Дмитрий Мансуров - Настоящие охотники за галлюцинациями

– Вот ведь глючная игрушка! – с досадой воскликнул сын. Устав противостоять невидимому черту, он вышел из игры и заметил в дверном проеме стоявшего родителя.

– Привет! – поздоровался Владислав.

Сын удивился и перевел взгляд на настенные часы, попутно убавляя громкость колонок. Голос Кипелова, певшего песню об отшельнике под гитарные ритмы, вызывавшие нервную дрожь у гламурных представителей разумной жизни, перестал сотрясать хлипкие оконные стекла. Увидев, что сейчас не седьмой час, а всего лишь около трех, Витя немного успокоился – в первый момент он решил, что потерял счет времени и провел за компьютером не положенный час в день (согласно уговору с родителями), а все шесть.

– А ты чего так рано домой вернулся, пап? – спросил он.

Владислав на миг задумался: если сказать правду, то ребенок решит, что его обманывают. Если обмануть, то обидится, когда правда всплывет наружу: телевидение непременно расскажет о разгроме института во всех красках. Даже преувеличит для красного словца. Хотя куда там преувеличивать?

– Институт разгромили, Витя, – признался он. В глазах сына загорелся огонек интереса, а черт на заднем плане и вовсе упал на пол, перед этим согнувшись пополам от злорадного хохота.

«Вот ведь собака… – эмоционально подумал Владислав. – Еще и злорадствует!»

– Ух, ты! А зачем? – поинтересовался Витя.

Владислав перевел взгляд с черта на сына.

– Нужен был повод начать ремонт, а его никак не находили.

– Правда?! – восхитился Витя. – Пап, а ведь мы тоже в квартире давно ремонт не делали. Можно, я прямо сейчас дам повод?

– В отличие от института, у нас нет денег на ремонт, – остановил его Владислав. – И на самом деле не мы разгромили институт.

– А кто?

– У нас какая-то аномалия завелась.

Черт захохотал пуще прежнего, что не помешало ему посмотреть на Владислава с укоризной: сам ты аномалия! Тебя за хвост дерни – еще посмотрим, сколько зданий по кирпичику разнесешь от обиды и злости!

– Круто! – прокомментировал сын. – Нам бы такую в школу перед контрольной.

Черт воссиял и положительно закивал головой.

– Даже не думай! – приказал Владислав, по большей части обращаясь к черту, а не к сыну.

– Почему? – не понял Витя. Черт показал язык.

– После такого разгрома вам придется учиться во время летних каникул, – пояснил Владислав. – Оно тебе надо?

Сын оказался здравомыслящим.

– Хм…действительно… – сказал он. – Ладно, я тогда погулять схожу.

– Уроки сделал?

– А нам ничего не задали.

– Ты уверен?

– Абсолютно.

– А почему ничего не задали?

– Эксперимент, – пояснил сын, но в подробности не пустился.

– Пусть так, – кивнул Владислав. – Но если меня вызовут в школу наблюдать за катастрофическими последствиями этого эксперимента, определенной части твоего тела не избежать многократного столкновения с моим ремнем.

Сын удивился:

– А почему сразу моего? – спросил он. – Я – обычная подопытная свинка. Это все завучи с учителями химичат, вот им и должно доставаться за катастрофические последствия.

– Учителя тоже не при делах, – уточнил Владислав. – Им сверху директивы присылают.

– Значит, – подытожил сын, мысленно проведя цепочку до самого верха, – за провал эксперимента ты устроишь столкновение ремня с определенной частью тела министра образования?

– Нет, – отрицательно кивнул головой Владислав. – Наши министры изучают опыт западных стран и перенимают его на нашу голову.

– Ты отправишься бить ремнем американского президента? – сделал вывод сын.

– Поздно его бить ремнем… – вздохнул Владислав. – Уже не поможет.

– Угу… – глубокомысленно ответил сын. – Значит, за катастрофы в нашей жизни виновных не найти?

– Именно… – поддакнул Владислав. – Слушай, Витя, вы в школе философию начали изучать, что ли? Я от тебя никогда еще таких ответов не слышал.

– Я сам по себе такой умный! – гордо ответил сын.

– Ну, раз так, то можешь смело идти гулять, – разрешил Владислав и отправился на кухню подогревать вчерашний борщ.

Сын позвонил другу по сотовому телефону и пулей выскочил на улицу.

Оставшийся наедине с компьютером черт не стал терять времени.

– Билл Гейтс маст дай! – азартно прокричал он и, прежде чем Владислав поел и позвал черта на серьезный разговор, успел устроить в операционной системе форменный беспорядок.

