Дарина – разрушительница заклятий. Тайна кошачьего братства - Евгений Фронтикович Гаглоев
И комендантша Коптильда поспешила вперед, показывая дорогу в свой кабинет. Высокопоставленные гости из столицы и семейка старосты Гвидона степенно двинулись за ней следом.
Поняв, что они больше никого не интересуют, воспитанники, недовольно перешептываясь, разошлись по своим спальням.
Дарина тихонько подошла к Пиме и Тришу.
– Сегодня Коптильде явно не до нас, – прошептала она. – Лучшей возможности нам не представится! Встречаемся на заднем дворе через полчаса.
Мальчишки кивнули.
Дарина направилась в спальню, но вдруг на ее плечо легла тяжелая костлявая рука. Девочка резко обернулась.
– Не торопись, – ехидно сказала ей кухарка Агриппина. – Мне сегодня понадобится твоя помощь.
– Что вам нужно? – испуганно спросила Дарина.
– Будешь прислуживать за столом во время праздничного ужина.
– Что? – возмутилась Дарина. – Почему именно я?
– Потому что ты самая старшая из девчонок и самая расторопная! Другие неумехи мне не нужны, слишком велика ответственность.
– Но я не хочу.
– А в копошилку хочешь? – пригрозила кухарка и противно заулыбалась. – Вот сейчас пожалуюсь на тебя мадам Коптильде, будешь тогда ночевать в выгребной яме.
Дарине ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Ведь если ее бросят в копошилку, они с друзьями точно не доберутся до ведьминского дома.
Глава двадцать вторая, в которой праздничный ужин превращается в цирковое представление
Агриппина накрыла стол на первом этаже, в большом кабинете комендантши Коптильды. Кабинет сверкал чистотой. На стенах висели многочисленные почетные грамоты, дипломы в позолоченных рамках, знамя империи и портрет императора Всевелдора Первого.
Стол ломился от угощений. За все время, что Дарина жила в этом приюте, она ни разу не видела таких кушаний. Для высокопоставленных гостей Агриппина приготовила жареного поросенка, всевозможные салаты, густой мясной суп, напекла сдобных булочек.
Кухарка повязала Дарине чистый накрахмаленный передник, вручила ей поднос с закусками и велела отнести его в кабинет.
– Если хоть что-нибудь уронишь или разобьешь, – пригрозила девочке Агриппина, – запеку тебя в духовке и подам на стол с яблоком в зубах!
Поэтому Дарина передвигалась с особой осторожностью.
За столом в кабинете чинно восседали комендантша Коптильда, ее брат Копотун, троица имперских ревизоров и семейство старосты Гвидона в полном составе. За спиной у мадам Бины возвышался новенький гипсовый бюст Коптильды с задранным носом, весь увешанный гипсовыми орденами.
– Господин Толедо… – обратилась комендантша к старшему из троицы.
– Друзья зовут меня просто Рашид, – внезапно сказал Эсселит.
– А как вас зовет ваша жена? – полюбопытствовала Гранже.
– Я не женат.
– О! – восхитилась комендантша, но тут же взяла себя в руки и жеманно заулыбалась. – А я Коптильда… Для друзей просто Копти…
Дарина едва удержалась от смеха.
– Так как там жизнь в столице, Рашид? – спросила Коптильда.
– До нас совсем не доходят последние новости, – подхватил староста Апраксий. – Не планирует ли император издать какие-нибудь новые указы?
– Указы издаются каждый день, – равнодушно сказал Рашид Толедо. – Пока они дойдут до дальних провинций, на смену им уже приходят новые. В эти смутные времена законы устаревают так быстро, что мы не успеваем их изучить.
– Мы собираемся переехать поближе к центру Империи, – мечтательно сообщил староста Гвидон. – Кто знает, может, мне посчастливится стать придворным во дворце императора Всевелдора? А моя дражайшая супруга Бина и наш ангелочек Кризельда станут фрейлинами.
Ангелочек как раз засунул в рот булку величиной с голову Дарины. Услышав слова отца, Кризельда поперхнулась.
– Во дворец? – пропыхтела она, откашливаясь. – Вот уж повезло бы так повезло! Мои кузины померли бы от зависти.
Левтина Маркус лишь брезгливо поморщилась.
– А как дела на наших границах, господа? – поинтересовалась мадам Бина. – Берберийские кочевники не готовят очередной бунт?
– Кочевники всегда что-то готовят, – недовольно ответил Гребун Вендиго. – Будь моя воля, давно вторгся бы в их земли, арестовал бы всех этих бездельников и отправил бы в каменоломни. Не знаю, почему император терпит их выходки.
– Это не будет длиться вечно, – подала голос Левтина Маркус. – Вот увидите! Император выжидает, ведь кочевников так много. Но как только в столицу стянутся войска из его родного королевства, берберийцам несдобровать!
– Пора, пора, – поддакнула комендантша Коптильда. – А то мы, старые вояки, уже засиделись без дела. Я соскучилась по грохоту пушек.
– Что вы такое говорите, мадам Коптильда, – испугался староста Гвидон. – Война – это всегда разрушение и смерть.
– Только если не знаешь, как нужно командовать войсками и вести сражения, – криво ухмыльнулась Коптильда. – А уж я-то знаю. Чуть что, хватай заложника и беги к выходу. Кстати, господин Гвидон, о чем вы хотели поговорить? Не просто так вы тут сидите и подмигиваете мне весь вечер!
– Это у него нервный тик, – пояснила жена старосты.
– Правда? – нахмурилась Гранже.
– Да. Начался, как только он вас вблизи увидел.
– Мы хотели поговорить об одном вашем приютском воспитаннике, – сказал староста Апраксий и слегка помрачнел. – Том остроухом пареньке, который приносил нам клубнику. Очень шустрый парнишка, это у него явно от предков – лесных мутантов! Не знаю когда, но моя обожаемая дочурка успела в него втрескаться и грезит о предстоящей свадьбе. Я души не чаю в своей Кризельде и прекрасно понимаю, что нищий оборванец из сиротского приюта – не самая лучшая для нее партия. Но она уж если вобьет себе что-нибудь в голову, то ее не переубедить! К тому же других женихов пока не видать, да и вряд ли появятся…
Услышав это, Дарина чуть не выронила поднос.
– Да что ты такое говоришь, старый болван? – возмутилась Бина. – Наша Кризельдочка – настоящая красавица, вся в меня! Кстати, у нас это семейное, я ведь тоже красотой пошла в свою мать. У меня такие же глазки, вздернутый носик и аккуратный маленький ротик, как у моей мамулечки…
– Твоя мамулечка свою вставную челюсть на ночь кладет в ведро с водой, – напомнил ей Апраксий. – И о ее красоте я бы поспорил. Как-то раз вышла она с утра во двор непричесанная, ненакрашенная, а мимо проходило стадо деревенских коров. Увидев мою любимую тещу, коровы рухнули как подкошенные. Молока они с тех пор не давали, но зато навоз был отменный. К нам потом за удобрениями даже из соседних провинций приезжали.
– Вот я мамочке расскажу, какого ты о ней мнения, – пригрозила супругу мадам Бина.
– Да будто она сама этого не знает, – хмыкнул староста Гвидон. – Так вот, возвращаясь к нашей дочурке… На потенциальных женихов Кризельда обычно производит впечатление умной
