Юлия Боровинская - Лисьи листы

Впрочем, до субботы оставалось еще два дня, и наутро я отправилась в следующую экспедицию. На сей раз я решила положиться на случай, поэтому дошла до площадки с садовой скамейкой и уже там наугад выбрала одну из тропинок. Дверь, находящаяся на ее дальнем конце вывела меня, к счастью, не в чей-то дом и даже не в чисто поле, а на тихую окраинную улочку большого города. Правда, до центральной библиотеки мне пришлось изрядно потопать — денег-то на проезд у меня не было. Так много я не ходила со времен нашей с Хитчем незапланированной вылазки в заповедник, хотя там я, в основном, бежала лисичкой, а здесь пришлось перемещать своё гораздо более массивное и нетренированное человеческое тело. Несколько раз я усаживалась перекурить, так что часа два у меня дорога заняла — это точно.

А на месте меня ждала неприятная новость: для оформления разового читательского билета нужны были, во-первых, удостоверение личности, а во-вторых, пусть совсем небольшие, но деньги. И если в качестве документа я еще могла бы подсунуть свой собственный заграничный паспорт, болтавшийся у меня в сумке (ну, иностранка я, иностранка! Библиотека же — не таможня, вряд ли что-то заподозрят), то здешняя валюта у меня отсутствовала напрочь. И что прикажете делать: наняться быстренько дворником или на улице с протянутой рукой постоять, дескать, сами мы не местные..? Можно было бы, конечно, и вовсе попытаться провести анкетирование всех встречных-поперечных на тему «Что Вы знаете об Оракуле Печали?», но я сильно подозревала, что это мне абсолютно ничего не даст. Устройте-ка на любой нашей улице опрос «Что Вы знаете о Баальбекской террасе?» — и много ли вы узнаете? В лучшем случае, найдется кто-то, кто хотя бы слышал это название. Слышал — и всё.

Задумавшись, я обогнула здание библиотеки и вдруг заметила приоткрытое окно. Даже не окно — так, четвертушку, нечто вроде форточки, расположенной внизу оконного переплета. Как человек, я туда разве что голову просунуть смогу, а вот как лисица…

Я оглянулась по сторонам. Прохожих не было. Точнее, вдалеке сидела на скамейке парочка, но они явно слишком были заняты друг другом, чтобы обратить на меня хоть какое-то внимание. Тогда я подошла к окну и заглянула внутрь. Белый кафель, раковины, кабинки… Туалет! Будем надеяться, что женский, хотя какая, в сущности, разница!

Превратиться и проскочить в окошко было секундным делом. Оказавшись на полу, я тут же вернулась в человечью шкуру и с максимально-независимым видом вышла из туалета. По закону подлости он, разумеется, оказался мужским, так что я заработала недоуменный взгляд какой-то девицы, негромко разговаривающей по телефону в небольшом холле, очевидно, служащем курилкой. Ну, и наплевать! Какое ее дело — может, я там унитаз чинила!

Я уже предвкушала, как буду долго и нудно копаться с карточками в библиотечном каталоге, но к моей великой радости он оказался электронным, позволяющим проводить не только обычный — по заглавию и имени автора, но и контекстный поиск. Ну-ка, ну-ка, что у них тут есть об Оракуле Печали?

Ничего. То есть об самых разных оракулах местные авторы писали много, но вот интересующего меня среди них не было. Ладно, попробуем синонимы. Как там у нас с Оракулом Тоски? Или, скажем, с Оракулом Отчаянья?

