Юлия Боровинская - Лисьи листы

— Сгинь, сгинь, исчадье ада! Я не призывал тебя, сгинь!

— А ну как не сгину? — усмехнулась я, вытягивая из ушей затычки, и шагнула вперед, переступив при этом, как выяснилось, тщательно выписанную пентаграмму, обильно изукрашенную не то замысловатыми узорами, не то надписями на непонятном языке.

Старикашка окончательно вжался в угол и принялся совершать какие-то сложные жесты, приговаривая:

— Из ада рожденный, в ад возвращайся! Не достанется тебе ни души моей, ни плоти моей…

— Можно подумать, нужна мне твоя душа с плотью вместе! — возмутилась я, — И, кстати, что это ты меня в мужском роде?

— Создания преисподней пола не имеют, внешность же принимают любую, по желанию и токмо в целях гнусного соблазнения…

— Чего?! Ты себя в зеркале давно видел, старый пень? Соблазнения, надо же…

Бестолковый заклинатель обмяк и захлюпал носом:

— Господи, и чего вам здесь нужно?! И ходят, и ходят… Такой хороший подвал был — я здесь слесарил… Так нет, повадились…

— Погоди-ка! — не поверила собственным ушам я, — Так у тебя здесь еще кто-то был?

— Приходили двое, и, хотя я тогда от нестерпимого ужаса чувств лишился и защитить себя не мог, меня не тронули — прошли и ушли, должно быть, за чьей-то грешной душой. А два дня спустя через двери вернулись, досюда дошли и растаяли, как и не было их. Я уж всех священников обошел, все обряды исполнил, всё, как надо сделал… И вот — опять!

Я присела на какую-то подвернувшуюся табуретку и закурила:

— Хватит уже трястись. Мне твои потроха и даром не нужны. Я Оракул Печали ищу.

Старик заметно приободрился:

— Так опоздал ты, адский дух, лет на триста как опоздал! Сие богомерзкое капище давным-давно разрушено было, а на обломки его реку повернули, дабы никто и никогда…

— Ясно, — оборвала я эти велеречия, — Ну, и ладно, нет, так нет. А те двое, говоришь, обратно ушли.

— Ушли и более не возвращались. Я уж думал: миновало наваждение…

— Миновало, миновало… Можешь спокойно тут слесарить себе дальше. Вряд ли еще кто-нибудь когда-нибудь сюда заглянет. Да, и фиговину эту на полу красоты ради, конечно, можешь оставить. Но предупреждаю: толку в ней никакого…

— А священник говорил…

— Слушай ты из больше — священников! Лысый вон уже, как коленка, а всё в сказки веришь!

— Да как не верить-то, когда такие чудеса и явления?!

— У всякого явления — своё объяснение! И мы, кстати, никакие не адские духи, а вполне нормальные люди из плоти и крови. Никто ж не виноват, что проход в твоем подвале оказался…

— Куда проход?

— Сюда.

— А откуда?

— Из ада, откуда же еще! — хмыкнула я и шагнула обратно в дымную пелену.

Отыскав в пакете стрелку с красным оперением, я тщательно вбила ее в плотное покрытие дорожки. Ну, что ж… Зато разобралась во всем быстро! Хитч со стариком вон целых два дня копались! Неужели я так и буду в каждом следующем мире натыкаться на их следы? Или это просто случайность? Ладно, поживем — увидим.

Конечно, учитывая скорость, с которой я отсеяла первый мир, можно было бы сегодня же совершить еще одну попытку, но на меня внезапно навалилась неподъемная усталость. Нет, домой, домой! В конце концов, рабочий день у меня, к счастью, не нормированный!

А дома у меня судорожно разрывался от звона телефон. Услышала я его еще перед дверью и, как всегда, когда я нервничаю и спешу, провозилась с открыванием замков лишние пять минут. Но абонент мне попался упорный в своих намереньях, так что, когда я влетела в комнату, телефон не умолк, как можно было бы ожидать, а продолжал захлебываться верещанием.

