Джеймс Гарднер - Пламя и Пыль

— Большая моя часть чувствует себя хорошо, уважаемый Кэвендиш. Однако, я не чувствую своих ног.

Иезекия побледнел. — Уизл так сильно ударился о стену… — прошептал он мне.

— Я знаю… видимо, поврежден позвоночник, — шепнул я в ответ и обратился к гному: — Не волнуйся, в любом случае в Сигиле тебя вылечат.

— Конечно, — кивнул он. — Многие в нашей фракции располагают замечательными заклинаниями для лечения…

Пол под ногами неожиданно пошел вверх, и мы повалились на стену. К счастью, я стоял между стальной стеной и Ясмин, и поэтому смог несколько оградить от удара ее и Уизла. Подобный опыт показался мне не особо приятным — Ясмин была вовсе не балерина — но я стойко перенес пару новых ушибов, которые не шли ни в какое сравнение с тем, что выпало сегодня на долю моих друзей.

Спустя миг подъем прекратился, но коридор в итоге наклонился влево градусов на пять. И не удивительно — чего еще ожидать от Стеклянного Паука, когда одна из его ног разбрасывает во все стороны свои поршни и сальники. Когда-то давно один из друзей отца рассказывал мне байки о разных планах, в том числе и о Плане Пыли: "Есть там, приятель, такие места, где пыль лежит на тысячи миль в глубину. Ты можешь разгуливать по ней, и она будет не выше лодыжек, но в любой момент земля просто уйдет из-под ног, и ты будешь тонуть целую вечность". Если поврежденная нога Паука каким-то образом угодит в такое пылевое болото…

— Мириам, — сказал я, — надеюсь, ты знаешь, где выход?

— Идите за мной, — ответила она.

И мы пошли.

Коридоры сменялись один за другим. Поначалу мы неслись со всех ног до тех пор, пока новый толчок еще раз больно не ударил нас о стену. После этого мы решили перейти на осторожный бег, чтобы в случае очередной встряски постараться устоять на ногах. Стеклянный Паук содрогался еще трижды, и с каждым разом пол наклонялся все сильнее.

— Похоже на тонущий корабль, — сообщил Иезекия, когда мы пережили третий толчок.

— Надо полагать, ты был на тонущем корабле? — спросила Ясмин.

— Я-то нет, — ответил Иезекия, — но вот дядюшка Тоби…

— Далеко еще до выхода? — поспешил прервать я, чтобы ни слова больше не слышать об этом долбаном дядюшке.

— Не очень, — ответила Мириам. — Порталы есть в нижней части каждой ноги. Тот, что ведет в Сигил, слишком далеко, а ближайший выходит на Небесный Пик.

Я одобрительно буркнул. Небесный Пик, План Добра и Порядка. На мой взгляд, несколько консервативен, но в данных обстоятельствах лучшего убежища не найти: его жители радушны и гостеприимны, а климат мягок и дружелюбен. Правда, Сенсаты, которые бывали на этом плане, говорят, что ночная жизнь там настолько скучна и уныла, что тоскливее может быть только на Плане Льда. Однако для меня небольшая передышка была просто необходима. На Небесном Пике мы непременно отыщем портал в Сигил и тогда, наконец, сможем передать это дело в руки госпожи Ирин.

Вскоре мы достигли спиральной лестницы, копии той, что привела нас на нижний уровень. Поднимаясь по ней, я все ожидал нового "паукотрясения", что скинет всех нас со ступеней. Но судьба была благосклонна, и прежде чем последовал очередной удар, мы успели добраться до самого верха. На этот раз дрожь была не такой резкой, как раньше, но зато казалось, что она будет длиться вечность: медленно, но верно Паук заваливался на бок, пока, наконец, все кольцо не накренилось под углом в тридцать градусов.

— Корабль определенно тонет, — побормотал Иезекия.

Никто не удостоил его ответом.

Мириам повела нас направо, вниз по коридору, что вел вокруг кольца. Глянув в окно, я заметил, что ближайшая к нам нога оторвалась от земли — противоположная часть Паука, должно быть, уже находилась под поверхностью пыли, так что ноги с нашей стороны до нее больше не доставали. Это меня слегка успокоило; находясь в этом секторе, мы могли дольше оставаться на плаву.

Мне удавалось сохранять бодрый настрой, пока мы не столкнулись с умертвиями.

Двадцать умертвий, если быть точным, стояли в ожидании в комнате отдыха, лежавшей на нашем пути. Над их головами парил бледно-прозрачный образ Риви.

— Привет, родные мои! — промолвила она. — Соскучились без меня? Как только мой Паук принялся танцевать, я прикинула, что вы направитесь именно к этому выходу.

— Это всего лишь проекция, — шепнул Иезекия, — она ничего не сможет нам сделать.

— Верно, — улыбнулась проекция, — но это не мешает мне приказать этим послушным умертвиям выпустить вам кишки, если вы не вернете мельницу.

— Ты уж прости, — ответил я, — но мы к ней привязались. Она будет замечательно смотреться на моем обеденном столе.

Изображение задрожало, но я разглядел, как смертельная ярость исказила лицо Риви. Помехи длились всего мгновение; затем она взяла себя в руки, и призрачная картинка снова стабилизировалось.

— Я вовсе не хочу убивать вас, — сказала она. — Вы опасная команда, я вами просто восхищена. Вы убили Фокса, сломали Паука, распугали всех моих слуг. Я бы очень хотела видеть вас на своей стороне, вместе мы завоюем мультивселенную. Но сначала вы должны вернуть мельницу.

— Она тянет время, — шепнула Ясмин, — чтобы другие умертвия успели подобраться к нам с тыла.

— В нашем состоянии не справиться с двумя десятками тварей, — ответил я.

— И к тому же, — добавила Мириам, — они преграждают нам путь к выходу на Небесный Пик.

— Иезекия, — спросил я, — ты сможешь телепортировать нас через них?

Парень покачал головой.

— Мне не хватит на это сил. Я так думал еще до Фокса, но теперь я действительно выжат.

Уизл кашлянул, чтобы привлечь внимание.

— Кажется, у меня есть заклинание, которое сможет помочь…

Его лицо и одежда были по-прежнему все в белой пыли.

— Не надо, — сказал я. — Мы уже потеряли Уну… — Я повернулся к Мириам: — Так ты говоришь, что порталы есть в каждой ноге?

— Да, но я не знаю, куда они ведут.

— А как насчет ключей к ним?

Она пожала плечами.

— Тот, кто построил этого Паука, оставил ключи почти у всех порталов. Кроме выхода в Сигил, ведь для него нужен личный портрет. Но у остальных ключи лежат где-то рядом.

— Дорогие мои! — напомнило изображение Риви. — Вы еще не решили сдаться?

— Почти, — ответил я. — Но сначала мы решили… бежать!

Бегуны из умертвий неважные — и в этом было наше спасение. Мы рванули назад по коридору, твари устремились за нами, только все той же раскачивающейся походкой. Это их замедляло, хотя, возможно, они сдерживали себя специально, в отместку за то, что были вынуждены во всем подчиняться приказаниям Риви. Рабы редко проявляют усердие там, где другие действует по собственной воле.