Руины тигра – обитель феникса - Ами Д. Плат

Мы вышли в летнюю ночь и двинулись вниз по улице. Я шёл молча, пока мы не достигли кварталов, где переулки были сонными и безлюдными.

– Ты так далеко остановился? Ван Гуан! Куда бежишь?

Я резко замер – так, что Карлайл чуть не влетел в меня, – и обернулся. Наши глаза встретились. Он даже икнул от испуга.

– Чего это с тобой? – неуверенно пробормотал он.

Я осмотрелся. Свидетелей не было, но я знал, что Хонкги где-то рядом и ждёт моего сигнала.

– Ты правда думал, Карлайл, что можешь торговать за моей спиной и безнаказанно распускать сплетни?

– Сплетни? Да ты чего? Ну какие сплетни? – Спьяну он не мог совладать с языком, лишь бубнил одно и то же.

Я знал, что оборотни сильны и умеют выкидывать разные фокусы. Но меня ему не обмануть. Не в таком состоянии. Я сжал кулак и ударил его в лицо – это и был сигнал.

Карлайл выхватил свой револьвер и прицелился, но я одним движением выбил оружие из его руки. Тогда он распрямился и обратил ко мне раскрытые ладони. Пока он пытался преодолеть хмель и замедлить меня силой ци, сзади подлетел Хонкги и ударил его по затылку. Карлайл упал, мои люди подхватили его под руки и поволокли подальше от случайных свидетелей. Оружие я решил оставить себе на память.

После третьего ведра холодной морской воды Карлайл наконец очнулся, закашлялся, отплевался и глянул на меня мутными пьяными глазами. Мы с Хонкги подвесили его на цепях к потолку в самом дальнем складе, где редко бывали люди. К ладоням плотно примотали серебряные пластины, чтобы он не вздумал выкинуть какой-нибудь фокус. Хонкги рассказывал: такие оборотни умеют замедлять время и дурачить голову обычным людям. Я не боялся его колдовства – едва ли оно способно навредить тигру, – однако решил перестраховаться.

– Как тебе морская водичка, хорёк?

– Что ты делаешь? Зачем? – Карлайл беспомощно трепыхался, его ноги едва касались дощатого пола.

Я взмахнул рукой, и Хонкги выплеснул новое ведро воды ему в лицо. Карлайл принялся отплёвываться.

– Она же солёная! Щиплет! Вы чего?

– Ты не ответил на мой вопрос, – понизил я голос, чтоб тот звучал как можно страшнее.

– Что? Какой? – Он озирался в поисках выхода или помощи, дёргал руками, но высвободиться не мог.

– Думал, тебе всё сойдёт с рук?

– О чём ты? Я ничего не сделал!

– Ко мне заявился твой новый дружок, Тэ Фэнхуан, и рассказал о ваших делишках.

Я ударил Карлайла наотмашь по лицу. Он застонал, но снова попытался оправдаться:

– И что такого? Не запрещено вести дела с любыми покупателями!

– А болтать обо мне всякую чушь тоже, по-твоему, не запрещено?

– Да ничего…

Я снова ударил, а потом ещё раз. Мне не хотелось сдерживаться. Этот скользкий тип не заслуживал милосердия, но он должен был понять мой замысел. Тигр рвался наружу. Я больше не боялся, что не смогу обратиться: чувствовал, что способен сделать это в любой момент. Энергия невидимыми молниями прошивала кожу на кончиках пальцев, когти, зубы, шерсть готовы были явиться в мгновение ока.

– Карлайл, враньё не поможет тебе выжить, – прошипел я.

– Чего… чего ты хочешь?

– Конечно, денег, – соврал я.

– Ну что ты, друг, – тут же затараторил обрадованный торгаш. – Стоило ли так злиться из-за золота? Я поделюсь! Хочешь, весь товар продам только тебе? Скидку сделаю! Обещаю ни с кем другим дел не вести! Уж мы-то с тобой точно договоримся.

– Точно, – подтвердил я и снова ударил. – Не давайте ему еды, – бросил я. – Пусть ослабнет. И не сводите глаз. До новолуния[28] всего пара дней. Глядите, чтоб не сбежал. Хонкги, за мной.

– Да, – коротко отозвался начальник охраны, и мы покинули доки, чтобы уладить ещё одно дело.

Я вернулся к Карлайлу на следующий день, когда всё было почти готово.

