Евгения Гордеева - Все точки над ё...?

— Жил, — подтвердила я сведения Люба, — теперь не живёт. Теперь там никто не живёт.

— Вы победили колдуна? — заинтересовался кот.

— Не то, что бы победили, — я мысленно хихикнула, подумав, что Любу понравится факт уничтожения колдуна, — просто, его Юдо съел на завтрак.

— Как это… съел? — опешил старший кот, а его отпрыск прильнул к моим коленям, прижав ушки к голове.

— А колдун в мышь превратился, как дурак последний… Он же не знал, что к нему в гости два кошака на всех парах несутся, один из которых ещё и голодный, вдобавок. Вот Юдо и употребил его мимоходом, восполняя свой жизненный резерв.

— Да-а-а, — кот гордо выпятил грудь, как будто это он самолично уничтожил колдуна, — мы, коты, такие. Мы грызунов завсегда изводим! Так теперь, что, замок тот безопасен?

— Ну…. не совсем, — нехотя призналась я. — Там я демонов в круг запечатала. Короче, в замок лучше не совать-ся…

— И-и как это тебе удалось? — восхитился старший хранитель. — Демонов…

— Удалось, вот…, - вздохнула я. — А они мне сказали, что человек так не может.

— Так то, человек, а ты — Берегиня, — флегматично отозвался Люб, — ты можешь.

— Правда? — обрадовалась я, но тут же задумалась. Джинни сказала, что это подвластно лишь богам. — Но, мне сказали, что такое подвластно только богам, да и то, не всем!

— Богам… При чём тут боги? У них своя сила, у тебя своя, — он недоумённо посмотрел на моё озадаченное ли-цо. — Погоди, так ты до сих пор не знаешь, что твоя сила…, ну, что она другая. Совсем другая.

— Что-то такое говорили, но я думала, что боги сильнее…

— Сильнее? Кха-кха-кха! — смех Люба больше смахивал на кашель, но веселился он от души, несмотря на ча-хоточные звуки. — Ты вспомни, как Перун у сарая скакал, когда ты на него разозлилась! А ведь Перун — не последний бог в пантеоне…

— Я всё равно, не понимаю, — насупилась я. — Бродит где-то рядом простая мысль, но уловить я её никак не мо-гу.

— Я сейчас попробую объяснить, — менторским тоном отозвался Люб. Мы с его сыном изобразили полное вни-мание. — У вас, у людей, есть такая наука — философия, — я согласно кивнула. — И есть у этой философии один нераз-решимый вопрос: что появилось на свет первым, курица или яйцо? Понятно?

— Нет, — мы с Любычем дружно помотали головами.

— Чего непонятного? — обиделся Люб. — Вопрос приоритета, кто первый…

— Ты их сейчас окончательно запутаешь, — раздался из кустов знакомый, но, на удивление, благодушный голос Кощея, — и тогда Варвара будет считать, что она главнее богов.

— Тогда сам объясняй, — надулся кот, — держите Берегиню в неведенье. А она возьмёт и заворожит вас невзна-чай.

— И объясню, — к нам на поляну вышел Всевед, и мы дружно уставились на него, ибо вид он имел феноменаль-ный. Капюшон болтается сзади и не скрывает его личины. Космы заплетены в косички, наподобие дредов (никак ру-салки порезвились), и всё это великолепие украшает венок из полевых цветов. Из-под пушистых колосьев, свисающих из веночка, на нас смотрели ДОБРОДУШНЫЕ глаза Кощея. Жирной точкой невероятного преображения служила кривая улыбка. Одарив нас снисходительным взглядом, он уселся рядом с Любом, то есть как раз супротив меня, скрестил ноги и начал свою познавательную лекцию. — Про курицу и яйцо, это ты верно подметил. Ибо никому неве-домо, что было вначале. Боги ли сотворили людей, или люди придумали богов. Сие тайна великая есть! Оно, конечно, правильнее думать, что боги — есть создатели мира… Но, это смотря какие боги. Что касаемо наших, так тут вопрос… К Роду это не относится, — быстро добавил он и покосился на Люба. Но тот не высказывал никаких противных мыс-лей, а, наоборот согласно кивал рыжей головой — Так вот что из всего вышесказанного вытекает… А вытекает то, что это люди придумали богов. Дали им, так сказать, жизнь. И, как подтверждение этих слов, это ты, Варвара, и Провод-ник, люди, способные управлять пространством и даже немного временем. Хотя, всё может быть совсем по иному, — он задумался, рассматривая ромашку, торчащую у него между колен.

— Ну, — поощрила я его к дальнейшему повествованию.

— Что? — он поднял на меня задумчивый взгляд. — А… Так вот, сила, которой наградил вас Абсолют, является одной из древнейших на земле. Это сила фантазии народной, коя смогла дать жизнь и богам, и остальным фолкам…, и мне в том числе. И сравниться по мощи с этой силой может только сила создателя! А все остальные…, так, — что «так» он не уточнил. — Сила фантазии и по сей день творит чудеса! На Альбионе, между прочим, появились хоббиты…

— Что, в самом деле? А они какие? — мне было ужасно любопытно, появившиеся полурослики похожи на тех, которые были в фильмах, или нет?

— Зря ты так… с демонами, — проигнорировал мой вопрос Всевед.

— Опять!? — разозлилась я на зануду. — Чего Вы за них так переживаете? Родня, что ли?

— Баланс нарушен, — сокрушённо признался Кощей, — добро там, зло…

— Баланс… А нечего пасть разевать! Сам виноват… кусается…

— Тебя укусил демон? — поразился Люб. — Куда?

— За колено, — недовольно проворчала я.

— Вот, морда вредоносная! — возмутился кот. — И ты их ещё защищаешь-шь-шь? — зашипел он на Кощея. — Да кто ты после этого? Они на нашу Берегиню покусались… покушались! Изверг!

— Сами вы…, - обиженно проговорил недовольный Кощей, медленно поднялся и, качаясь, отбыл восвояси, продолжая что-то невнятно бормотать себе под нос.

— Вот что с ним делать? — Люб в сердцах задёргал своим роскошным хвостом. — Сколь не перевоспитывай, Кощей, он Кощеем остаётся… Ты, Варвара, не обращай на его слова внимания. Ты всё правильно сделала. А то, что парочка демонов взаперти посидят…

— Дюжина, — автоматически внесла я уточнение.

— Что?

— Дюжина, говорю, демонов. Не парочка.

— Дю-у-у-ужина? Это как тебе удалось? — он посмотрел на меня с недоверием.

— Не знаю, — чуть не плача, прошептала я. — У меня, после этого укуса, вообще, какие то грандиозные проекты в голове рождаются… и, самое интересное, воплощаются.

— Ага, — задумался Люб, — сейчас…, сейчас…, сей… час…

— Чего?

— Я понял! Демон, когда тебя укусил, он хотел силу твою забрать, напрямую, так сказать, без посредников. Да не вышло у него ничего! — он снова рассмеялся — раскашлялся, а я терпеливо ждала дальнейших объяснений. Любыч тоже молчал, лишь нетерпеливо перебирал передними лапками по моим ногам. Люб, наконец, просмеялся и продол-жил. — Сила твоя не только не передалась ему, а его силу к себе перетянула!

— Как это перетянула?

— Как магнит. Большой, мощный магнит. Вот теперь из тебя дурная сила и прёт…