Люди и драконы - Елена Владимировна Крыжановская

(конец истории)

* * *

[1] (от составителя) Последний куплет старинной песни «Попросили птичку в клетке спеть о вольном небе…», гимна вольных бродяг.

[2] (прим. Лины) Вереника стала королевой не сразу. Сперва отец лишил ее наследства и короны за то, что она вышла замуж по любви, за королевского виночерпия, своего друга детства. Вместе с ним она часто убегала из замка и водилась с детьми простых подданных. Но, поскольку Вереника единственная наследница, после смерти отца к ней прибыло посольство и весь королевский совет просил ее принять корону.

Дик на коронацию не явился, хотя его приглашали. Но в тот момент он был несколько занят и не мог прийти на праздник: его в очередной раз приговорили к смерти на Юго-Востоке за то, что грабил достойных честных людей (уводил рабов у хозяев). Если бы не вспыхнул бунт на плантациях тростника (они в прямом смысле горели), он бы так и не узнал, что его приглашали в гости. Дик заглянул в то королевство позже. Говорит, Вереника уже поседела, но глаза остались такими же хитрыми. Замок мало изменился, даже детская осталась на том же месте. Но теперь в ней играли только самые младшие внуки. Остальные шастали по всему замку, не уследить. Подземелье осталось тоже только местом для игр. Его хотели превратить в погреб, но там слишком сыро для вин и продуктов.

Глава 27

Дочка мастера Фанча

.

История двадцать седьмая, о том, как Благородный Дик познакомился с дочкой мастера Фанча и ее отцом

часть первая: Мастерица

Однажды весной Дик остановился отдохнуть в роще на краю дороги. Вокруг только зазеленели поля и луга, впереди дорога уходила в лес, а за ближайшим пригорком несомненно пряталось селение. Дик туда не пошел, от людей ему сейчас ничего не нужно. А роща могла укрыть от жаркого солнца и любопытных глаз. Местность казалась пустынной и мирной, но этой ночью Дику пришлось изрядно побегать, чтобы увести своих подопечных из лап военного патруля. Спрятавшись за поваленным во время недавней грозы старым деревом и сливаясь с ним своей шкурой, Дик спокойно заснул.

Разбудил его топот и крики. Дик схватился за меч и осмотрелся вокруг. Солнце стояло уже высоко. С пригорка бежала шумная толпа детей. «Ведьма! Держи ведьму!» Над головами бегущих взлетали мелкие камни.

Впереди бежала маленькая девочка в чем-то черном. Следом за ней неслась орда мальчишек, но Дик не удивлялся, что преследователи, среди которых ребята постарше, никак не могут догнать малышку. Колдовства в этом пока точно нет. Им нравится гнать ее. Вот толпа и старалась, чтобы гонка длилась подольше.

Девочка бежала со всех ног прямо к рощице.

— Не дайте ей спрятаться! — вскинул руку самый длинный парень. — Окружайте!

По его знаку загонщики разделились и рассыпались цепью. Скоро вместо шеренги выстроился широкий полукруг.

Девочка споткнулась и замешкалась: она выронила куклу и не хотела ее бросать.

— Хватай ведьмину дочку! — послышался пронзительный голос и его поддержал дружный визг. Оказывается, среди толпы есть девочки. Цепь выжидательно остановилась.

Рыжий парень в зеленой рубашке с кожаным поясом выскочил вперед и схватил жертву за руку. Но это оказалось не нападение, а сцена: «Беги, я их задержу». Он рывком поднял малышку вместе с куклой, подтолкнул к роще, а сам повернулся лицом к преследователям.

— Зря ты так, Оська, — осуждающе покачал головой самый длинный. И подал знак правому флангу, тем, кто поближе. Высокий тонкий мальчишка, единственный в кепке и в шерстяных чулках, — наиболее прилично одетый, демонстративно закатал рукава серой курточки и передал кому-то из «адъютантов» кепку. Волосы у него оказались темные и аккуратно причесанные. Они с рыжим смерили друг друга вызывающими взглядами и сцепились. Сначала поединок шел честно, но когда мальчишки упали и покатились по траве, в свалку вмешались еще трое-четверо. Нет сомнений, на чьей они стороне. Остальные продолжали преследование, но вскоре послышался разочарованный вопль: малышка вбежала в рощу.

Теперь все рассыпались и ходили по кругу, заглядывая, сквозь серые стволы буков и вязов. Дику эти игры совершенно некстати. Сам он тоже не видел девочку. Зато слышал военный совет загонщиков.

— Где она? Как сквозь землю пропала!

— Так и есть. Сидит в Ведьмином Котле! — хмыкнул длинный.

— Самое для нее место! — хихикнул женский голос.

— Вот, теперь сколько ждать, пока вылезет? — недовольно пробурчал самый нетерпеливый.

— Мы ее позовем, — предложил тот, что дрался с рыжим. Его серый костюмчик изрядно помялся и шелковый шейный платок съехал на сторону. Но чувство собственного превосходства от этого не уменьшилось.

— Выходи, Мастерица! — завыли с десяток голосов. — Тебе здесь не спрятаться! Мы ждем тебя, ждем! И будем ждать сколько угодно, пока ты не проголодаешься и не выйдешь! Мы будем дежурить здесь до глубокой ночи! Может, ты вызовешь ураган, чтобы прогнать нас? Выходи!.. Выходи-и-и, ведьма! Покажи какое-нибудь чудо, тогда мы тебя не тронем!..

Дети старались, чтобы их крики наводили ужас. Они завывали и хохотали жуткими голосами. Но сквозь этот хор, Дик расслышал, как хрустнула ветка и проскользнул в ту сторону, стараясь, чтобы его не заметили.

Девочка пряталась в самом центре рощи, на дне большой круглой ямы, усеянной яркими голубыми цветами. Она молча плакала и одновременно плела кукле венок. Дик осторожно соскользнул в это цветущее весеннее царство, чтобы не разрушить всю красоту, и сел рядом с девочкой, обняв ее за плечи. Она вздрогнула, подняв голову и неожиданно увидев его. Но с первого взгляда, наверное, приняла за взрослого, и успокоилась. Значит, в селении ее травят только дети помладше и, наверное, женщины.

— Что им нужно? — Дик имел в виду непрекращающиеся призывы снаружи: «Выходи, Мастерица, а то хуже будет!!»

Малышка лет шести подняла на незнакомого большого мальчишку мокрые глаза, с хлюпаньем втянула воздух и пожала плечами. Лицо у нее очень бледное, глаза — светлые, со множеством серых лучиков и красивыми густыми ресницами. Дик протянул руку, желая достать из ее кармана на фартучке носовой платок и замер.

Самая приметная одежда девочки, кроме обыкновенного серого платья, — теплый черный фартук, закрывающий грудь и плечи, почти как второе платье. На нем странно смотрелись два полукруглых белых кармашка с оборочками. Дик видел торчащий в дюйме от его пальцев уголок платка, но не мог дотронуться до черного фартука. Он узнал ткань. Особенную,