– Что значит, как мы определяем, кого долбить по голове? – удивился черт, когда Владислав поделился с ним своими соображениями и идеей Геннадия. Против поимки сородичей черт ничего не имел – сказывалась мелко-злодейская натура последнего и желание посмотреть, чем это шоу закончится. А некоторых чертей он был готов и лично упрятать куда подальше, лишь бы не видеть их до скончания времен. – Никак не определяем. Просто знаем, и всё.

– И ни разу не ошибались?

– Во-первых, – пояснил черт, довольно улыбаясь, – сидение на чужой шее приятно само по себе, даже на ошибочно занятой, а во-вторых, мы же знаем, на чьи шеи садиться. Хотя… – не стал он отпираться, – всякое бывало. И лупили по башкам не тех, кого надо… Сам, наверное, помнишь, как голова начинала болеть ни с того, ни с сего. Как раз такой случай. А бывает, нас еще сгоняют с шей конкуренты.

– Прости? – не понял Владислав. – Какие конкуренты?

– О! – черт запрыгнул на диван и весело заболтал ножками. На вид – ребенок ребенком, только с рожками. – Желающих использовать людей в качестве подопытных организмов хватает с избытком. Есть мы, занимающиеся избиением алкоголиков. Есть существа, которые вызывают долгую головную боль… есть такие, которые… э-э-э… доводят наркоманов до безумства… в общем, много всего вокруг вас обитает, долго перечислять. Пока что ты видел самую малость из окружающего вас мира.

– Самую малость? – ужаснулся Владислав.

– Ага! На Земле, знаешь ли, такое творится… – черт артистически закатил глаза, – Настоящий Армагеддон, приведенный в культурные и мирные рамки. Но тебе лучше об этом не знать – будешь спать спокойнее.

– Я уже об этом знаю – ты рассказал.

– Я всего лишь намекнул, – возразил черт. – И вообще, давай сделаем так: я и дальше буду тебе только намекать на наши действия, но не стану выкладывать информацию о наших слабых местах на блюдечке с золотой каемочкой.

– Почему?

– Если меня отыщут, то свернут в бараний рог, а это крайне болезненное действо. Так что тебе лучше самому выяснить, что к чему.

– Хорошо, тогда намекни, как вы узнаете «ваших» людей?

– Если коротко, то чем дольше человек пьет, тем сильнее он нас притягивает, – сказал черт. – Ключ к загадке ищи сам. Он лежит на поверхности, и его поиски не займут много времени.

И исчез, словно корова языком слизнула.

Владислав в нетерпении уселся за компьютер. Намереваясь пойти по пути наименьшего сопротивления и получить ответ на искомый вопрос с помощью поисковика, он нажал на иконку браузера и сразу же схлопотал виртуальный удар под дых: ярлыки программ не соответствовали самим программам. Нажатие на иконку основного браузера вызвало «к жизни» игру в дурака, а попытка включить любимые песни восьмидесятых обернулась вызовом не менее древней программы, предлагавшей отформатировать диски. Остальные программы и вовсе отказывались запускаться, из-за чего Владислав уже через три минуты заковыристо чертыхался сквозь зубы.

«Похоже, черт времени даром не терял, – подумал он. – Больше некому. Дети давно уже разбираются в компьютерах больше меня, и ломать любимую игрушку не станут ни за какие коврижки. Они скорее телевизор с балкона швырнут, чем позволят компьютеру заглючить. Явно черт».

Промучившись, Владислав вспомнил о существовании функции восстановления системы и хитро улыбнулся: проделка черта не достигла ожидаемого им эффекта. Еще три минуты – и компьютер снова работал с точностью швейцарских часов. Поисковик запустился по первому требованию, и Владислав приступил к поиску необходимой информации. Он не стал выдумывать слова для строки запроса информации, а прямо так и написал: «что привлекает чертей в людях». И скорее от неожиданности, чем от количества ссылок, долгую минуту пялился на экран монитора. Он-то полагал, что поисковик выдаст от силы штук десять ссылок на страницы, чтение которых займет от силы полчаса, но количества страниц хватило бы на создание сотен томов какой-нибудь мистической энциклопедии.

– Сто девяносто пять тысяч ссылок! – ахнул он потрясенно.

Позже выяснилось, что паниковать рано: основная часть ссылок вела на литературные произведения, высказывания отдельных политиков, священников, а так же на обрывки фраз, к искомой информации не имевших никакого отношения.

Но все же уйма времени была потрачена впустую. Владислав так и не приблизился к разгадке. Черт явно лукавил, утверждая, что информация лежит на поверхности. В реальности на поверхности лежал всякий мусор.