Звёздный анклав (ЛП) - Сальваторе Роберт Энтони

Её остановил смешок мужчины посередине.

- Много лет назад? – скептически спросил он. – И мы должны в это поверить? Мы знаем людей. Ты думаешь, мы поверим, что много лет назад ты владела этим оружием, хотя была всёго лишь ребёнком? Значит, ты из знатного рода – в той земле, которую ты оставила?

- Нет, - с нервным смешком отозвалась Кэтти-бри. – Нет… хотя, да, некоторые так считают, поскольку мой отец – дварфийский король.

Она беспомощно рассмеялась. Как можно было объяснить всю её жизнь, все повороты, превратности судьбы и пережитые приключения? Как объяснить её смерть, если время в Ируладуне могло так называться, или её возвращение, как избранницы Миликки, для битвы с женщиной, которая оказалась избранной Ллос?

Как она могла объяснить всё это?

- Я намного старше, чем кажусь, но благодарю за комплимент, - ответила она. Прежде чем мужчина что-то сказал, она продолжила свою историю – о волшебном портале, который перенёс их в это незнакомое место, о путешествии по северным землям до того, как они наткнулись на этот разлом в леднике – она специально не сказала о пещере и сражении с великаном и жабовидным чудовищем, как и договорились товарищи в самой первой ледниковой палате. Зато рассказала о заброшенном поселении и реакции самого ледника, когда они проделали небольшую брешь на план огня при помощи кнута Зака, а Кэтти-бри потянулась на огненный план через своё кольцо.

Ответом ей стали кивки, поскольку все эти вещи, хотя сейчас по большей части бездействующие, попали в руки эвендроу. Однако мудрецы среди них должны были распознать общие силы отдельных предметов или, по крайней мере, догадаться о них.

- Доум’вилль Армго мертва, - сказал ей дроу посередине.

- Нет, - ответила Кэтти-бри. – По крайней мере, если она и погибла, то совсем недавно, в последние день-два.

Даже в тенях она разглядела, как мужчина качает головой.

- Забудь её, - сказал он. – Она стала жертвой необитаемого, и Доум’вилль, которую вы знали, навеки погибла.

- Необита… - хотела спросить Кэтти-бри, но женщина её оборвала.

- Теперь, когда вам известно о тщетности ваших поисков, вы захотите уйти. Но сейчас это невозможно. Вы, разумеется, погибнете на холодном ветру без своей магии.

Кэтти-бри пожала плечами. А что можно было сказать?

Затем они вывели её из комнаты, провели в дверь на правой стене, противоположную той, через которую она вошла и за которой ждали её друзья, каждый в собственной камере в большом помещении со множеством таких мелких камер – месте, которое напомнило ей о медитационных залах в монастыре Жёлтой Розы.

За этой дверью её ждали Илина и Эмилиан.

- Поразительная история, - сказал главный инквизитор двум своим спутникам, когда дверь снова закрылась. – Подозреваю, одна из многих, которые мы можем услышать от этой человеческой женщины.

Он и женщина, которая допрашивала Кэтти-бри, посмотрели в конец стола на третью в их группе, сильную женщину с безупречной осанкой, отражавшей дисциплину, с которой женщина проживала каждый свой день. Её белая одежда была свежей и разглаженной, её синие волосы – аккуратно подстрижены. Она держала небольшую шкатулку из стекла, реликварию с черепом белой лисы внутри.

- Миликки, - сказала женщина. – Это другое имя твоей собственной богини, не так ли, Галата?

- Или её сестры, по меньшей мере, - ответила дроу-паладин.

- Что ты чувствуешь? – спросил дроу-мужчина. – И можешь ли ты доверять своим чувствам в это время Сумеречной Осени?

- Я не ощущаю в ней зла, - ответила Галата. – Ни в памяти, ни в её устремлениях. Я думаю, что готова поставить на это чувство безопасность Каллиды, даже в такое время, и во многом потому, что свет и тепло так сильно резонируют в ней. Давайте приведём остальных и посмотрим, из какого они теста.