– Пожалуйста, сжалься! – заскулил он, едва увидев меня.

По моему кивку ему поднесли воды.

– Я что, похож на человека, который станет тебя жалеть? – бесстрастно спросил я, отодвинув светлый локон с осунувшегося лица.

Карлайл протрезвел окончательно, но это не прибавило ему сил и не улучшило настроения. Тяжёлая голова причиняла дополнительные страдания.

– Нет, нет! Умоляю, – залепетал он, отшатываясь.

– Ты слабак, Карлайл. Зачем влез в нашу с Тэ Фэнхуаном вражду?

– Я же не знал! Но могу помочь! Теперь буду на твоей стороне!

– Неужели? И что же, выходит, тебе можно доверять?

– Конечно! Конечно! – тараторил он. – Я расскажу всё, что хочешь знать!

Я обогнул подвешенного мужчину. Его рубашка успела высохнуть, задубела от соли, крови и грязи и кое-где разошлась по швам.

– Сколько в порту твоих кораблей?

– Пять, – с готовностью отозвался Карлайл. Но я и так уже это знал. Хорошо, что он не попытался соврать.

– Есть ещё?

– Нет!

Я стоял за его спиной, он нервно вертел головой, но не мог меня увидеть. Слуга принёс мне хлыст.

– А в Киннане?

– Нет! Тэ приказал везти весь товар в Шанвай! Это всё он. Сказал, что здесь безопасней.

– Подальше от меня – безопасней?

– Не знаю…

Я размахнулся и нанёс первый удар. Карлайл рвано вскрикнул и застонал от боли.

– Не ври мне, гадёныш.

– Да, да, Тэ Фэнхуан запретил продавать товар тебе. Сказал, что всё пойдёт через его порт с востока на запад и никак иначе.

– И ты, конечно, не стал спорить! – Я снова ударил.

Мне показалось, из его глаз брызнули слёзы, и я обошёл вокруг – посмотреть ему в лицо.

– Я не мог! На его стороне император. – На щеках действительно остались мокрые дорожки. – Он пригрозил, что вообще запретит ввоз товара. А здесь, в Шанвае, раздолье. Рабов везут из-за моря, а отсюда увозят далеко, за океан, в мою страну. Ты не представляешь, какие это деньги! Больше, чем ты можешь себе вообразить!

– Так сколько ещё у тебя кораблей?

– У меня больше нет. Но есть другие, они тоже вскоре прибудут. Я не один нацелился на ваш рынок. У вас золота столько, что и за сто лет не вывезти. Мы будем торговать. А ты, если хочешь быть первым в делах, послушай совет.

Его, видимо, приободрило то, что я внимал, молчал и больше не наносил ударов, и он продолжал:

– Ты сидишь далеко на западе, а тут, за твоей спиной, конкуренты не спят.

– Ну, как видишь, я приехал с конкурентами разобраться.

– Тебе надо императора подмаслить! Он Фэнхуану чуть ли не в рот смотрит! Я бессилен против такого. Я тут просто гость, что мне говорят – то и делаю.

– Правда? – Я похлопал хлыстом по ладони.

– Конечно, я человек подневольный!

– Ты-то подневольный? – Я хохотнул.

– Да они вертят мной как хотят! А ведь я ничего такого не замышлял, просто товары привёз. Что покупают – то и везу.

– Хватит заливать! – разозлился я. – Не ты ли хвастался, как придумал купить маковые поля? И других подговорил, подельников своих!

– Да мы-то что! Нам же всё равно, что возить. Хочешь, тканей привезу, каких раньше не видывал. Или чаю чёрного, как отвар дубовой коры! Ты такого не пробовал.

– Да сдалась мне дубовая кора!

– Правильно! Правильно! Корабли только прибыли, мы с Тэ ещё не подписали документы, и выгрузка не началась. Он же дела жёнушке своей оставил. А она та ещё заноза!

– Заноза… Так опиум на кораблях?

– Пока да. У них склады переполнены, ждём, когда освободят место.

Я на мгновение задумался: не стоит ли отменить всё, что я устроил? Но тут же отмахнулся от этой мысли, как от назойливой мухи. Опиум на кораблях ничего не меняет. В дверях бесшумной тенью возник начальник охраны. Значит, всё готово.

– Так даже лучше, – оскалился я, снимая цепь с крюка. – Шагай.

Мы покинули склад