Виктор Исьемини - Все сказки мира

— Зачем? — сам не понимаю, что меня тянуло за язык.

— Это необходимо… Судьба Мира, судьба всего, возможно, будет зависеть от… Кстати — он пристально взглянул на меня, — и тебе тоже предстоит сыграть определенную роль… Наверное, важную роль… Не зря же я тогда помог болвану колдуну, тогда в Альде, не зря… Ведь я ничего не делаю зря, а? Ладно, мне пора заняться детками… Еще увидимся…

Черный тоннель исчез так внезапно, что я едва не упал, когда стены вокруг меня исчезли. Ннаонна крепко взяла меня под руку — я думаю не для того, чтобы поддержать, когда я покачнулся, а из естественного желания ухватиться за привычного друга и защитника. А Темный уже не смотрел на меня, он глядел в пространство поверх голов «деток» и вещал на их языке (со мной-то он говорил на общем):

— Я явился на зов… Мне ведомо, что вам предстоит бой с подлыми негодяями, что не веруют и в меня. Будьте храбры — и правое дело восторжествует. Но одной храбрости мало — нужна сила. Я дам вам силу. Силу! Берите, владейте, черпайте полными горстями! И помните, что когда придет час — я призову вас, мои верные…

Он простер свои лапищи вперед — и плавно текущая от него струя маны превратилась в ревущий поток. Я ощутил как наливаются мощью, наполняются пресловутой Силой и посохи друидов, и мои цацки, которых осталось так мало после всех этих странствий… Багровые камни, украшающие Черную Молнию, были просто ненасытны — пили, жрали, глотали. Мне пришлось держать меч на вытянутой руке, чтобы не все кануло в эту прорву, а кое-что перепало бы и мне, чтобы окунуться в струю маны… Как же давно я не получал подобного «заряда бодрости» — оказывается мне этого дела сильно не хватало… Нет, хватит шляться по задворкам — скорее в Мир… Там я не буду нуждаться.

Возросшие потребности Черной Молнии оценил и «Отец-Лес», он уронил руки и молвил:

— Вот вы приняли от меня Силу… Владейте ею, используйте, как подскажет вам мудрость, — а затем обернулся ко мне и добавил на общем, — а ты растешь, дружок…

Где-то высоко в кронах деревьев раздался шум, захлопали крылья, Гангмар выбросил вверх руку, с ладони вверх сорвалось что-то вроде черной стрелы, над нами раздался громкий хлопок и голос Отца-Леса возвестил:

— Кажется, промазал… И пусть ее, пусть следит…

На землю откуда-то сверху, плавно кувыркаясь, опустилось несколько белых перьев. Вдруг я ощутил, что поток маны совершенно прекратился. Глянув туда, где только что был черный портал, из которого явился Гангмар, я не увидел ничего, кроме слегка колышущихся кустов на краю поляны и клубка змей, медленно расползающихся в стороны…

Мальчик Перт из рода Лан-Анар сидел на корточках в снегу и осторожно поглядывал из-за большого камня на Черную Башню. Анра-Зидверская стража — вот как это называлось. Когда-то, говорят, вскоре после смерти злого мага это была святая и почетная обязанность — стеречь его обиталище, чтобы не пропустить момент возвращения чудовища (если, конечно, колдун сдержит обещание и умудрится воскреснуть для мести). Тогда Анра-Зидверскую стражу несли лучшие мужчины рода. Но теперь, когда в давние байки давно никто не верит всерьез, это дело поручается соплякам вроде Перта — да и то лишь в порядке наказания. Провинился — ступай к Черной Башне, сиди на ветру, на морозе, жди Гангмар знает чего. А лучшие мужчины рода стерегут по-настоящему нужные посты — на перевале Орох, откуда могут нагрянуть Лан-Вейсы… Или, к примеру, Ущелье Гнома Арина, за которым — владения Лан-Кайенов…

Стоп! Что такое? Покосившаяся рассохшаяся дверь Черной Башни с душераздирающим скрипом отворилась и какой-то человек вышел на снег. В руках у него — здоровенный тюк. Незнакомец пошел от Башни в сторону, озираясь. Кажется что-то нашел? Нет — наклонился над оврагом и встряхнул своей ношей. Тюк оказался дерюжным мешком, из которого в овраг посыпался мусор… Человек постоял немного и пошел обратно, судя по походке — молодой, но лица под надвинутым капюшоном не разобрать… Как-то не тянет этот человечек на мрачного могучего Анру-Зидвера, воскресшего для мести после столетий сна…

Честно говоря, Перт должен был нести Анра-Зидверскую стражу отважно и неусыпно, а он вместо этого всю ночь проспал в стогу довольно далеко от Черной Башни — видимо, незнакомец объявился ночью… Вот незадача! Делать нечего, придется идти докладывать самому Касту Дой-Лан-Анару… Мальчик представил, как будет смеяться над ним лэрд — да еще хорошо, если посмеется и не накажет. И ведь как-то надо объяснить, что он проглядел приход чужака ночью — не скажешь же грозному Касту, что проспал… Ага, придумал — нужно подольше посидеть здесь за камнем, побольше высмотреть и сказать лэрду, что не спешил, потому как хотел узнать все поточнее. Перт поплотнее завернулся в меховую накидку и приготовился ждать… Чужой человек еще четырежды выносил в мешке мусор из Черной Башни и сваливал его в овраг. Уборку он там, что ли, затеял?..

Наконец, как ни откладывал Перт неприятности — все же пришло время возвращаться в Анар к Касту с докладом… Он отполз от камня назад, спустился с горки и побежал… Придя в поселок, Перт побрел к башне лэрда. Ага, сегодня у дверей на страже Ирик, мужик не злой. Стоит, топчется — холодно.

— Привет, Ирик.

— Здорово, малыш. К Касту?

— Ага… — тяжело вздохнув, ответил Перт.

— Погоди, у него сейчас купец Агал… Но если ты замерз — зайди обогрейся, только к лэрду не лезь, пока купец от него не уберется.

— Спасибо, Ирик, — мальчик нырнул в темные сени.

Малость отогревшись, он начал потихоньку пробираться наверх, к дверям, из-за которых доносился разговор лэрда с купцом:

— Слышишь, точно говорю, весь Арстут вторую неделю шумит об этом. — рассказывал Агал. — Один, слышишь, разогнал отряд вояк. Один! «Убирайтесь, — говорит, — из города! Я — колдун Анра-Зидвер!» Во!

Услышав это, Перт приободрился — возможно, его не накажут, когда он расскажет лэрду, что в Черной Башне появился обитатель…

ГЛАВА 22

На обратном пути все молчали. Ингви размашисто шагал по тропе, держа Черную Молнию рукоятью вверх — янтарь, с избытком насыщенный маной, прямо-таки пылал, освещая путь лучше любого фонаря. Ннаонна держалась позади, не решаясь задать королю мучавшие ее вопросы, и совсем уж отстав от чужеземцев, где-то сзади шуршал палой листвой Митик из Тринии… В лагере, где уже почти все спали, их встретили встревоженные донельзя Филька с Кендагом. У них на языке явно вертелось множество вопросов, но Ингви махнул рукой:

— Потом. У меня в голове все перепуталось. Я должен все обдумать…