Мёртвые души. Книга 1 и 2 - Евгений Аверьянов

class="p1">Простой, но сбалансированный. Я знаю его вес, угол среза, длину, будто держал его всю жизнь.

Тренировка начинается с простого.

Базовые стойки. Уклон, удар, парирование.

И снова, и снова. До тех пор, пока движения не становятся естественными.

Следом — копьё.

Тяжелее, сложнее в управлении. Радиус действий больше — и ошибок не прощает.

Отработка на симуляциях уже требует предугадывания дистанции, контроля пространства.

Я двигаюсь, как в танце, а копьё рисует в воздухе круги, треугольники, вспышки.

Далее — экзотика.

Двусторонняя коса, гибкое лезвие с энергетическим усилением, импульсный дротик.

Некоторые требуют чистой грубой силы, другие — точности, вплоть до долей миллиметра.

Я ошибаюсь. Получаю условный удар. Исправляю. Повторяю.

Капсула ускоряет восприятие.

Реакции обострены, сознание цепляется за каждую деталь.

Я уже не думаю, как действовать — тело делает само.

Клинок в руке — как палец. Копьё — как вытянутая мысль.

Иногда я замечаю, как меняются симуляции.

То противники вооружены, то безоружны, то чудовищны.

А я — тот, кто теперь всегда готов.

Это уже не обучение. Это — формирование новой сути.

Я не просто запоминаю.

Я становлюсь бойцом, каким раньше даже не мечтал быть.

Следующий этап словно обрывает привычный ритм. Вместо оружия — карты. Вместо симуляций боёв — схемы местности, передвижения отрядов, логистика, психология командира. Концепция изменилась. Теперь я не просто воин. Меня учат думать как тактик. Как стратег.

Голос наставника звучит спокойнее, но куда жёстче в требованиях:

— "Сила — это ресурс. Ограниченный. Как ты её используешь — определяет, жив ты или труп, генерал или мясо."

Меня ставят в ситуации без шанса на честную победу.

Маленький отряд, ограниченные ресурсы, враг сильнее и многочисленнее.

Решений — десятки, правильных — пара. В лучшем случае.

Каждая ошибка наказывается: условной гибелью, провалом миссии, уничтожением союзников.

Я учусь: — использовать местность; — провоцировать врага на глупость; — делить силы, отступать, бить по слабым местам; — устраивать засады, отвлекать, обманывать; — выигрывать без прямого столкновения.

Потом начинается оборона.

Крепость. Мало припасов. Гражданские внутри.

Враг у ворот.

Я должен продержаться.

Распределяю людей. Укрепляю слабые участки. Планирую отступления заранее.

Собственные потери становятся неизбежной цифрой. Я учусь выбирать — кого спасти, кого потерять, чтобы выиграть в итоге.

Следующий сценарий — осада. Я уже атакующий.

Смотрю на крепость. Думаю, как мыслят её защитники.

Слабые места, маршруты снабжения, мораль.

Иногда победа — не в штурме, а в том, чтобы отключить воду и ждать.

— "Помни," — говорит голос. "Сильнейший погибает в лобовой атаке. Умнейший побеждает — ещё до того, как враг взял в руки оружие."

Я чувствую, как изменяюсь.

Боец уступает место командиру.

В голове появляются цепочки решений, планы на три шага вперёд.

Этот этап тяжелее, чем ближний бой.

Но я не отступаю.

Я должен уметь всё — иначе в этом мире долго не проживёшь.

Теперь всё стало по-настоящему.

Один против трёх. Против четырёх. Разные противники — быстрые, тяжёлые, хитрые. Их тактики меняются, и мне приходится реагировать в моменте.

Удар в бок, подножка, выбитое оружие — всё это случается. И каждый раз я падаю, встаю, иду дальше.

После каждого боя — разбор.

Всё чётко и беспощадно.

Голограмма наставника останавливает бой в нужный момент и показывает:

— "Здесь ты повернулся слишком поздно. Здесь — не увидел второго. Тут — недооценил угрозу."

Я молча слушаю, прокручиваю бой в голове. Вижу ошибки.

Потом — снова симуляция.

Один из врагов имитирует энергетический импульс — и я на автомате перекрываю потоки в нужной части тела. Это уже не теория. Я чувствую их. Понимаю, где проходят линии, как их можно сместить, перегрузить, оборвать. Это даёт мне секунды. Иногда — именно они решают всё.

Я учусь драться с использованием окружения.

Водить врагов в узкие проходы.

Подставлять одного под удары другого.

Сбивать равновесие не силой, а таймингом.

Один из боёв заканчивается тем, что я остаюсь с ножом против топора и посоха.

Я проигрываю. Живо, жёстко, полностью.

Смотрю повтор. Вижу: в самом начале мог отступить на метр назад — и повёл бы их в ловушку.

— "Ошибки — не твои враги," — говорит голос. — "Главное — не повторяй их дважды."

С каждым днём реакция обостряется, движения становятся точнее.

Я больше не думаю — действую.

А потом, уже после победы, думаю, анализирую, снова учусь.

Это превращение.

Из человека, бьющегося за жизнь, в воина, способного выживать среди монстров — и побеждать.

Следующий этап начинается неожиданно.

Все симуляции гаснут. Пространство становится тёмным и тихим.

— «Ты научился использовать тело. Теперь научись использовать силу, что питает это тело.»

Передо мной появляется схема — не внешнего врага, а… меня самого.

Линии, точки, узлы.

Средоточия — сияющие точки внутри, каждое со своей пульсацией, своей температурой и частотой.

Я вижу, как энергия течёт между ними. Где быстро. Где — слабо. Где — застревает.

— «Ты должен чувствовать. Не умом. Внутренним восприятием. Настройся.»

Я закрываю глаза.

Сначала — только тяжесть, пульс сердца, слабый зуд в кончиках пальцев.

Потом — будто где-то внутри включают слабый свет.

Одно из средоточий отзывается лёгкой вибрацией. Я фокусируюсь. Пытаюсь углубиться.

Чувствую, как оно дышит. Как отдаёт энергию — и принимает её.

Медленно, но я начинаю улавливать ритм. И не только одного. Остальные отзываются, словно понимая, что их услышали.

— «Теперь направь поток. Укрепи левую руку.»

Я пробую. Сначала ничего.

Потом — вспышка жара в плече. Вена начинает пульсировать. Пальцы будто наливаются тяжёлым металлом.

Я смотрю — рука чуть дрожит, но крепчает. Раньше на такое ушли бы минуты медитации. Теперь — секунды концентрации.

— «Усиль ноги. Затем — зрение. Затем — память. Тренируй. Всё должно подчиняться тебе.»

Я пробую. Ошибаюсь.

Иногда — перегружаю участок, и тело реагирует судорогой или вспышкой боли.

Но чем больше повторяю, тем яснее понимаю: это не просто усиление. Это управление собой.

Энергия в теле — не нечто магическое. Это инструмент.

Пока я слаб в нём, но чувствую — потенциал огромен.

И я не остановлюсь, пока не научусь владеть этой силой до конца.

Второй уровень сложности.

Предупреждение мелькнуло перед глазами, как короткий всполох молнии, и исчезло.

Сразу же пространство изменилось.

Симуляции стали чётче, реалистичнее. Боль — острее. Удары — тяжелее.

Враги начали использовать нестандартные приёмы, менять темп,