Юлия Боровинская - Лисьи листы

— Откуда? — изумилась Алина.

— Сложно объяснять. Скажем так: это связано с тем, где я была…

— И что ты теперь делать собираешься?

— Еще не знаю. Приеду домой, осмотрюсь…

Алина начала было говорить о том, что кто-то из нас должен остановиться первым, но во второй раз я всего этого выслушивать не стала.

— Я постараюсь не исчезать из поля зрения. Это всё, что я могу обещать. Я понимаю, конечно, что Лао и Хитч взрослые, сильные и опытные. Но тут дело не только в них. И во мне самой — тоже.

— А может, лучше к нам приедешь? — неожиданно предложила моя собеседница, — Одной, конечно, тоскливо…

Я подумала и помотала головой так, словно она могла меня увидеть:

— Нет. Спасибо, конечно, но это ничего не решит. Я уж как-нибудь сама…

— Ладно, — сдалась Алина, — Деньги я сегодня вышлю. Только не делай глупостей, хорошо? Я Хитчу обещала, если ты появишься, присмотреть за тобой.

— Ну, мне всё-таки не пять лет, — улыбнулась я, — Вот лично тебе понравилось бы, если б кто-то принялся за тобой присматривать?

— Вряд ли, — вздохнули на том конце провода, и мы распрощались.

…А ночью мне приснился разговор:

— Знаешь что, оставайся. Если рейс всё время откладывают, это что-то значит.

— Просто погода нелетная. А мне нужно…

— Ничего в этом срочного нет. И вообще, я знаю, зачем ты летишь. А вот ПОЧЕМУ…

— В смысле?

— Ты ведь просто зацепился за эти дела, как за предлог, чтобы опять уехать. Почему? Что тебя гонит?

— Если честно, в каком-то смысле — ты.

— Я?

— Да. Опять что-то неладно у нас с тобой. Дергаешься, нервничаешь… Так уже сколько раз было. А вот когда я исчезаю на какое-то время, потом всё надолго налаживается. Может, тебе просто нужно побольше личного пространства?

И хотя одной из говоривших была я сама, в ту ночь мне так и не удалось узнать следующей реплики: за стенкой что-то гулко бухнуло, забубнили голоса, и, открыв глаза, я обнаружила, что на часах уже начало десятого. Самое время принять душ, выпить кофе и отправляться за деньгами и билетом. Я даже помнила, на какое место он будет — 4-а, у окна. Да, и не забыть бы вместо дурацких кроссвордов купить себе что-нибудь почитать… или колоду карт для пасьянсов… ну, и карманный «тетрис» тоже можно…

А дома я окажусь только поздно вечером…

«В этот раз всё будет по-другому», — решила я. В конце концов, вовсе нетрудно пропылесосить квартиру, застелить чистые простыни и принять ванну с ароматическими солями перед сном. И планы на следующее утро у меня тоже имелись: съездить на фирму за деньгами, заправить машину, отправить долг Алине и…

«И что дальше?» — спросила я саму себя, сидя за столиком в маленькой забегаловке, куда я заглянула позавтракать. Просто сидеть и ждать — тупиковый вариант, в этом я уже убедилась. Нужно начинать поиски. А поскольку я понятия не имею, где сейчас находятся Лао и Хитч, искать нужно их цель — Оракул Печали. Как? А самым что ни на есть традиционным способом! Библиотеки-то существуют практически во всех мирах. И если как следует покопаться в книгах, наверняка можно будет найти либо легенду о самом Оракуле, либо сведения о его разрушении. Миры, где он уже больше не существует, отбрасываем сразу, а в остальных можно и поискать. Правда, есть шанс найти не тот Оракул… в смысле: отыскать функционирующий Оракул не в том мире, где шарится моя спасательная экспедиция, но по большому счету и это не проблема: спрошу у Оракула, как мне их найти — и всё!

Более того: чтобы опять не влипать в сложности с деньгами иных миров, можно запросто сидеть в библиотеке днем, а завтракать-ужинать-ночевать возвращаться в своё измерение. Так мы, в случае чего, и с Хитчем не разминемся, и Алине можно будет позванивать по вечерам, чтобы зря не нервировать.

Так-так-так… А какие, собственно, я знаю двери в родном городе? Краткая инвентаризация памяти показала, что немногие. Дверь возле офиса, открывающуюся в китайский сад, которую Лао показал мне еще в самый первый день моего обучения. Да, но туда старик мне в одиночку соваться настоятельно не рекомендовал! Дверь в мир, где я добывала робарис. Но это же почти сто пятьдесят километров от города — каждый день туда-обратно мотаться затруднительно… Остальные мои командировки и вовсе начинались с поездки на поезде или на самолете. Есть, конечно, еще и дверь в ад, но туда мне возвращаться что-то совсем не хочется…

Будь я хоть немного более импульсивным человеком, я бы, наверное, на потеху окружающим подскочила на стуле и хлопнула бы себя по лбу. А так всё обошлось только расплесканным кофе и свалившейся под стол вилкой. Ну, надо же было быть такой балдой! Адская прихожая! Место, конечно, не самое приятное, зато дверей разных там — за год не обойдешь! И расположена она недалеко — можно ездить, как на работу: с девяти до шести… нет, лучше с десяти до семи… а какого черта, с двенадцати до девяти. И отправлюсь-ка я туда прямо сегодня!

Затычки для ушей и фильтры для носа всё еще болтались в кармане моей куртки. В порыве внезапного вдохновения я завернула в магазин и купила там пакет разноцветных стрелок для дартса, решив, что красные стану втыкать возле дверей, ведущих в миры, где Оракул уже разрушен, а синими и зелеными буду помечать все остальные.

Оставив машину на стоянке возле парка, я решительно направилась на поиски входа. Точнее, искать мне ничего не пришлось. То ли мой географический кретинизм подался во временный отпуск, то ли эдакие милые впечатления и пемзой с памяти не сотрешь, но ноги уверенно привели меня прямиком к мерцающей занавеске, за которой клубился мутно-рыжий дым.

Мешкать на сей раз я не стала: быстренько ввинтила фильтры в нос и уши и решительно зашагала вперед. Моя старая пилка по-прежнему торчала на границе ржавого облака, отмечая дорогу домой. А тропинка, ведущая к соседней двери, оказалась настолько близко, что… Нет, перешагнуть на нее я всё же не могла. И перепрыгнуть —   тоже. Плоховато я прыгаю в человеческом облике. Зато для лисицы эта задачка оказалась вполне по зубам, так что наступать на подозрительную, напоминающую корку на неостывшей лаве, почву мне не пришлось.

Вы когда-нибудь пытались различить дверь сквозь плотный, абсолютно непроглядный дым? Удовольствие, нужно заметить, еще то! Пару раз я проскакивала облако насквозь, так ничего и не нашарив, но в конце концов всё же сумела не столько нащупать, сколько угадать место входа.

Вынесло меня в полутемное, скорей всего, подвальное помещение, где густо чадили масляные факелы, а в углу за столом склонился над каким-то внушительным фолиантом лысый старикашка, облаченный в линялое растянутое трико. Заметив меня, он побагровел не то от гнева, не то от ужаса, судорожно нырнул в рукава черного атласного халата, словно тот был бронежилетом, способным защитить его от всех мыслимых опасностей, и забормотал: