Романтика дорог - Елена Владимировна Крыжановская
— Значит, ты из тех, кто не женится даже перед смертью? — весело уточнила Южена. — Кажется, так говорят о рыцарях?
— Так говорят о женоненавистниках,— улыбнулся Дик. — Некоторых женитьба спасала от смертной казни, если находилась та, что требовала преступника себе в мужья. Шутят, будто некоторые мужчины и в этом случае отказались бы, предпочитая петлю. За себя не скажу. Смотря, кто спасал бы…[1]
У рыцарской пословицы другой смысл. Меня она не касается
Слишком много знаменитых рыцарей находили пару лишь под конец жизни. Даже если они жили в браке десятки лет, но до этого им исполнилось уже больше ста, всё равно возникнет примета, что женитьба ведет к скорой смерти.[2] О закоренелых одиночках шутят, что эти, сколько ни проживут, женитьба им не грозит. Меня так дразнит пока только крестная, Келлерлиса. Всегда отвечаю, что умирал уже столько раз, что мог бы пережениться на всех встречных принцессах. Ведь законный брак длится только до смерти. И вообще, пусть сама найдет жениха, чем ко мне придираться!
— Почему за тобой охотятся именно принцессы? — смущенно спросила дочь короля.
— Могут себе позволить. Не у каждой капризной девчонки есть армия слуг и огромный арсенал способов убеждений в запасе. И потом, всё от того же, о чем мы говорили. Часто дети, рожденные без любви, вообще не знают, есть ли она на свете.
И пытаются выяснить это самым глупым способом. Слышали, что если любят, то многое прощают. Вот и начинают творить ужасные вещи, проверяя, до какого предела их будут прощать, то есть, насколько сильно их любят. Раньше им не хватало любви, а теперь их и вовсе оттолкнут. И такие люди будут думать, что любви не бывает. И даже рассказывать всем, что убедились в этом на опыте.
— Ты уверен, она точно есть? — придирчиво спросила Южена.
— Видел.
— А сам чувствовал?
— У меня нет пары, но что такое любовь, вроде бы, уже знаю.
— Можешь мне объяснить, как она чувствуется?
— Ты чего-то не знал, и мог без этого жить. А теперь не представляешь, как дожил до сих пор, не зная самого главного. И это уже никогда не изменится. И никакой силой не вернуть обратно свое незнание. Когда приходит любовь, становишься другим. Как бы становишься выше и заглядываешь за край прежнего горизонта. И дальше можешь идти только с ней. Главное условие любви: навсегда. Остальное, так, увлечение.
— А ты ждешь ее?
— Честно говоря, не очень беспокоюсь об этом. Времени нет. Явится сама, когда захочет. Найти мое сердце нетрудно. Оно всегда на том же месте, за седьмым ребром слева. Если постараться, можно пролезть. Там открыто, — Дик прижал руку к груди, словно проверяя, не ошибся ли в указаниях. И удовлетворенно кивнул. Тут же услышал тихий скрип и сделал принцессе знак притвориться спящей.
В замочной скважине повернулся ключ. Дверь потайного хода осторожно открылась. В спальню принцессы сунулся и исчез длинный нос советника-ключника. Гельд пропустил вперед шестерых солдат внутренней стражи. Они прокрались тихонько, неслышно ступая в мягких сапогах, без всякого дребезжания лишним оружием.
— Он где-то здесь, — донесся из норы шепот Гельда. — Ищите в соседней комнате.
Дик стоял ближе, прячась за створкой двери, но его не сразу заметили. Только когда последний из стражников почувствовал легкий укол между лопаток.
— Доброй ночи, — держа лазутчиков на расстоянии лезвия Тореллинга, Дик вышел из укрытия и встал между отрядом и кроватью принцессы. — Что вам угодно в такой час в спальне ее высочества? — он тоже говорил очень тихо, словно боясь разбудить Южену. Никто из незваных гостей не замечал, что принцесса одним глазом украдкой следит за ними. — Господин Гельд, придется вам распрощаться со своей замечательной должностью при короле. Вы ею клялись.
— Я не нарушал слово, рыцарь, — с полным самообладанием советник вышел чуть ближе, под свет ночника. — Нам сообщили, что в покои ее высочества мог пробраться злоумышленник. Некто, желающий сорвать завтрашнее торжество. В обоих королевствах немало людей, кому наш мирный договор хуже скорпиона в постели!
— Тише, — попросил Дик. — Уверен, королеве вы сказали именно это. И, узнав, что через главную дверь пройти не удастся, явились через потайной ход. Но сейчас, господа, смело можете удалиться. С охраной у ее высочества всё в порядке.
Стража неохотно повиновалась, оглядываясь на своего командира. Гельд не мог покинуть комнату вместе с ними. Дик преградил ему дорогу мечом. И отвел оружие только после того, как дверь тайного хода со стороны спальни закрылась на ключ.
— Чего вы добиваетесь? — сквозь зубы спросил четвертый советник.
— Задам тот же вопрос. Присядем? — Дик указал на сафьяновую скамейку.
Советник Гельд не отказался от приглашения. Оглядываясь на спящую принцессу, ее наставник тихо сказал, что завтрашний союз необходим слишком многим, чтобы из-за одного пришлого мальчишки и одной глупой девчонки ставить его под угрозу. А каким образом Дик догадался, что стражу прислала королева Абелина, а не король-отец?
— Вы родственники. И охрана женских покоев всегда ходит тише. Итак, в спальне принцессы задержан злоумышленник, враг королевства. Единственное обвинение, отменяющее закон гостеприимства. Кто им будет, я или вы?
— Вам не поверят, — усмехнулся ключник.
— А вам не удастся представить всё так, будто гость напал на вас, угрожая мечом. Защитнику принцессы это дозволено.
— Ладно, защитник. Что значится среди ваших планов на завтра?
— Познакомиться с доминольцами. То, что вам платят оба короля — ясно. Не до конца понятно, за что.
Гельд в упор неприязненно глянул на Дика.
— Только за мир для своих земель, — прошипел он. — Другой цели в этой помолвке нет!
— Разве что, стать первым советником будущей пары. Уверены, что доживете? Или знаете способ приблизить трон для
