Звёздный анклав (ЛП) - Сальваторе Роберт Энтони

Может быть, этот старый эльф был растерян, его разум – болен. Может быть, в его истории не было никакой правды, и существование здесь эвендроу оказалось простым совпадением.

А может быть, магия, которая стёрла его воспоминания о Каллиде на все эти десятилетия, даже века, достаточно ослабела, чтобы старому эльфу пригрезилось место, которое он однажды знал.

- Мы не желаем встречаться с народами юга, - объяснила ему женщина-инквизитор. – И уж точно – с обитателями Подземья.

- Но ваш отряд отправился на поиски, чтобы отыскать нас. Вы могли позволить нам умереть.

- Это была случайность – и разумеется, мы не могли оставить вас умирать. Как и улутиунов, потерявших свою деревню под ледником, или странников-инугаакаликурит, найденных на льду, или тех, кого вы зовёте орками, рыскавших в регионе. Они стали частью Каллиды, частью, которой мы дорожим. Они сражаются в кальци, возделывают поля вместе с нами, создают произведения искусства, делятся своими песнями и танцами. Таким может быть и ваше будущее, если ваши истории правдивы, а сердце – доброе. Подумайте об этом.

Несмотря на все сложности и интерес его жизни на юге, Джарлакс обнаружил, что ему нелегко отвергнуть подобное предложение. Но от него не укрылся и первый упомянутый вклад.

- Кальци? – спросил он. – Это враги?

Он подумал о слааде и инеистых великанах, надеясь найти здесь возможность, чтобы укрепить любой возможный союз.

- Каццкальци, - ответил мужчина. – Битва Сумеречной Осени. Крепись, друг мой, ведь вы пришли к нам в час пиршества и забав.

- И битв?

Два инквизитора, которые допрашивали его, переглянулись и усмехнулись. Потом посмотрели на третью – та кивнула.

- Иди к своим друзьям, Джарлакс, - сказал ему мужчина. – Вы можете свободно ходить по округу, даже по всему городу. Если хотите, Эмилиан и Илина станут вашими проводниками – а можете обходиться без них. Еды и питья вы найдёте в достатке.

- И песен и плясок, - добавила женщина. – Присоединяйтесь к ним или рассказывайте великие сказания древности, и получите множество благодарных улыбок.

Когда они замолчали, Джарлакс встал и поклонился, направившись к другой двери.

- Ещё одно, - окликнула его женщина. – Советую отведать хурмы.

- Хурмы?

- Небольшой оранжевый…

- Я знаю, что это такое, - прервал её Джарлакс, слишком изумлённый, чтобы поддерживать своё вежливое обличье. – Фрукт… тёрпкий.

- О, но вы не пробовали его вместе с выдержанным сыром из молока мускусного быка курит, запивая всё это холлико, скеллобельским ледяным вином!

Она сжала губы, прикоснулась к ним пальцами и причмокнула, широко разводя руку, как будто бросала это вперёд, к необычайно смущённому Джарлаксу.

Конечно, он не знал подробностей, или что за мускусные быки, или холлико, раз уж на то пошло, но настоящая причина его растерянности заключалась не в этом. Нет, это была гордость, гостеприимная гордость, с которой инквизитор, имени которой он не знал, только что обратилась к нему.

- Хороший совет, Джарлакс, - согласился мужчина. – Уже одних этих деликатесов хватит, чтобы вы не пожалели о путешествии в этот суровый край.

Покачав головой и пытаясь не рассмеяться, Джарлакс вышел за дверь и вскоре присоединился к друзьям.

Глава 16

Виноделие

- Мне поручили показать вам Каллиду, - сказала Илина четырём товарищам, когда те покинули инквизиторов. – Здесь несложно сориентироваться, и я могу дать кое-какие советы о городе, которые могут быть вам интересны.

- И мы можем ходить, куда захотим – совершенно свободно? – скептически поинтересовался Артемис Энтрери.

- Разумеется, вам нельзя вламываться в чужие дома. Полагаю, ваши обычаи в этом отношении похожи. И вам нельзя уходить из города – даже в Каскатту.

Когда в ответ на это поднялись брови, Илина торопливо добавила:

- Стихия убьёт вас. Там холодно, и скоро станет ещё холоднее. Вы просто не выживете.

