Иван Валеев - Категории Б

Уже почти добравшись до прохода, к которому он двигался, этот «жук» нас увидел — или услышал, или учуял, или засек еще каким-то образом, — застрекотал как швейная машинка и стремглав кинулся обратно.

— Быстрее! — крикнула Герда, метнувшись к балкону.

Я за ней, конечно, не успевал. Мне удалось только заметить, что она исчезла в правом ближнем проходе, но, попав туда, я словно пересек линию терминатора — в коридоре было черным-черно, а кричать не хотелось.

— Герда! — прошипел я, осторожно, чтобы не отбить себе пальцы ног еще обо что-нибудь, продвигаясь вперед.

Крепкие пальцы с острыми коготками вцепились мне в правое плечо и втащили в комнату.

— Это я, — тихо сказала девушка под «ввуууп» закрывающейся двери. — Немножко времени у нас есть. Здесь у них передатчик.

— Угу, — отозвался я, будто что-то понял.

Пальцы ее разжались — и через пару мгновений в чернильной тьме возникли огоньки, сводящим с ума манером высветившие силуэт Герды. Она принялась нажимать на неожиданно круглые кнопки, внимательно глядя на большой, сильно растянутый по горизонтали восьмиугольный экран, где то и дело вспыхивали и гасли разноцветные руны или, может быть, иероглифы. Я шагнул к двери и прислушался. Пока тихо.

— Нас будут искать?

— А как же, — Герда откинула длинную прядь волос за плечо и побарабанила пальцами по кожуху пульта, — мы же нарушили… Вот не везет! — воскликнула она и хлопнула себя по бедрам. — Неужели я все забыла?

— Что — забыла?

— Забыла свой адрес!.. Или его здесь нет, но так быть не должно. Я ведь уже прыгала к себе отсюда.

— Понятно…

— Что будем делать?

— Снимать штаны и бегать, — пробурчал я.

Герда окинула меня взглядом с ног до головы и тихо рассмеялась, прикрыв губы тыльной стороной ладони.

— Хорошо… А какие у нас варианты? Выходить туда, — я ткнул пальцем за спину, — это же не вариант, так?

— Да, — она кивнула. — Если тебе не улыбается общение с внеземным, да и без этого безумным разумом.

— Так. А есть ли место, где мы можем пересидеть сколько-нибудь немножко времени и подумать? Только относительно безопасное и теплое, а то я мерзнуть начинаю.

— Ну…

Тут по ту сторону двери раздались какие-то звуки. Вроде бы открыть ее не пытались, но…

— Сейчас, — шепотом сказала Герда, и ее пальцы залетали над пультом. — Вот! Пойдем. Там будет тепло и безопасно… только неприбрано.

— Пофиг.

В нише рядом с пультом засветился уже осточертевший мне за это время восьмиугольник.

— Так… Сейчас… Нет, ты, пожалуйста, не лезь пока, — предупредила меня девушка. — Вместе пойдем. Дай только автопуск настроить.

— И автосброс, — добавил я.

Герда покосилась на меня:

— Сам догадался? Молодец. Я и про него забыла. Старею…

Наконец она оторвалась от пульта, схватила меня за руку и почти втащила в нишу.

— Держись покрепче, помнишь?

— Угу, — отозвался я и закрыл глаза.

— Приехали.

— Уже? — я с некоторым сожалением разжал руки, открыл глаза, сделал шаг назад — и сразу же наступил на что-то твердое и острое. — Ну что за!.. Ты же сказала, что будет безопасно.

— Придется тебе сделать скидку на неаккуратность особей относительно мужского пола, — отозвалась Герда, обошла меня и направилась…

К черному компьютеру на черном столе.

Я огляделся. Обои вроде были похожие… только закручивали они комнату в другую сторону. И в квартире Герды не было, насколько я помнил, постеров с обнаженными девушками и юношами с избытком металла и пластика в организмах. Да и шкафов было меньше.

— Это где мы?

— Ну… Это квартира одного моего старого приятеля, — сказала Герда после паузы. — Только он здесь давно не живет, как видишь. Переселился к железякам.

— В смысле?

— Они для него более живые, чем мы, — она щелкнула пальцем по выпуклому погасшему экрану компьютера и, перегнувшись через стол, выдернула шнур от прыгунка, почти такого же, что был у нее в квартире. — Ты как насчет поспать?

— Да я только за… А где?

Герда распахнула дверцы лишнего шкафа. Раскладная кровать, которую она вытянула оттуда, оказалась незастеленной. Девушка хлопнула по кровати, подняв облачко пыли, и громко чихнула.

— Да, пожалуй, это надо хотя бы стряхнуть.

