Мёртвые души. Книга 1 и 2 - Евгений Аверьянов

напоминание:

ты здесь чужой.

И ты ещё ничего не видел.

Ночь закончилась.

Я этого не заметил, я это почувствовал.

Вой стих — не внезапно, нет. Он угасал, как тлеющий костёр, будто кто-то отпускал мою душу обратно в тело.

Я пролежал, свернувшись калачиком, не спавший, но и не бодрствующий. Где-то между.

Сознание то всплывало, то уходило вглубь. То казалось, что я снова на Земле, в подъезде, где бабка на пятом орёт на всех подряд. То будто я в аду. Взаправду.

Когда приглушённый свет пробился сквозь листву, я осмелился вылезти.

Каждое движение давалось с усилием. Спина затекла, дыхание хрипло, желудок снова жаловался.

И всё же я выбрался.

Медленно. Осторожно.

Первое, что я заметил — тишина.

Но не ночная, пугающая, а мёртвая.

Как будто весь лес выдохся.

Не пели птицы. Не стрекотали твари. Даже ветер, казалось, боялся дышать.

Я поднялся повыше — и увидел их.

Вдалеке, между перелесками, двигался отряд.

Людей. Почти голых — оборванные ткани, странные узоры на коже, кто-то с чем-то вроде оружия, а кто-то с пустыми руками, но двигались они слаженно.

И вокруг них…

Разорванные монстры.

Не убитые — именно разорванные.

Когтями? Зубами? Внутренности валялись, как обрывки ткани после мясорубки. Некоторые тела ещё подёргивались.

Я сжал зубы.

«Это что… люди сделали?..»

В голове сразу же — вопрос.

Или они уже не люди?

Или никогда и не были?

Я сел на корточки, стараясь не привлекать внимания. Следил. Слушал. Думал.

И тут снова настигла эта мысль.

Глубокая. Ядовитая.

«Это ведь ненормально. Всё это. Этот мир. Эти монстры. Я сам. Всё… как бред.»

Какой-то дешевый сон на фоне токсичного выгорания.

Я инженер, я в это не верю. Я жил в цифрах, формулах, расчётах.

А теперь — средоточия, голоса в голове, развитие через убийство, кровавая луна, отряды полулюдей, разорванные твари.

Я провёл рукой по лицу. Шершавая щетина, ссадина на подбородке, болезненная, живая.

«Это не сон. Но и реальностью это назвать нельзя.»

В каком-то смысле это хуже, чем кошмар.

Потому что здесь нет выхода.

Отряд постепенно исчез в глубине леса. Я остался. Один.

Но не чувствовал облегчения.

Наоборот.

Кто бы это ни был — они напугали всех. Даже тех, кто воет на кровавую луну.

А значит, у меня новый уровень проблемы.

Я глубоко вздохнул, пытаясь привести мысли в порядок.

«Если здесь есть такие как они… то мне срочно нужно развиваться. Или хотя бы уметь убегать очень быстро.»

Жить — пока дают.

А там видно будет.

Ночь опустилась стремительно.

Как будто кто-то сдёрнул тёмную вуаль с неба и подложил вместо неё… кровь.

Красная луна снова взошла.

Я уже знал, что это значит.

Снова вой.

Но на этот раз — он ближе.

И другой.

Если раньше это было что-то далёкое и древнее, будто природа стонала от боли, то теперь в этом было… намерение.

Сознание.

Охота.

Я залёг в укрытии заранее. Всё укрепил. Привалил мох, замаскировал вход, затаился.

Пытался не дышать.

Пытался… но всё пошло не так.

Где-то за скалой, совсем рядом — голоса.

Человеческие… почти.

— Живой… где-то рядом… — прохрипело, будто глотка проросла шипами.

— Пахнет… страхом… — добавил другой, со сдавленным смешком.

— Он не наш… не касайтесь. Это… моя добыча, — этот голос был особенным.

Тяжёлый. Медленный. Рычание, обёрнутое в слова.

Там, в этих трёх фразах, не было ничего человеческого, кроме языка.

Что-то внутри меня вскрикнуло.

Не разум — инстинкт.

"Беги!"

И я побежал.

Без размышлений. Без плана. Без оружия.

Выскочил из укрытия, пригнулся, нырнул в тень.

Под ногами хрустели ветки, под коленом сорвалась галька.

Сзади — тяжёлые шаги.

То далеко, то вдруг — слишком близко.

Они играли.

Он — играл.

Я понял это почти сразу.

Он не преследовал, он… вёл.

Описывал круги, подбирался ближе, а потом отпускал.

Проверял.

Наслаждался.

Слева мелькнул валун — я юркнул за него, затаился.

Шаги — замерли.

И только дыхание. Тяжёлое, звериное, будто рядом кто-то вдыхал саму ночь.

Я сжал кулаки. Пот катился по лбу. Всё тело дрожало.

"Если он захочет — я труп. Но если я не побегу — я труп в два раза быстрее."

Я сорвался снова. Вниз по склону, через бурелом, в мелкий ручей, разбрызгивая воду и молясь, чтобы запах сбился.

Слева — крик.

Не человеческий. И не совсем звериный.

Мир вокруг изменился.

Каждое дерево — как крюк. Каждая тень — как рот.

Лес не защищал. Он ждал, кто кого съест первым.

Позади — хохот. Угрюмый, безэмоциональный.

Как будто он знал, что я всё равно не уйду.

"Моя добыча…"

"Моя…"

Этот голос до сих пор не выходит у меня из головы.

Но я жив.

Пока.

Я бежал, сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди.

Но шаги преследователя приближались слишком быстро — почти задыхаясь, я чувствовал, как он сокращает дистанцию.

И вдруг — удар.

Как кувалдой в картонную стену.

Меня снесло в сторону, словно я был тряпичной куклой в руках злого ребёнка.

Весь мир вздрогнул и закружился, боль пронзила каждую мышцу, каждый нерв.

Я рухнул на землю, хрипя, пытаясь вдохнуть.

Красный свет луны заливал всё вокруг, словно пропитанный кровью фильтр накрыл мир.

Передо мной стоял он.

Прямоходящий волк — искажённый гибрид человека и зверя, высокий, как взрослый мужчина, но с телом, покрытым густой белой шерстью, которая в лунном свете казалась почти светящейся, излучающей холод и смерть. Его морда — длинная, звериная, с острыми клыками, которые блестели, словно клыки древнего хищника, а глаза — ледяные, пустые, без малейшего следа человечности.

Его мускулы были напряжены, будто каждый сантиметр тела был готов к броску или убийству. В ладонях — когти, которые могли прорезать металл. Его дыхание — тяжёлое и глубокое, оно эхом отдавалось в ночи, сливаясь с диким воем.

Он сделал шаг ко мне, а я, сжав зубы от боли, попытался отползти назад.

Руки цеплялись за камни и траву, тело дрожало, но страх — он бил все рекорды.

«Отойди…» — думал я, хотя знал, что каждый сантиметр земли, которую я отвоёвывал, может стать моей последней.

Волк приближался.

И я делал всё, чтобы просто остаться живым хоть на минуту дольше.