- Даже если у нас будет та одежда, какая была на тебе и твоих спутниках при нашей первой встрече? – поинтересовался Энтрери, пристально глядя на жрицу-дроу.

- Но у вас её нет, - резко отозвалась Илина.

- И даже будь это иначе, смогли бы мы унести достаточно еды и найти нужный путь? – сказал Джарлакс, и Кэтти-бри одобрительно кивнула в ответ на эту попытку погасить напряжение.

- Скоро начнутся бури, - добавила Илина. – Ветер может сбить вас с ног – и так густо наполнит воздух крохотными кристалликами льда, что в пяти шагах ничего не будет видно. Как бы вы ни решили покинуть этот регион, вам придётся пересечь горы, которые скоро станут непроходимы и останутся таковыми до Зарождения Зелени.

- До чего? – отозвался Энтрери.

- Середины чеса, весеннего равноденствия, - сказала Кэтти-бри, которая теперь всё поняла и догадалась, что грядущая ночь будет отличаться от ночей в их родных краях. – Шесть месяцев. У нас дома мы проживаем целый год из дней, но здесь у них есть только один настоящий день и одна настоящая ночь.

- Но почему нам нельзя в Каскатту? – спросил Илину Джарлакс. – В том прекрасном месте было не так уж холодно.

- У дварфов и орков Каскатты нет сейчас средств, чтобы принимать гостей. У них есть работа, и по общему согласию они в какой-то степени независимы от Каллиды. Придерживаясь духа этого соглашения, мы предпочитаем вторгаться к ним лишь тогда, когда этого нельзя избежать – как, например, с нашими патрулями. Если вы действительно хотите туда вернуться, вам придётся сделать это с полноценной охраной из Каллиды. Это можно устроить, но думаю, что вам и здесь найдётся, чем заняться.

- Ладно, покажи нам Каллиду, - уступил Джарлакс.

- Конечно, продолжая за нами приглядывать, - добавил Закнафейн.

Илина рассмеялась.

- Я покажу вам место, где вы сможете сами осмотреть округа Каллиды. Никто не будет за вами назойливо следить. Инкивизиторы решили, что вы не пленники здесь, а гости.

- Которые не могут уйти, - ответил Энтрери, отказываясь менять тему.

- Вы сможете уйти, но сначала к нам должна вернуться магия, - ответила Илина.

Чтобы они могли стереть наши яркие воспоминания об этом месте, понял Джарлакс, но вслух не сказал.

- Десять дней, значит, - сказала Кэтти-бри.

- В Каллиде легко ориентироваться, - сказала Илина, уводя их от здания инквизиторов к надиру скалистого гребня, который разрезал округ практически надвое. У основания этого гребня, с простирающейся перед ними землёй, поднимавшейся слева и справа, они обнаружили пересечение пяти широких улиц. В центре получавшейся площади стоял высокий шест, и приблизившись, товарищи заметили на нём четыре указателя и большую табличку на сверкающем железном шару, который венчал шест.

- Каллидский Скеллобель, - сказала Илина, указывая на эту табличку. – Вы в сердце Скеллобеля, самого многолюдного из четырёх оставшихся округов Каллиды. Это – каллидский указатель. Достичь внешнего мира можно лишь отсюда, если вы не способны вскарабкаться или взлететь на ледяные стены. Видите ручей, вдоль которого вы шли в леднике? Это река Каллида, единственный путь наружу без скалолазанья.

Кэтти-бри осмотрела далёкую ледяную стену, тянувшуюся ровной линией от самой узкой точки гребня.

- На юг, - пояснила Илина, а затем добавила: - Если вы когда-нибудь потеряетесь на боковых улочках Скеллобеля, всегда смотрите на гребень. Линия от его высочайшей точки до места, где мы сейчас стоим, указывает точно на юг. Посмотрите чуть-чуть направо – и увидите лестницу и спуск, где вы спустились из тоннелей, ведущих к Каскатте.

- Её нет на указателе, - заметил Зак.

- Каскатта – не округ. Там живут лишь несколько дварфийских семей и около дюжины арктос орокс, которых вы зовёте орками. Округа – вот.

Она показала на шест, указывая рукой на каждый знак поочерёдно.

- Скеллобель – здесь, затем – Мона Чесс, место Сиглига, где расположен каньон покрупнее этого и почти такой же многолюдный, но там больше эвендроу и меньше других культур.