Цветы пиона на снегу. Том 4 - Моргана Маро

– Она принимает облик того, кого съела. Для этого нужен труп.

Тоу Янь отдернул руку, с ужасом взглянув на Вэнь Шаньяо.

– А по-другому нельзя?

Вэнь Шаньяо пожал плечами. Лишь однажды тень обернулась громадным существом – при Короле Бездны, но больше подобного не повторялось. Вэнь Шаньяо так и не выяснил причину, однако умирать ради этого знания был не готов.

– Чем больше думаю о том, кто мы, тем страннее себя ощущаю, – признался Тоу Янь, опустив плечи. – Мы ведь не люди, да?

– Не знаю, – тихо признался Вэнь Шаньяо. – Даже если нет, что поменяется? Ты перестанешь быть Тоу Янем, а я Вэнь Шаньяо?

– Разве это не сделает из нас… монстров, которых люди избегают?

– Сколько себя помню, меня постоянно избегали, – признался Вэнь Шаньяо, нахмурившись. – Но не думаю, что часть близких людей отвернется от меня, когда узнает мою истинную суть.

– А если так и произойдет? – с плохо скрываемым отчаянием спросил Тоу Янь. – Вдруг все, кого ты любишь, больше не взглянут на тебя?

Плотно сжатые кулаки Тоу Яня подрагивали от напряжения. Он и правда боялся, что произошедшее в детстве повторится. Что новые знакомые и внезапно обретенный брат покинут его, оставив одного.

– Этого не будет, – спокойно произнес Вэнь Шаньяо. – Если эти люди остались со мной после того, как узнали не самые приятные вещи, то не уйдут, даже окажись я Хаосом.

– Ты настолько им доверяешь?

– Да.

Тоу Янь поджал губы, угрюмо уставившись на землю под ногами. Вэнь Шаньяо мог лишь представить, что творилось в его голове и сердце. Он видел растерянного человека, который не знал, на кого положиться. Даже Вэнь Шаньяо вряд ли стоил его доверия: они слишком разные, да и знакомы меньше недели.

– А-Яо! – прервала тишину А-Цин.

Увидев сяннюй в полупрозрачном платье, Тоу Янь покраснел до корней волос и поспешил отвернуться, бормоча что-то о непристойности.

– Что случилось?

– В клане появился человек, от которого несет темной ци! – ужаснулась сяннюй.

Сердце Вэнь Шаньяо на несколько секунд упало.

– Как…

– Его пустил старший мастер Лу! Я не знаю почему! Скорее, он уже…

Слова А-Цин заглушил грохот взрыва, от которого задрожали горы, а птицы с криком сорвались с деревьев и взмыли в облака. Со стороны главного пика в небо устремился густой черный дым. Он закручивался в спирали, что принимали форму лиц кричащих в агонии людей. Темная ци ощущалась на языке, острыми иголками впивалась в кожу.

– Брат… – в ужасе прошептал Тоу Янь. – Что это?

– Будь здесь, – приказал Вэнь Шаньяо.

– Но!..

– Будь здесь! – резче, чем следовало, повторил он, пропав в черной дымке.

На главной горе, куда переместился Вэнь Шаньяо, зеленое пламя объяло пагоды и другие постройки. Воздух пропитал зловонный запах трупов, трава чернела и скручивалась на глазах.

Еще один мощный взрыв прогремел на соседнем пике, отчего осколки скал сорвались в пропасть. Зеленый огонь вмиг охватил деревья, и новый столб дыма поднялся к небу.

Оглядевшись, Вэнь Шаньяо заметил неподалеку Лу Сицина, тот беспомощно наблюдал за творящимся хаосом. На его глазах адепты, истошно крича, сгорали заживо, не в силах потушить пожар.

Вмиг оказавшись рядом с Лу Сицином, Вэнь Шаньяо схватил его за руку.

– Вы пустили в клан Короля Бездны? – процедил он.

Вместо былой пустоты в лиловых глазах старшего мастера Лу вспыхнуло понимание, сменившееся ужасом.

– Нет, я не мог… я не… – Он взглянул на объятый пламенем зал Чистой совести, и его колени подогнулись.

Упав на землю, Лу Сицин повторил:

– Я не мог… нет… это не я…

– Вы следовали уговору, – прошептал Вэнь Шаньяо.

– Нет! Я не мог!..

Он смолк, когда понял, что Вэнь Шаньяо смотрит на красный крестик, сияющий у него на груди. Клятва, которую даже Цзинь Хуэй не смог бы нарушить.

– Что вы пообещали?

Лу Сицин не ответил, сжав ткань в этом месте.

Не выдержав, Вэнь Шаньяо схватил старшего мастера Лу за грудки:

– Что вы пообещали?

Вздрогнув от крика, Лу Сицин наконец произнес:

– Я обещал выполнить одну его просьбу…

– Он пришел за осколком души Баофэна, не так ли?

Лу Сицин опустил голову, и Вэнь Шаньяо принял это за согласие.

– Не думайте, что я забуду о случившемся. Я могу быть хуже Короля Бездны.

Не дождавшись ответа, Вэнь Шаньяо переместился к входу в пещеры Байсу Лу со светлой ци. Если раньше здесь находились шиши, то теперь от них остались лишь осколки камней. С выжженной земли испарился весь снег, небо же заволокло черным дымом. На миг Вэнь Шаньяо показалось, что он увидел в нем лица адептов, которых сожрало пламя.

Резкая мелодия заставила Вэнь Шаньяо вздрогнуть. У пещеры стоял Лу Чуньду, перед которым парил белоснежный гуцинь. Шифу выглядел неважно: его правый рукав был порван, с пальцев стекала кровь. Однако лицо оставалось спокойным, а движения уверенными и быстрыми. Напротив же, объятый настолько густой темной ци, что та служила ему одеждой, замер Король Бездны. Его лицо все так же закрывала белая маска, а в волосах поблескивали кольца и лазурные камни.

На земле валялись разорванные тела, в которых Вэнь Шаньяо не сразу узнал Доу в их истинной форме. Они быстро покрывались мхом, что чернел и гнил под действием темной ци.

– Шэ Яо! – набрав в грудь как можно больше воздуха, крикнул Вэнь Шаньяо.

Король Бездны вздрогнул и медленно повернул голову в его сторону. Лу Чуньду тут же провел пальцами по струнам, и в воздухе закружились сотни мечей: они одновременно устремились к Королю, но разбились о его темную ци. Все вокруг на мгновение осветили яркие вспышки.

– Я знаю, кто ты и что происходит в твоей голове, – продолжил Вэнь Шаньяо.

– Неужели? – раздался в ответ смешок. – Правда думаешь, что тебе все известно?

Шэ Яо сорвал с себя маску, и Вэнь Шаньяо увидел его обсидиановые глаза, в которых не было жизни.

– Я знаю, кто ты. Многоликий.

Ухмылка застыла на губах Шэ Яо, и его лицо само стало походить на искусно сделанную маску.

– Не думал, что когда-то услышу свое имя из уст человека. Приятно, что меня хоть кто-то помнит. – Многоликий склонил голову в знак благодарности. – И что же ты собираешься сделать? Остановить меня?

– Да.

Он рассмеялся, и темная ци задрожала вокруг него, напоминая ореол, в котором терялся свет. Черные вены и капилляры так явно проступали на его шее и лице, что кожа казалась не толще рисовой бумаги. Выдержит ли тело Шэ Яо, если он продолжит практиковать темный путь?

– Ты ведь знаешь, что это тело продержится недолго? Оно уже умирает, а