— Алло! — схватила я, наконец, трубку.

— Ну, привет, пропащая! — бодро вступил на том конце провода женский голос.

Вот уж кого не ждала… Звонила мне Лорка — давняя, еще университетская моя подруга, благополучно исчезнувшая с моего горизонта года четыре… нет, теперь уже пять назад. Дама она была веселая и лихая (на мой вкус — даже слишком лихая), а я отчего-то всегда представлялась ей подходящей компанией для очередной авантюры — похода в новый ночной клуб, пикничка на природе в абсолютно незнакомой компании или, на худой конец, хотя бы для конной экскурсии по горам. После смерти Олега такие похождения перестали вызывать у меня энтузиазм, и Лорка после парочки безуспешных попыток расшевелить меня переключилась на общение с более мобильными знакомыми. Что, интересно, ей понадобилось в этот раз?

— Привет, — ответила я, — И кто из нас пропащая, еще неизвестно.

— Ничего себе! — возмутилась Лорка, — Я тебе уже три дня дозвониться не могу.

— А я в командировке была.

— Ты снова работаешь? Где?

— В одной фирме, кем-то вроде экспедитора.

— Платят хоть хорошо?

— Нормально, — усмехнулась я, выуживая из сумки увесистую пачку денег, накопившихся на моем счету за время отсутствия. Вот уж что хорошо у Лао поставлено: пришел человек за зарплатой — получи! Никаких «перевели на карточку» или «положили на депозит»…

— Ладно, о себе после расскажешь, — заторопилась моя собеседница, — У меня тут такие дела… Я замуж выхожу!

— Опять? — хмыкнула я. Две трети своей взрослой жизни Лариска пребывала в невестах, так, впрочем, ни разу и не добравшись до Загса. И женихи у нее подбирались — один экзотичней другого. В последний раз на моей памяти она собиралась связать свою жизнь с испанским байкером, проехавшим через всю Европу и завернувшим в наш город по пути в Китай. А до этого были борец с удавом из Бакинского цирка, пилот вертолета пожарной охраны, работавший где-то в амурской тайге, бывший наркоман, с головой ушедший в уфологию…

— Ну, и кто там у тебя на сей раз? — поинтересовалась я, — Якутский космонавт?

— Напрасно язвишь. Очень приличный человек, археолог, кандидат наук, между прочим. Через три недели свадьба, ты дружка, естественно, а в субботу я хочу вас с ним познакомить. Сможешь?

— Постараюсь.

Если честно, меньше всего мне хотелось корректировать свои планы из-за Ларискиного жениха, но с другой стороны, эта встреча была моим единственным шансом попытаться убедить ее, что для подружки невесты я уже старовата и вообще свадьбы не люблю. Так что я покорно согласилась быть в четыре часа дня в субботу в корейском ресторане рядом с парком. Ладно, нет худа без добра — хоть поем вкусно. Что-что, а корейскую кухню я люблю: по мне чем острее, тем лучше!

Впрочем, до субботы оставалось еще два дня, и наутро я отправилась в следующую экспедицию. На сей раз я решила положиться на случай, поэтому дошла до площадки с садовой скамейкой и уже там наугад выбрала одну из тропинок. Дверь, находящаяся на ее дальнем конце вывела меня, к счастью, не в чей-то дом и даже не в чисто поле, а на тихую окраинную улочку большого города. Правда, до центральной библиотеки мне пришлось изрядно потопать — денег-то на проезд у меня не было. Так много я не ходила со времен нашей с Хитчем незапланированной вылазки в заповедник, хотя там я, в основном, бежала лисичкой, а здесь пришлось перемещать своё гораздо более массивное и нетренированное человеческое тело. Несколько раз я усаживалась перекурить, так что часа два у меня дорога заняла — это точно.