Пётр Волкодав - Булава скифского царя

— Я уже кое-что узнал, — отозвался фиванец — когда по твоей просьбе я распространялся о тебе тому, бугаю, кто остался в Ольвии. Он проверил меня, как бы невзначай сказав, что тела находят на излучине реки, на отмели у устья. Я никак не отреагировал, лишь усмехнулся и ответил, что туда им и дорога, к — рыбам. Я думаю вот что — под дворцом проходит подземный выход к реке на случай осады.

— Ого, ты предвосхищаешь мои мысли Стокл. Налей нам по маленькому килику. Да, по-малому. А что ты думаешь по поводу этого, гм — слуги Сантора?

— Я думаю, что он и выносит тела и отправляет туда, где резервный источник забора воды на случай осады. Не удивлюсь, если эта змея — Магира ублажает своими прелестями и его — своего раба и воздыхателя. Вечером, на пиру, когда мы находились в соседнем посещении с залом дворца, её раб постоянно выходил. Я незаметно проследил у был удивлён. Он, окидывая зал, часто останавливался на Магире и та, отвечала ему взглядом. Так рабы не смотрят. Так смотрят на своих красивых самок, их обладатели, а не пустые воздыхатели… Кроне, я осмотрю все окрестности Пантикпаея с Волком и думаю, что мне удастся найти искомое место, где выбрасываются тела.

— Хорошо, — ответил Крон и медленно выпил килик. — Так вот, Стокл, прежде всего, осмотри места, куда реже приходят к реке горожане, где есть обрывы и кручины и…

— Сильное течение — поймал мысль Крона Стокл. — И всё же, откуда взялась эта гадюка — Магира?

— Не знаю, она очень опасна и хитра. Если я чего-то не предусмотрю, будет поздно… Она наверняка догадывается, что я не рядовой целитель. Сегодня я — вздохнул Крон, — впервые за много лет нарушил правило…

— Какое, впрочем, я догадываюсь. Ты изменил оболочку царя, ту, что есть у всех живых и вдобавок к травам и ваннам, будешь лечить посредством внушения…

— Ты догадлив Стокл и мог бы стать хорошим вещуном… Если бы Магира знала то, что известно тебе, а ты — единственный, кому я доверяюсь во всей ойкумене, наши кости уже б обгладывали птицы. Даже моя дочь не должна знать моих возможностей, но я, вероятно, совершил ошибку в Торжище, вернув жизнь в тело Хорсила, но не жалею о том. Что-то светлое есть в этом парне. Так вот — из-за этого мне и пришлось устроить маленькую пьесу в городище Зиммелиха… Меня больше нет живого в ойкумене… Стокл?

— Да.

— Дай нам Папай силы, чтобы всё задуманное мною получилось. И тогда, ты вернёшься к своей семье, а я — я вернусь и стану попрошайкой у городища, чтобы видеть свою дочь и внучек. Моя миссия приходит к концу.

— Нет Кроне, я не уйду от тебя, — разволновался Стокл. — Моя семья давно уж позабыла обо мне. Может, и помнят, а ты — ты Кроне сделал всё для моих близких много, вытащив из нищеты. Теперь мои дети, процветающие и преуспевающие люди, но заподозрить руку человека в их судьбах не смогут никогда…

— Ладно, будет Стокл. Скоро рассвет. Спим.

Гл 15.

Посол двух царей.

Пантикапей:

Начало сентября 310 г до р. Х.

От автора:

много спекуляций по поводу принадлежности Крыма — очень много. Недобросовестные историки играют в лохотрон за обыкновенное "бабло", Не виню их по той причине: — дети… и не складывающаяся жизнь, и, вечные проблемы.