Синонимы я перебирала долго и нудно, но и тут меня ждал полный провал. Просмотреть вообще всю литературу об Оракулах — от мифов до исторических исследований? Так мне на это и месяца не хватит! Конечно, такое отсутствие информации может говорить о том, что в этом мире попросту не существует никакого Оракула Печали… Идея! Ну-ка «разрушенный оракул»…

Я копалась с каталогом уже несколько часов и постепенно приходила в состояние тупого отчаянья. Хотелось курить, кофе, есть и хоть на какое-то время забыть обо всех оракулах на свете. Кажется, попадись сейчас хоть один из них на моем пути, я не поленилась бы, как в рассказе вчерашнего старикашки, повернуть какую-нибудь реку, чтобы навсегда смыть его с лика Земли… Так, а не попробовать ли «изменение русла реки»?

Как выяснилось, моё одуревшее сознание преподнесло, наконец-то, действительно ценную идею. Всего лишь на третьей странице ссылок меня ждал чудесный сюрприз:

«Существует легенда об искусственном происхождении озера Суныкол. Якобы еще в доисторические времена местные племена осуществили изменение русла реки Янак, чтобы затопить некое зловеще культовое сооружение: не то алтарь неизвестного бога, не то место жертвоприношений, нет то обиталище некоего прорицателя…»

Уф! Надо полагать, это он и был — Оракул Печали. И что за мания была у древних — всенепременно на него речку поворачивать? Это ж труда сколько! Разобрали бы по камушку — да и всё! Мелиораторы, блин…

Да, впервые я до глубины души прочувствовала, что отрицательный результат — тоже результат. Теперь можно было с чистой совестью помечать этот мир красной стрелкой и отправляться ужинать. Ничего-ничего, вот так, методически отсеивая, рано или поздно…

Глава 4

Нет, каждый раз в окошки не налазаешься, — решила я, собираясь в очередной поход. Да и не всякий раз они будут попадаться — открытые окна. Хорошо бы всё же разработать какую-нибудь стратегию. Итак, как можно в незнакомом мире срочно заиметь немножко денег, учитывая, что воровать я не умею, заниматься проституцией брезгую, а просить не люблю? В детстве, помнится, мне неплохо удавалось насобирать на кино и прочие мелкие жизненные радости, просто отыскивая монетки на тротуарах. Правда, тогда и экономическая ситуация была другая… и мелочь как-то больше в ходу. Одно дело — мелкая, почти невесомая копеечка, и совсем другое — массивные 50 тенге. А выпорхнувшую из кошелька купюру и вовсе трудно не заметить… Еще — всё в том же детстве — я иногда собирала себе на мороженное, выпрашивая монетки возле телефона-автомата. «Двушкой» тебя каждый готов выручить: десять минут — и пломбир! А потом появились таксофонные карты… Конечно, в иных мирах всё может быть по-другому, но всё же полагаться на эти давние способы явно не стоит…

С головой уйдя в эти размышления, я чуть было не схватила вместо своего замшевого мешка старую черную сумку. Кстати, «старую» вовсе не значит «потрепанную». Я ее всего-то чуть больше месяца поносить успела до того дня, когда ее у меня разрезали в автобусе, вытащив бумажник с совершенно пустячной суммой. Жалко было — до слез! Самое обидное, что косой порез бритвой почти не заметен на черной коже, а вот возьмись я ее ремонтировать, шов сразу же бросился бы в глаза. Ну, не ходить же, в самом деле с дырявой сумкой! Хотя…

Библиотекарши у нас кто? Правильно, женщины. Нет, я, конечно, допускаю, что в природе водятся и библиотекари-мужчины. Только вот у нас с ними явно разный ареал обитания. А женщины — существа добросердечные… в том, что не касается их кровных интересов… по себе знаю! Итак, прихожу это я в библиотеку, начинаю оформлять читательский билет, лезу в сумку за деньгами и… Рука просовывается в дыру, на глазах выступают слезы, чёрт бы с ним, с кошельком, но мне так хотелось поработать сегодня..! Ни за что не поверю, что поблизости не найдется ни одной дамы, которая не выручила бы меня копеечной суммой! Тем более, видно же: не на бутылку потрачу — на доступ к культурным ценностям! Да, пожалуй, это лучше, чем у прохожих побираться!