Скотт Вестерфельд - Инферно. Армия Ночи

— Да. Однако на вашем месте я не стал бы туда спускаться.

Его взгляд метнулся от моего свисающего клочьями комбинезона на окровавленное лицо, а потом на раздутый, дергающийся вещмешок.

— Что там такое, черт побери?

— Просто еще одна тварь, о которой вам больше не придется беспокоиться, Мэнни. Но будьте осторожны, там внизу их еще полно.

— Господи, на вид она не меньше кота! — Он понюхал воздух и уловил целый набор исходящих от меня запахов: туннельная грязь, голубиные перья и кошачья моча. — Что там произошло?

— Ну, меня слегка поцарапали, но все под контролем.

Он непроизвольно коснулся рукой лица.

— Может, вам стоит обратиться к врачу, юноша.

Я кивнул, вспомнив, что доктор Крыса наверняка прибыла с транспортировочной бригадой.

— Конечно. Прямо туда и направлюсь.

Я оставил Мэнни все еще потрясенного, с широко распахнутыми глазами, и пошел вдоль реки к выходу из туннеля. По дороге мне попался бездомный кот, крадущийся в полумраке заметно удлинившихся теней. Спустя квартал другой выглядывал из-за мусорного бака. Я ускорил шаг.

Что касается грызунов, то они часто попадаются в городе целыми стаями, а вот дикие коты предпочитают одинокий образ жизни. Обычная математика хищника: на каждого волка всегда приходится сотня овец.

Коты двигались удивительно плавно, совсем не похоже на мечущихся крыс; последние проявляют маниакальную настороженность тех, кто обычно является добычей, а хищники скользят с уверенностью и грацией. С таким видом, будто они тут хозяева, а вы нет.

Я твердил себе, что это просто статистическая случайность — увидеть подряд сразу двух котов. Может, все дело в том, что Ласи живет так близко к району изготовления мясных консервов, тут для крыс всегда есть чем поживиться, и, следовательно, котам тоже хватает добычи. А может, неся в вещмешке разъяренного кота-мутанта, я привлекал к себе повышенное внимание.

Как и кот, которого я заметил вчера, эта парочка провожала меня холодным взглядом глаз, в которых отражались уличные огни. Конечно, после такого долгого и нелегкого дня нервы у меня были на пределе, однако я определенно испытывал ощущение, будто они знают, что у меня в вещмешке кот, и не в восторге от этого. Увидев на шоссе парней из Ночного Дозора, я ринулся к ним, не дожидаясь, пока красный свет сменится зеленым.

— Смотрите-ка, кого нелегкая принесла! — воскликнула доктор Крыса.

— И я не один.

Ее глаза вспыхнули — она заметила у меня на плече дергающийся вещмешок.

— Ты поймал эту зверюгу?

— Да. И его маленькие друзья внизу впали от этого в безумие. Нужно предупредить парней из транспортировочной бригады.

— Буйная «семья»? Сейчас скажу им.

Она пошла переговорить с ними, а я поднырнул под оранжевую тесьму, которой огородили место действия. Грузовик компании коммунального энергоснабжения был припаркован на пешеходной эстакаде рядом с рекой, его двигатели негромко гудели, питая фары, освещающие огороженное тесьмой пространство. Солнце уже почти село, подсвечивая облака кроваво-красным, но здесь все еще было теплее, чем на глубине. Я так долго дышал зловонием подземного мира, что свежий, пусть даже немного прохладный воздух был очень приятен для легких.

С края реки донесся визг рассверливаемого металла, и во все стороны полетели искры. Транспортировочные парни соорудили над водой платформу и теперь, стоя на ней, разрезали решетку. Выслушав доктора Крысу, начальник бригады и несколько других парней начали натягивать облачение истребителей; сейчас, когда кот-инферн был пойман, Дозор мог произвести полную очистку туннеля. Все улаживалось, более или менее.

Я вспомнил об огромной твари под вентиляционными установками и задумался, поверят ли мне насчет того, что я там унюхал, услышал — и почувствовал, — но так и не увидел.

— Давай-ка займемся твоими ранами.

Доктор Крыса вернулась с аптечкой первой помощи и в прочных резиновых перчатках. Она смазала чем-то жгучим следы ногтей Мура, наложила повязку на оставленную котом царапину на щеке и заклеила ее пластырем. Мы, носители, успешно противостоим любой инфекции, но все равно это кажется странным — оставить необработанной кровоточащую рану.

— Ну вот, хорошо. Давай теперь взглянем на твоего приятеля, — сказала доктор Крыса.

— Давайте. Только будьте осторожны.

— За меня можешь не волноваться.

Не вынимая кота из мешка, она прижала его в угол, расстегнула молнию и сунула внутрь руки, чтобы схватить. Она не носитель, и, будь на ее месте другой обычный человек, я занервничал бы, однако доктор Крыса каждый день прекрасно управляется с инфицированными крысами. Оказавшись на свету, кот-инферн недовольно заворчал.

Она схватила его за загривок.

— Не слишком отличается от обычного кота.

Я впервые внимательно пригляделся к нему и нахмурился. Здесь, в реальном мире, он не выглядел таким уж устрашающим — никакой необычной костлявости, или усиленной, как у всех инфернов, мускулатуры, или тканевого рубчика на спине в том месте, где паразит проник в его нервную систему. Единственная странность — отсвечивающие красным глаза.

— Может, паразит оказывает не такое уж значительное воздействие на кошек, — высказала предположение доктор Крыса.

— Может, так это выглядит снаружи. Но у него есть собственная «семья»!

Доктор Крыса пожала плечами, поворачивая кота туда и обратно, чтобы разглядеть со всех сторон.

— Может, крысы просто проявляют к нему терпимость, потому что от него исходит знакомый запах.

— Никакого особенного запаха от него не исходит, а тот, что есть, похож на мой.

Она снова пожала плечами.

— Ну, пока с ВНШ я не добилась никаких серьезных результатов. Ввела кровь этой крысы нескольким котам, но они не дали положительной реакции. Эволюционный тупик, в точности как я и говорила. — Она приподняла кота, внимательно разглядывая его, и он сердито взмахнул лапой всего в дюйме от ее носа. — А может, этот кот мутант, и твой штамм паразита такой же старый.

— Ну, теперь у вас есть возможность проверить наличие или отсутствие переноса от кота к коту.

— Разумеется. Однако особых надежд на это не возлагай, Малыш. — Она улыбнулась. — Мне знакомо волнующее ощущение обнаружения чего-то нового, когда хочется думать, что это чрезвычайно важно и все такое. Однако, как я уже говорила, когда речь идет об эволюции, нормой является неудача.

— Может быть. — Я перевел взгляд на реку, рядом с которой стояли вытяжные башни. — Однако этот кот казался по-настоящему умным — взять хотя бы, что он фактически заманивал меня вниз. И мне кажется, там было… кое-что еще.