Джарлакс был последним из группы, представшим перед инквизиторами, и запугать его им не удалось совершенно. Он волновался, что возбуждение от простого зрелища Каллиды и того, что он узнал про это место и этот народ, заставило его утратить бдительность, однако это было лишь мелкое беспокойство.

Если бы эвендроу хотели убить его и его друзей, то уже давно это сделали бы.

Он рассказал инквизиторам ту же самую историю, что и Кэтти-бри, Энтрери и Закнафейн. Он тоже не стал рассказывать им про бой в пещере, хотя не был уверен, что стоит хранить это в секрете, и подозревал, что долго это всё равно не продлится. Зачем зелёный слаад изображал дроу? Потому что увидел Зака, сражавшегося с инеистым великаном, или потому что знал этих дроу?

И то, и другое, скорее всего, но это указывало Джарлаксу, что слаад и инеистые великаны, по крайней мере – тот клан, были не в ладах с народом Каллиды.

- Вы – предводитель этой экспедиции? – спросил мужчина, находившийся между двумя другими на возвышении.

- Я организовал её, да.

- Но вы даже не знаете, где находитесь? – спросила женщина справа. – И хотите, чтобы мы в это поверили?

- Другие рассказали вам про архимага Громфа? – задал Джарлакс собственный вопрос.

- Того, который создал портал, - подтвердила женщина.

- Великий волшебник, один из самых могучих магов на юге, и может быть – самый сильный во всём Подземье, когда он там обитал, занимая должность архимага Мензоберранзана, города ваших родственников.

- Города Пауков, как сказал ваш спутник-дроу.

- Да. Я расскажу вам о нём.

- Вы предполагаете наш интерес, - сказал мужчина посередине. – И нашу неосведомленность.

- Наша забота – Каллида, и только Каллида, - добавила женщина, которая говорила ранее. – Вы не внушаете нам доверия, рассказывая о великих волшебниках и городах Подземья. Мы прекрасно знаем, что во время великого разделения народов некоторые наши сородичи отправились туда.

- Они совсем на вас не похожи, - заметил Джарлакс.

- А вы?

Дроу пожал плечами.

- Мы пришли сюда не только затем, чтобы найти Доум’вилль и попытаться избавиться от демонического влияния внутри меча, - признался он, и это заставило двух из его собеседников поднять бровь, хотя женщина на другом конце сцены осталась совершенно бесстрастной, по крайней мере – снаружи. – Вероятно, так считают мои друзья, но у меня были другие намерения.

- Вам известно о Серебристой Луне? – спросил он.

- Да, - был неожиданный ответ.

- Я был там недавно, расследуя слухи про эльфа, ещё одного эладрин, который однажды обнаружил крайне необычную цивилизацию в холодных северных землях, за границами известных королевств Фаэруна.

Они не отреагировали.

- Цивилизацию дроу, - добавил Джарлакс. – Или, может быть, эвендроу.

По-прежнему никакой реакции.

- А может быть, это был просто сон. Так думал этот очень древний эладрин – или считал, что его старый разум уже неспособен отличить выдумку от истины. Не бойтесь, его никто не принимал всерьёз.

- Однако вы здесь, - отозвалась женщина.

- Потому что больше всего я хотел, чтобы этот сон оказался явью. Потому что мне было нужно, чтобы он оказался явью… а ещё потому, что поиски Доум’вилль – хорошее и доброе дело, и обладает огромной важностью в грядущем конфликте среди моего народа. Поэтому у меня была другая причина прийти сюда и убедить моих товарищей последовать за мной.

- Теперь такой причины больше нет, как и Доум’вилль.

- Вы уже говорили. Вы нас отпустите?

- У вас нет волшебной защиты. Вы погибнете.

- Дайте нам одежду.

- Нет. Вы не можете уйти до наступления ночи и конца Сумеречной Осени, - сказал мужчина.

- Когда вернётся магия. Когда наша магия защитит нас.

- Конечно.

- И когда ваша магия защитит вас, - догадался Джарлакс. Он подумал о старом эльфе в Серебристой Луне, который много лет не рассказывал эту историю про северных дроу, а сейчас шептал про неё, как про ерунду, а не про реальность, словно грезил наяву, пойманный в фантазиях и воспоминаниях вместо настоящего мира вокруг.