Сергей Радин - Литта

Дэниел встал, пряча восхищение и одобрение при виде лучемёта, прихваченного ремнями к левой руке Джона. Ствол оружия едва касался запястья Джона, и достаточно сжать дуло, чтобы оно вытянулось, удлиняя прицел. Ручной лучемёт — штука капризная, не всякий знает, как удобно пристегнуть его, а Джон приладил его настолько уверенно, что оружие не мешает ему двигаться — часть его самого, да и только!

— Ты взял тройной комплект, — сдержанно заметил Дэниел.

— Правда? Видимо, привычка. — У Джона было сонное лицо очень счастливого человека, погружённого в покой или медитацию. — Не хочется в последний момент обнаружить, что чего-то не хватает. А что? Нельзя?

— Бери. Этого добра здесь хватит, чтобы вооружить всю базу, и ещё останется.

— Дэниел. Говорит Дарт. Через минут десять шлюп Странников будет здесь. Они обещали отключить поле в момент, когда Джон войдёт в их шлюп. И будет идентифицирован.

— Хорошо, — отозвался Дэниел и вместе с Джоном направился к выходу из арсенала.

Ожидавший у дверей охранник мельком было глянул на них и начал отворачиваться. Но машинально зафиксированная фигура Джона вызвала-таки у него, хоть и запоздалую, реакцию: он резко схватился за оружие.

— Это Джон, — раздражённо сказал Дэниел, в душе всё-таки довольный реакцией своего подчинённого.

Конечно, была секунда сомнения, чем же он доволен: тем, что охранник первым делом рванул бластер, или его удивлением?.. В своём нынешнем вооружении Джон, кажется у всех мог вызвать одинаково определённые чувства.

32.

И дверь наконец закрылась.

Резким и бережным броском прислонив Литту к двери, Крис жадно целовал её ищущий рот. Оба задыхались, торопясь насладиться короткой паузой, свободной от присутствия других. И внезапно оба затряслись от еле сдерживаемого смеха и сползли на пол, уже хохоча…

Отдышавшись, Крис усадил Литту к себе на колени, как котёнка, а она уткнулась в его плечо и глубоко вдохнула терпковатый запах мужской кожи.

— Почему они всё время к нам пристают…

— Завидуют.

— Пусть бы сами решали свои проблемы…

— А мы — свои.

— А какие у нас проблемы?

— Не знаю, как у тебя, а моя проблема в том, что я люблю одну маленькую надменную даму.

— Маленьких надменных дам должны любить все. Но вот совершенно другое дело, если дама полюбит огромного хмурого волка.

— Полюбит?

— Если. А у волка ей больше всего нравится его густая жёсткая грива. — Литта погладила Криса по тёмной голове. — Не стригись, ладно?

— Мыть неудобно. Для волков не предусмотрены волчьи шампуни.

— Эй, что ты делаешь?

Крис сноровисто выбрасывал из её строгой причёски шпильки, приколки. Вот он расплёл косы жены, вот вгляделся в удивлённые тёмно-серые глаза и быстро взлохматил пышные волосы Литты. Она пыталась защититься, но безуспешно.

— Что ты наделал?! Что подумает Дарт? Остальные?

— А какое нам дело до других? С волками жить — по-волчьи выть, — усмехнулся Крис. — Теперь ты настоящая волчица — вся лохматая и глазами сверкаешь! Что до остальных — возвращаюсь к началу нашей милой беседы: они же завидуют. И — плевать, что подумают.

Она подняла всё ещё сердитые глаза, и он коснулся её губ.

— Как быстро всё кончается, да?

Тоненько запел сигнал передатчика. Литта отпрянула от мужа.

— Накаркал?.. Слушаю тебя, Дэниел.

— Мы с Джоном идём к посадочной площадке. За ним прибыли.

— Проследите, чтобы всё прошло нормально.

— Джон просит передать, чтобы мы немедленно уходили с астероида. Странники никого не оставят в живых, когда он окажется у них.

— А поле вокруг нас?

— Они уберут его, как только получат Джона.

— Хорошо. Объявите эвакуацию по личным каналам связи. Кораблей хватит на всех?

— Если не брать оборудования.

— Не брать. Вывозим только людей.

— Литта, ты ничего не скажешь Джону на прощание?

— Зачем?

Дэниел отключился.

Повернувшись к мужу, Литта увидела его пустые глаза. Он словно разглядывал что-то за пределами зрения. Он настолько погрузился в себя, что две горестные складки застыли вокруг его жёсткого рта.

Не зная, как привлечь внимание Криса, Литта осторожно завозилась в его руках, якобы устраиваясь удобнее. Глаза Криса потеплели, он "вернулся".

— Крис, ты что?

— Вспомнил. Вспомнил, где его видел.

— Да-а! — поразилась Литта и возбуждённо затрясла его за плечи: — Не томи, говори быстрее!

— Изменилось лицо, — медленно говорил Крис, словно прислушиваясь, — цвет глаз другой. Но жесты у него очень характерные, и когда он дрался… Я видел его во сне.

— Смеёшься?..

— Один-единственный раз. В ту ночь, перед нашим поединком. Он был такой весёлый, и сон из-за него был солнечный. Помню, я проснулся и подумал: неплохо бы иметь такого друга. Тогда же я понял, что ты и я будем вместе.

— Во сне, — разочарованно повторила Литта.

— Клянусь звездой и именем!

— Да я и так верю… Во сне может присниться всё, что угодно.

— Литта, я не клялся. Я повторил то, что сказал Джон мне во сне.

Мир обрушился с оглушительным грохотом. Она смотрела на Криса, видела, как шевелятся его губы: он рассказывал, что было дальше в его сне…

— Мёртвый город… — прошептала Литта и сильно вздрогнула, вспомнив необъяснимое возвращение в слепое прошлое, когда она пыталась проникнуть в заблокированное Безымянным информационное поле Джона. Она напряглась, вызывая в памяти голос Джона, ласково произнёсший: "Спи, девочка, рано ещё…" И растерянно заглянула в вопрошающие глаза Криса: — Не может быть… Джон — это Рэсс?

Крис обнял жену, будто защищая, но отрешённое выражение его лица сменилось насторожённым: Литта приникла к нему, явно что-то лихорадочно обдумывая.

И не заметила, как Крис осторожно отогнул у неё на затылке воротник куртки.

33.

Чёрные Странники, очевидно, отличались огромной самоуверенностью. В "зале ожидания" их оказалось только трое.

Закутанный в глухой, застёгнутый до подбородка плащ, волоча за собой мешок с оружием, Джон оглянулся. В проёме двери стыковки стоял Дэниел, за ним беспорядочно сгрудилась охрана. "Удачи", — по губам Дэниела прочитал Джон и обернулся к Странникам. На упавший за спиной — отрезав от нормального, привычного мира — дверной люк он не среагировал, спокойно смотрел на чёрные силуэты впереди.

Один, стоявший ближе всех, размеренно подошёл к Джону и, взявшись сухими суставчатыми пальцами за подбородок человека, сказал:

— Лицо… другое…

— Зашили, — лаконично ответил Джон и рывком попытался избавиться от цепких пальцев.