроет. Запомнит на всю жизнь.

Обсуждение идеи пришлось отложить: директор завершил собрание, и работники института разошлись по кабинетам наводить порядок. Перед уходом в отпуск им требовалось выполнить немало работы: собрать нужные бумаги в отдельные стопки, забрать личные вещи, перенести целые компьютеры в приспособленный под склад кабинет на время ремонта, а так же разобрать сломанную мебель и вынести ее на улицу.

Из-за толкотни в коридорах особо умные работники избавились от мебели проще: выбросили ее в окна. При этом в полет отправилась и неповрежденная чертями мебель: работники справедливо решили, что они не хуже остальных, и почему они должны продолжать работу на старой мебели, если другим коллегам поставят новую? Гнева бухгалтера не опасались: при соприкосновении с землей ни один шкаф или стол не останется целым, а бухгалтер не сумет определить, какая мебель сломалась не до полета, а после приземления. Ненужные бумаги летели на улицу тем же курсом.

Через три часа уборка кабинетов завершилась захламлением институтской территории, но дворники не роптали, а скрупулезно прикидывали, сколько денег заработают на сдаче бумаг в утиль и продаже старых столов и шкафов всем желающим.

Команда намеревалась вернуться на скамейку и обсудить планы на будущее в тени деревьев, но неожиданно увидела, что скамейки вокруг института оказались заняты старушками, болтающими о вчерашней серии какого-то сериала и кормящими голубей. Отъевшиеся птички ленились взлетать и шарахались от прохожих с таким видом, словно делали последним великое одолжение.

Увидев выходящего из института Макара, старушки с ближайшей скамейки дождались, пока он не пройдет мимо них и обратились к нему с вопросом:

– Молодой человек, можно Вас на минутку?

Макар огляделся по сторонам. Слева – Владислав, справа – Геннадий, оба старше на несколько лет. Наташа – моложе, но на звание «молодой человек» не претендует. Придется отдуваться самому.

– Пожалуйста! – сказал он. – А в чем дело?

– Вы не подскажете, – поинтересовалась старушка, – когда в институте начнут раздавать ночные халаты? А то мы уже три часа ждем!

– Халаты? – растерялся Макар.

– Ну да, – сказала старушка. – Нам соседка по дому сообщила, что здесь бесплатно халаты раздают в честь юбилея, вот мы и собрались. А скоро еще наши знакомые подъедут, мы им позвонили.

Макар перехватил укоризненный взгляд коллег и потерял дар речи.

– Извините, но халаты уже закончились, – перехватил инициативу Владислав. – Юбилей небольшой, и халатов купили соответственно.

– Как это, кончились? – помрачнела старушка. – Мы будем жаловаться.

– Вы знаете, – вступил в разговор Геннадий. – Если вам не досталось халатов, то вы имеете полное право забрать одну единицу мебели. Видите, их специально вынесли на улицу, чтобы желающие могли оценить шкафы и столы по достоинству, а понравившиеся увезти домой.

– Вы серьезно?

– Не верите, сами спросите! – воскликнул Геннадий.

Старушки отправились рассматривать столы и нервировслиать дворников, лишающихся легкой прибыли, а четверка быстрым шагом разошлась по домам, решив приступить к обсуждению планов на будущее завтрашним утром.

Глава 10

Вернувшись домой в три часа, непривычно раннее время, Владислав прошел в комнату сыновей проверить, нет ли кого из них дома, и от неожиданности застыл на пороге от увиденной картины. Младший сын пытался играть в компьютерную игрушку, а давешний черт сидел рядом с ним, истерически хихикал и всячески мешал процессу, невпопад нажимая на клавиши и периодически подталкивая мышку. В результате коварных действий рогатого пакостника сын не успевал как следует прицелиться и подать правильную команду, а потому нервничал, быстро проигрывал и в который раз начинал игру с точки сохранения.

Владислав наблюдал за происходящим безобразием минут пять, пока черт одновременно не надавил на несколько клавиш. Герой традиционно выскочил из-под укрытия, моментально словил град пуль и безжизненно разлегся на земле. Появилась надпись «Конец игры», и черт, довольно потирая руки, сменил истерическое хихиканье на злорадный гогот.