Потомок седьмой богини - Алессандра де Амальфи

солианском короле, не выдержало бы критики – они не видели его ярости, торжества его боли и разочарования, жажды смести все на своем пути. Порой, глядя на Фабиана, я и сам сомневался в том, что воспоминания правдивы. Лишь темная, разрушительная магия, струящаяся по его венам, напоминала, что я не мог выдумать всех тех событий, иначе бы страх не сковывал тело при одной мысли о треске крыши над головой.

Спустя какое-то время Верховные перестали докучать. До последнего на удачу надеялась Лорелея, нараспев шепчущая обещания помочь, если я расскажу, как сумел вляпаться в такое дерьмо, – последнее слово заставило прыснуть от смеха, так нелепо оно звучало из ее уст. Вероятно, матушка стояла над ухом и нашептывала покорной дочери, что следовало сказать: в словарный запас госпожи директора подобная вульгарность вписалась бы как влитая.

Я сидел, свесив ноги со стены, и наблюдал за кипящей в городе жизнью. Следовало признать, было в отгороженности Тэлфорда от мира нечто чарующее. Все, прячущееся от глаз за оградой, манило и пугало, дарило возможность додумывать и сочинять, отчего поэты из столицы островов и были так популярны на материке. И в то же время город, находившийся в заточении, умел жить сам по себе – большинству местных и в голову не приходило, что внешний мир может быть интересным. Может быть другим. Люди же, покидавшие Тэлфорд, наверняка бывали лишь на войне – и оттого желание бросить все и помчаться навстречу морскому ветру сводилось к нулю.

Тобиас, я полагал, был из таких. Его прогнали из замка – по весьма забавной причине, как удалось выяснить, – и понизили в должности, опозорив, но даже это не заставило его уйти за стену. Впрочем, он подобрался к ней вплотную, пусть и нельзя сказать, была ли в этом хоть капля его воли.

Я чуть прищурился, выглядывая его дом среди сотен похожих – теперь он заметно выделялся, – и без труда отыскал рядом недовольного хозяина. У крыльца лежали горы материалов, купленные, вероятно, на все же добравшиеся до адресатов деньги, но работал Тобиас по-прежнему в одиночку. Пожилых родителей поблизости не было, однако на соседней улице я все же разглядел еще один знакомый образ: коричневый плащ, темные кудри и отблески солнца, мешающие разглядеть и запомнить черты лица.

Вивиан сидела на перилах моста, делая вид, что невероятно занята – не то подкидывала нож, не то игралась с едой, с высоты стены разглядеть подробности не удавалось. Движения ее были чуть нервными, дергаными, она изредка оглядывалась, словно боялась, что ее застанут за чем-то непристойным, и оттого наблюдать за ней становилось лишь интереснее. Я продержался около трех минут, затем любопытство стало нестерпимым.

Когда я возник за спиной наемницы, та мгновенно среагировала, но клинок остановила вовремя. Привычка казаться хладнокровным помогла мне не дернуться, чтобы самому не налететь на нож.

– О, – выдохнула она чуть более растерянно, нежели радостно. – Тебя-то я и выглядывала!

– Правда? – Я задумчиво осмотрелся. Ни одного намека на то, что я мог находиться в окрестностях захудалого моста. – И зачем же?

– Мадам Ко… Ку… Кр… в общем, мадам тебя ищет.

В разум закрались мысли о Кьяре, но Вивиан жестом изобразила пышные формы и объемную прическу – характеристики, описывающие полную противоположность госпожи директора.

– Она занимается твоей свадьбой. Ты не знал?

– Чудно, что это делает хоть кто-то, – улыбнулся я, располагая локти на перилах моста. От скудной речки под ней тянулся затхлый запах, разбивающий мои мечты о влажной прохладе. – Не расскажешь, чего ждать?

– Пф, еще чего. Раз так любишь сюрпризы, приходи и узнаешь. Но вообще-то даже его величество не остался в стороне: вино выбрал. – Вив вновь засмотрелась на что-то, почти замерев. Я проследил за ее взглядом и не сдержал смешка. Она тут же опомнилась, повернувшись ко мне так резко, что локтем едва не сделала меня калекой. Ныне здоровый, глаз еще помнил боль и неудобства, вызванные подобными ударами. – Тебе правда совсем не интересно, как все пройдет?

– Ну почему же. Я поработал над списком гостей.

– Поработал – это сказал, чтобы их было не больше десяти?

– Ты действительно находишься везде и сразу, – хмыкнул я, не удивленный осведомленностью Тени.

Помнится, когда мы впервые встретились, я постарался расположить наемницу к себе, чего не делал с людьми уже многие годы, – надеялся позже воспользоваться ее услугами. Слава Вивиан росла, а мешки с золотом, что обещали ей богачи за избавление от конкурентов и недоброжелателей, пухли, как их бесконечно рожающие жены. Стать частью городских легенд в столь юном возрасте – чем не достижение? В свое время я многое за это отдал.

– Работа такая, – пожала плечами Вив. – Да и в этом замке, как в любом другом, все без конца болтают, по поводу и без.

– А в чьи обязанности входит пристальное наблюдение за Тобиасом? Королевской прислуги? Или вольной наемницы?

Вивиан поперхнулась и закашлялась, принявшись размахивать руками, будто это было способно помочь, а затем перешла на шуточные, но, в силу рода занятий, ощутимые удары, на что мое плечо тут же отозвалось ноющей болью. Она сползла с перил, согнувшись в отчаянных попытках отдышаться, а затем, когда все-таки сделала это, вонзила в меня недовольный взгляд, и он оказался даже острее клинков.

– За кем? – пренебрежительно переспросила она. Я ни на миг не поверил в эту невинную ложь. – Впервые слышу, и у меня есть дела поважнее.

– Например? – Я повернулся и расправил плечи, чтобы отважно встретить ее раздражение. – Почему ты не с Фабианом?

– Потому что его королевская задница еще способна делать некоторые вещи самостоятельно.

Усмешка коснулась моих губ, но быстро сошла с лица. Я почти не заметил, как назвал короля по имени. В мыслях я по привычке обезличивал его – казалось, лишь так стоило поступать с поистине непостижимыми злодеями. Порой позволял имени звучать где-то на задворках сознания, ссылаясь на то, что намеренно сблизился с ним, ибо того требовали долг и здравый смысл. Однако вслух произносил лишь в его присутствии – выполнял просьбу того, кто платил мне, как делал это всегда.

Я обернулся, чтобы взглянуть на неожиданный предмет интереса наемницы, но, возжелав продолжить разговор, не обнаружил Вив ни на мосту, ни где-либо в округе.

* * *

До свадьбы оставались считаные дни. Иветт не попадалась мне на глаза уже почти неделю, и, по моим предположениям, это могло быть связано с двумя вещами: ее увлеченной занятостью и ноксианскими свадебными традициями. Согласно последним, жених и невеста не могли видеть друг друга в течение трех дней