Пока она куда-то ходила, я сунул нос во второй шкаф. Пусто. Только висит странное длинное платье, сделанное из, как мне показалось, несколько редковатых черных и красных полос гибкого пластика, тоже покрытое слоем пыли.

— Нравится? — Герда вернулась. — Вода там есть, если хочешь, можешь умыться.

— Хочу…

Ванная, она же туалет. Тоже неплохо, только двери нет. Может, и не было. Зато зеркала кругом. Целые. Эксгибиционисты, блин…

Кое-как умывшись, я вернулся в комнату, отряхнул пыль с ног и снова попытался решить, куда мне следует девать глаза. Герда стояла на кровати на четвереньках, расправляя простыню, и что-то тихонько мурлыкала. Потом она улеглась на живот, положила голову на руки и улыбнулась, глядя в мою сторону:

— Ты идешь?

— Знаешь, кого ты мне напоминаешь? — отозвался я, садясь рядом.

— Знаю. Наши в свое время наделали ошибок…

Ошибок… Я погладил ее по плечу, провел пальцами по впадинке позвоночника вниз, туда, где пушок становился чуть гуще — и ее хвост призывно изогнулся.

Инъекция воображения

Для тех, кто не обладает развитым воображением, «кислота» создаёт иллюзию, что оно у них есть.

Монорельсовый состав вполз под крышу станции и остановился.

— «Улица академика Королева»… — произнес приятный женский голос.

Артем Антонов вскочил с места и вышел из вагончика. До этого он монорельсом ездил всего один раз, поудивлялся маленько игрушечному паровозику и черепашьей скорости передвижения, после чего решил, что метро или автобус будут быстрее, и отнес монорельс к разряду аттракционов наподобие колеса обозрения. Для гостей из ближнего зарубежья. Но сейчас, переходя с одного эскалатора на другой, Артем подумал, что он вряд ли добрался бы до клиники так же быстро на чем-нибудь другом.

«Клиника доктора Тернявского» была расположена на собственно улице академика Королева, неподалеку от Останкинской башни. Сама башня была, с точки зрения Артема, еще одним аттракционом, довольно известным, но бесполезным монументом ушедшим в прошлое временам, когда построить такую дуру было дешевле и надежнее, чем запузырить в небеса железку с ретранслятором внутри, однако теперь, после пересмотра своего мнения о монорельсе, Антонов уже не был так уверен в том, что эта башня ни на что, кроме подпирания неба, не годится. Об этом же намекало и местоположение клиники.

Артем Антонов не знал, что клиника эта находится почти точно между телецентром и психоневрологическим диспансером. Но надо признать, что к телецентру она все-таки ближе.

«Клиника доктора Тернявского» внешне напоминала обычную поликлинику. Очень дорогую, для тех, кому некуда девать деньги. Белая восьмиэтажная новостройка, стоящая за мрачноватой платной парковкой, окна, в основном закрытые жалюзи, просторный, на удивление пустой вестибюль за огромными стеклами и прозрачнейшие двери — пока Артем не подошел к ним и они не разъехались, он даже не понял, что двери вообще закрыты, решил, что их открыли из-за жары.

Артем миновал двери, огляделся, вытащил из кармана мобильник и посмотрел зачем-то на время. Он был записан на тринадцать ноль ноль. Было без десяти час, то же самое утверждали и большие механические часы на стене за стойкой регистратуры, где скучали две крайне симпатичные девушки, обе в белых халатиках, белых шапочках, в очках и со стетоскопами на гладких загорелых шейках. Антонов направился к ним, нерешительно переводя взгляд с одной на другую.

— Здравствуйте! — произнесла девушка слева, с копной каштановых волос — как на такой прическе держалась эта шапочка, было совершенно непонятно. На ее халатике над правым нагрудным кармашком была нашивка с именем «Анжела». — Вы — Антонов Артем Петрович, верно?

— Как вы догадались?

— Вы крайне пунктуальны, — девушка улыбнулась и протянула ему пластиковую карточку. — Возьмите. Проходите к лифту, там приложите к считывающему устройству… — На этих словах ее рыжеволосая напарница вдруг хихикнула, и «Анжела», забавно сморщив носик, поглядела на коллегу. — К считывающему устройству, — повторила она строго, — лифт отвезет вас на третий этаж, там вы найдете пятый кабинет. Вас ждут, Артем Петрович.

— Уже?

Девушки синхронно кивнули, причем рыжеволосая — на ее халатике была нашивка «Эльмира» — снова хихикнула.

— Спасибо, — пробормотал Артем, взял пропуск и вдруг спросил: — А почему так пусто? Я думал, сюда больше людей приходит…