Юлиана Суренова - Книга 1_Потерянные души

Влас нервно дернул плечами, не найдя, что сказать в ответ, махнул рукой:

– Считай, что у меня плохие предчувствия.

– Предчувствия… – задумчиво повторила колдунья. – Сперва Ясень, теперь ты… Да что с вами творится, какая вина гложет ваши души?! – не сдержавшись, воскликнула она. – Вина за несовершенный еще прос-тупок? Гоните все эти мысли прочь, забудьте, и тогда, может быть, ничего не произойдет!

– Ладно, – Влас нахмурился. Его лицо посере-ло. Одно дело, когда боишься чего-то сам, может быть, просто преувеличивая опасность, другое – знать, что твои опасения разделяют другие. – Будь по-твоему, – резко повернувшись, он подошел к стене галереи, коснулся ее рукой, словно ища в камнях замка опору.

С сочувствием взглянув на него, колдунья двинулась вос-лед, но тут распахнулись двери залы и в галерею вышел Черногор. Его лицо еще покрывала бледность, движения были слегка замедлен-ны, осторожны…

Влас рванулся к нему:

– Старший, почему ты не позвал меня, я бы помог… – он хотел взять Черногора за руку, поддержать, но тот решительно остановил его:

– Не надо, я сам… – он внимательно посмотрел на колдунов. От его внимания не ускользнула ни тень озабоченности на лице Дубравы, ни беспомощность, даже какая-то потерянность в глазах Власа. Однако, вместо того, чтобы расспросить о том, что так взволновало их души, Старший лишь произнес:

– Идемте. Пора.

– Уже? – те смотрели на него, удивленные. – Но ведь еще ночь… – их взгляды одновременно обратились к маленькому оконцу в самом конце галереи, губы прошептали: – Великие боги! – они и не заметили, как пришло утро. На мгновение душой овладело чувство досады и даже обиды, когда им показалось, что кто-то самым бесцеремонным образом украл из их жизни не миг, а целый час, даже не один.

Но потом… Потом они смирились. В конце концов, время ведь не обратить назад.

Да и разве сами они не просили богов сократить ожидание? К чему же возражения теперь, когда их желание было исполнено?

Заря едва успела заалеть, а все жители колдовской деревни, за исключе-нием разве что малых детишек, оставленных под присмотром домовых, собрались у подножия колдовского замка. Застыв каменными изваяниями, они неподвижно стояли, ожидая, когда к ним выйдет Стар-ший, не смея обменяться друг с другом ни словом, ни взглядом.

Далекое, чужое небо, лишь у горизонта слегка подрумяненное слабыми всполохами просыпавшегося солнца, было пустым и бесцветным, напоминая бе-лый свод еще не родившегося мира, дремавшего внутри яйца. Стихли ветра, торопливо улетая в другие, охваченные непогодой начала зи-мы, края, чтобы, напившись там пьянящем дурманом стужи, воцарить-ся, расправить крылья, носясь в безумном танце над землей.

Колдуны, словно ощущая лютый холод той зимы, ежились, запа-хиваясь в длинные плащи, не отдавая себе отчета в том, что этот холод для них сейчас – не более чем тень неведомого чувс-тва, тень, которой совсем скоро станет и этот хранимый колдовским теплом край, едва они покинут его гостеприимные стены.

Все были так поглощены своими мыслями, что не сразу заметили появление Черногора, хотя и с нетерпением ждали его. Да, они зна-ли, зачем Старший собрал их, какую весть он хотел сообщить и ка-кого ответа от них ждал. Всю ночь никто не спал: собравшись ма-ленькими группками, колдуны сидели возле кострецов, следя за мед-ленным, трепещущим танцем пламени и думали о том, что их ждет впереди.

Когда они впервые узнали, что им предстоит не просто поки-нуть обжитые места, но уйти в Мертвые земли, куда никто не смел ступить вот уже тысячу лет, они пришли в ужас. Одна эта мысль внушала страх, граничивший с паникой. Но, убеждали все себя, не смотря ни на что, они должны смириться с любой судьбой, принять любое решение Старшего…

Однако потом, по мере того, как колдуны размышляли обо всем этом, в их души начало возвращаться спокойствие. Им предстояло бросить свои дома. Так что же?

Разве это происходит впервые? Раз-ве не смогут они возвести себе новые жилища, благо с помощью колдовства это сделать так же просто, как лишенному дара поставить походную палатку или соорудить шалаш? А то, что их ждала Мертвая земля, простилавшаяся на версты вокруг замка короля-колдуна… Ну так это куда лучше, чем переселение в людские города. Ведь тот край воистину принадлежал только им, на него никто, кроме них, никогда не предъявит свои права. Никто не прогонит их оттуда, не потрево-жит их покой. Великие боги, да никто из лишенных дара не решит-ся даже помыслить о приходе туда! Там колдуны будут в безопасности – что еще им желать во время перемен? Да и что такого страшного в том месте?

Наделенные даром успокоились. Они были признательны Старшему за то, что он позволил им понять все самим, осознать правильность пути прежде, чем ступить на него, подчиняясь лишь закону и воле богов. Однако, все же, им было очень важно узнать, что скажет Черногор, ибо до тех пор, пока Старший не объявит свое решение, сохранялись неуверенность, неопределенность и сомнения, заставлявшие искать другие пути, сколь нереальными они бы ни казались.

Какое-то время Черногор молчал, глядя на дремавшую в расс-ветном тумане внизу, у подножия холма тихую деревеньку, и лишь ощутив на себе пристальные взгляды, тихим, похожим на шепот ветра, голосом произнес:

– Время перемен – время воспоминаний и грусти. Его приход всегда влечет за собой потери, и с этим ничего не поделаешь. Мы не можем изменить то, что уже произошло, отвратить неизбежное, но нам дано самим вершить свое будущее. И когда ясно, что от прежнего дома ничего не осталось и легче построить все заново, чем восста-навливать, пора забыть о безвозвратно потерянном. Да и о чем нам жалеть, разве ушедший мир был добр к нам, разве в нем мы были счастливы? – он обвел взглядом собравшихся и, заметив, что те, словно отвечая на вопрос, вздохнув, закачали головами, соглашаясь со словами Старшего, продолжал: – Не бойтесь сделать шаг вперед. От этого прошлое не покинет нас. Мы только обретем будущее.

Глава 7

– Ну, и что на этот раз? – накинулся брат Влад на стоявшего пе-ред ним командующего армией. -Чем теперь ты объяснишь промедление? Вот уже скоро месяц вы стоите перед этой жалкой деревушкой и не можете сделать ни шага вперед!

– Великий магистр, мы… – начал тот, но проповедник сразу же прервал его резким взмахом руки.

Влад недовольно поморщился, вспоминая уже давно известные оправдания.

– Убирайся с глаз моих долой, – сквозь зубы процедил он. – Вон, пока я не приказал тебя казнить! – он проводил присталь-ным взглядом колючих холодных глаз воина, а затем решительно по-вернулся к секретарю конклава: