Янтарная искра - Айза Таллер

нас и возникла бы необходимость признать столь… тревожные обвинения.

Фрейя бросила на меня многозначительный взгляд. Лифтраудир натянулся – даже не взглянув на него я знала, что Рагнар звал меня. Я поерзала на стуле и нехотя поднялась.

– Как удачно, – голос Рагнара придал мне сил. – Что такой свидетель у нас есть.

Я сделала шаг вперед, чувствуя, как кровь отбивает ритм в висках. Вокруг воцарилась напряженная тишина, и я почувствовала на себе взгляд одновременно с десяток пар глаз. Волнение свернулось внутри плотным, противным комком, застряло где-то в горле.

Брови Селины приподнялись, и в ее голосе прозвучало притворное удивление:

– Дитя мое, а я все гадала, для чего ты пришла.

Она склонила голову набок, словно разглядывая меня впервые:

– Мы все знаем, как легко на тебя повлиять. Кто поручится, что ты говоришь от себя, а не повторяешь то, что вложил тебе в уста наследный князь?

– Довольно, – прервал ее Бранд. От меня не укрылся короткий изумленный взгляд в сторону Рагнара. Наследный князь не сказал ни слова – лишь едва заметно кивнул.

– Мы соблюдаем ваши требования. Вы просили свидетеля – вы его получили. К тому же – беспристрастного. Рейна, насколько я знаю, была вашей подданной.

Я вздохнула, усилием воли заставляя себя не смотреть ни на Селину, ни на Лисендера ни, тем более на Адриана – только на Рагнара. Тепло осторожно коснулось моего сознания, словно невидимые пальцы провели по затылку в успокаивающем жесте. Его ладонь оставалась спокойно лежать на столе. Но через связь я ясно чувствовала его присутствие, прикосновение – поддерживающее и ободряющее.

Князь Йорген удовлетворенно кивнул:

– Расскажи, что ты видела?

– Я – Рейна Фариан, дочь Тарина и Майри Фариан, бывшая послушница храма Элиоры.

Мой голос прозвучал неожиданно четко в повисшей напряженной тишине. Я не позволила себе опустить взгляда, глядя прямо перед собой и чувствуя нарастающее напряжение.

– Во время испытаний в заброшенном храме Ксералии я оказалась в катакомбах под старой частью Акролитии – я нервно облизала губы, вспоминая глухой, сырой мрак подземелья. – И там, внизу, в темноте, я увидела дракона. Огромного черного дракона, скованного цепями из синкайской стали. На кандалах были нанесены запирающие символы – я знаю их, я изучала и практиковала подобную магию в храме, как и все послушницы и жрицы Элиоры. Подобная сила в Арканоре доступна только храму, и это общеизвестный факт.

– Что еще тебе известно? Как наш наследный князь смог оказаться на свободе? – Бранд слегка нахмурился, его пальцы сжались на подлокотнике кресла, лицо застыло в напряжении.

Я сделала короткую паузу, пытаясь успокоить бешеный ритм сердца. В горле пересохло, но отступать уже было поздно. Рагнар смотрел на меня, не отрываясь, и я снова ощутила его незримое прикосновение через связь. Гордо вскинув подбородок, я продолжила:

– Я распознала те узоры и смогла открыть оковы, используя магию и амулет Элиоры. Здесь и сейчас я подтверждаю, что храм был напрямую причастен к пленению наследного князя Фростхейма.

В зале воцарилась тишина. Бранд спокойно поднялся со своего места, наблюдая за реакцией присутствующих.

Селина вздохнула, пытаясь сохранять остатки самообладания:

– Мы не ставим под сомнение искренность твоих слов, дитя мое, но уверена ли ты, что правильно поняла увиденное? Иногда последствия ошибки бывают… весьма печальны.

– Я уверена! – отчеканила я, глядя в ее темные глаза. – И готова повторить это под клятвой.

– Вам все еще хватает наглости называть это искажениями памяти? – князь Йорген сделал выразительную паузу, обведя взглядом делегацию Империи. – Я полагаю, вам не нужно напоминать, что Фростхейм – это не только добыча золота и драгоценных камней, кои закупает у нас весь континент. Но и драконы.

– А учитывая вашу плачевную ситуацию с нашествием Теней, вы вряд ли захотите заполучить еще одного врага под боком, – я прикусила щеку, глядя на Фрейю и вспоминая, как сама рассказала ей о сражениях с Тенями в Арканоре.

Лисендер Реон приподнял руки в примирительном жесте:

– Разумеется. Никто не хочет, чтобы народы наших стран платили за ошибки… группы лиц. Нас интересует мир.

– Славно, – Рагнар откинулся на спинку своего стула. – В таком случае мы требуем независимого расследования и наказания виновных. Выплат репараций – их объем вы можете обсудить с нашей казначеем. И, наконец, мы настаиваем на полном доступе к архивам и лабораториям Храма Элиоры.

Я удивленно уставилась на Рагнара. Лаборатории? При чем они тут? Краем глаза отметила, как нахмурилась Селина, как нервно дрогнул уголок рта Лисендера.

– Боюсь, Ваша Светлость, последняя просьба выходит за рамки разумного, – сдержанно произнес Лисендер Реон, сцепив руки перед собой. – Архивы и лаборатории храма – священные места, и мы не можем открыть их каждому, кто этого пожелает.

Селина прищурилась:

– Наш храм – не военная крепость, и не алхимическая гильдия. Зачем Фростхейму доступ в лаборатории?

– Затем, – Рагнар чуть наклонился вперед, и в его голосе исчезла вся леность. – Что именно оттуда начался путь в Бездну. Мой. И, вероятно, не только мой.

Лисендер Реон обменялся быстрым взглядом с Селиной. Она незаметно кивнула, чуть поджав губы, после чего он вновь заговорил:

– Ваши требования серьезны и… неожиданны. Вы поймете, если мы возьмем некоторое время, чтобы обсудить их с Императором и Верховной жрицей. Подобные решения не принимаются поспешно.

Йорген прищурился, пристально глядя на посла, словно пытаясь прочесть его мысли.

– Сколько именно времени вам потребуется, посланник Реон?

– Три дня. Мы отправим коршуна в Акролитию и обсудим ваши условия с высшими представителями храма и Императорскому Высочеству Андросу. Через три дня мы будем готовы продолжить этот разговор.

– Что ж, – Йорген медленно кивнул, не сводя внимательного взгляда с лица посла. – Думаю, эти дни будут полезны всем, чтобы обдумать последствия сделанного выбора.

Я неловко переступила с ноги на ногу от напряжения, повисшего в воздухе. Нехорошее предчувствие последствий этого выбора поползло по позвоночнику.

– В таком случае, переговоры на сегодня окончены, – Йорген поднялся с кресла, давая понять, что аудиенция завершена. – До встречи через три дня.

Я чувствовала себя вымотанной до предела – как после изнурительной тренировки, только в разы хуже. Ни на кого не глядя и не желая ни с кем сталкиваться, я поспешила к выходу из Виндхеймара. Потом, позже я задам интересующие меня вопросы Рагнару. Сейчас же… воздух, мне нужен воздух.

Я торопливо спустилась по лестнице, однако уже в нижней галерее меня настиг Лисендер Реон в сопровождении Адриана. Я вздрогнула под взглядом темных необычайно живых глаз:

– Госпожа Рейна.

– Посланник Реон, – я поклонилась, как того требовал этикет.

– Сегодня на совете вы проявили завидную отвагу. И… удивительную