А напомнить хотелось вот что: — не в обиду притязаниям крымских татар…

Полуостров Крым был за полторы тысячелетия до Христа освоен киммерийцами — "людьми моря", как величали их в Ветхом Завете и И.Флавий. Преемники — скифы, смешавшие кровь с киммерийцами — нашими прародителями. Вернули эти земли — великая императрица — Екатерина и Князь Таврический — Потёмкин, никогда не вмешивающийся в решения Суворова и Ушакова. Именно тогда, как ни странно — царской постели на которой, оболганная Екатерина и князь Потёмкин решили вопрос будущего Крыма и России — СССР.

Потёмкин отправился в Крым на переговоры, а тем временем его эмиссары агитировали крымских греков — кормильцев татар переселиться в приазовье и БЕСПЛАТНО получить земли. Так, без кровопролития были возвращены земли предков, а потом желающих отхватить лакомый кусок — Крым, — турок поставили на место прославленные полководцы: Суворов на суше и Ушаков, у которого за честь ходить под парусами говорил адмирал Нельсон — на море.

Цари боспорского царства платили дань за торговлю со средиземноморьем. Прославленные египетские фараоны платили дань, откупаясь от наших предков, И, не потому что скифы-сколоты были агрессивны и грубы — нет! Они просто создавали Наще будущее — настоящее, а северные братья — словены-славяне поднимались…

Скифские курганы — от таманского полуострова, Крыма, северного Причерноморья, Приазовья — родины царских скифов- воинов, Хортицы, Воронежа, постираются за горы Алтая! Для того чтобы выковать первыми в истории ойкумены железные мечи — требовались не шептания бабок, а технологии производства железа, а — стоунхенджи:- под Воронежом и Приднестровье — фантастика? Это только известное на сегодня. А сегодня — снова идут раскопки в Херсонской области, а пирамиды-курганы Великой степи — молчат.

Потому взялся за эту тему — сложную и тяжкую; не потому, а, потому что — с самого детства нам твердят о величии Греции, Рима, Египта и прочих народов, но стоит взглянуть на самые страшные кроворубки нашей, — нашей цивилизации, — окажется — всё это происходило у нас. От Калки и до Курской дуги, где гений Второй Мировой — Рокоссовский и разработчик операции, маршал Василевский — решили будущее Великой Евразийской Степи.

А теперь, непосредственно — Пантикапей!

Когда диск слепящего только начал показывался в ойкумене и первые лучи коснулись стен города, в ворота Бен-аты осторожно и робко кто-то постучал. Дворовый, убирающий упавшую листву, прекратил работу, недоумённо пожал плечами и, прислушался. "Наверное, показалось" подумал он, принимаясь снова за уборку, но стук в ворота снова повторился. Он почесал затылок и, раздумывая, "стоит открывать или же — нет", направился к воротам, жестом поманив раба. — Кто там? — грозно спросил он, как учил хозяин. — Кому это не спиться в эдакую рань? — В ворота снова постучали, а потом раздался испуганный и умоляющий женский голос: — Мне… мне нужно, господин….

— Да говори ты внятнее и не мямли — сердито засопел слуга. За воротами послышался сдавленный кашель и отчаянная просьба: — Молю Афродитой — откройте. Мне нужно сейчас же увидеть Волка, слугу врача Архона. Это очень важно. Откройте.

Второй раб, заглядывающий в щель ограды, подтвердил: — Открывай Арис. Женщина. Она — одна и чем-то напугана. — Слуга погрузился в раздумья, не зная, что предпринять, но думал он недолго: — во дворе появился сонный хозяин. Бен-ата сладко потянулся и поёжился, а потом обратил внимание на двух рабов у ворот. — Эй, бездельники, почему бросили работу? — заворчал недовольно он. — А ты что делаешь наверху? — прикрикнул на раба, протирая глаза и прогоняя остатки сна. Рабы поклонились, а старший объяснил ситуацию. Торговец удивился и не долго думая, приказал: — Открывай Арис. Интересно, гм, гм интересно. Кто бы это мог быть и кого принесла нелёгкая?