Евгения Гордеева - Все точки над ё...?

— Серьёзно? — воодушевился Рыська. — Это надо посмотреть! Кто со мной?

Народ начал шевелиться, поднимаясь с мест, и горя желанием воочию увидеть Кощея в веночке.

— Ты его лучше сфотографируй, — посоветовала я мужу, — а не всей толпой ломитесь. Сбежит ведь.

— Мы тихо…

Андрей сумел-таки сделать пару снимков Кощея, пока тот не обнаружил деятельного папарацци и не пригро-зил страшной карой. На одном фото безжалостный и ужасный Кощей с блаженным видом обнимается с русалками, отдавая предпочтение сдобной Мокрице. На втором он задумчиво наблюдает за пузатым карапузом, с наслаждением, облизывающим петушка на палочке. При чём, язык у Кощея высунулся изо рта, повторяя движения малыша. Были и другие фотографии, но они получились смазанными, так что на них трудно было опознать фигурантов. Но и этих двух снимков было вполне достаточно для шантажа, если вдруг такое гнусное дело понадобится.

Веселье катило свом чередом, мы то разбредались, то снова сбредались под полюбившимися кустиками, ко-гда в очередной раз застали там сурового посланника Белового Волка. Молодой мужчина с забавной причёской — хво-стиками по центру головы и едва намечающимися бакенбардами торжественно напомнил, что нас ждут на церемонию альтерации.

— Уже? — потускнел взор Андрея. Оборотень поклонимся, и жестом пригласил нас следовать за собой.

— А кто с нами может пойти? — обратилась я к посланнику.

— Э-э, — растерянно произнёс тот, — я не…

— Идите вы с Лоцманом, — пришёл ему на выручку Рыська, — а мы здесь останемся. Девушки ещё не видели ночного гулянья.

Андрей удручённо кивнул и мы, покинув друзей, двинулись за провожатым.

Обряд альтерации проводился на безлесном холме, голой коленкой торчащим, среди окружавших его холмов, густо заросших ельником. На макушке лысой горки находился невысокий постамент с восседавшим на нём каменным волком. Зверь был изображён в момент самозабвенного завывания на луну, с задранной к небу мордой. Я поразилась таланту неизвестного скульптора, так реалистично изобразившего животное. На холме было уже многолюдно, если можно так выразиться. Мужчины и женщины в праздничных, судя по всему, нарядах, чинно прохаживали по холму, негромко переговариваясь между собой. Всё тот же посланник предложил нам с мужем облачиться в аналогичные одежды, что бы не нарушать общей картины. Меховые туники, собранные из кусочков шкур и украшенные разными бусинами и тесёмками, судя по всему, половой принадлежности не имели. Немного помучавшись с завязками, мы об-рядились в эти шкуры и окончательно ассимилировались с местным населением.

— Пояс какой-то короткий, — протянул мне Андрей меховую полоску, — может, у тебя длиннее?

— Такой же, — смерила я пояски. — Балда, это же на голову повязывать надо! Давай, помогу.

Пока мы возились с меховыми повязками, все, присутствующие на холме оборотни, выстроились в живой ко-ридор от самого низа и до каменного волка. Послышался гулкий рокот, по мере приближения, переросший в барабан-ный бой. С наползающими на холм сумерками из леса вышла торжественная процессия. Первым неторопливо ступал вожак племени — Белый Волк, обряженный в меховую тунику. За ним, в длинной белой сорочке, следовала Марла. Даже с такого расстояния было видно, как блестят у неё глаза и пылают щёки. За Марлой следовали две женщины. Одна с плоской чашей, вторая с каким-то свёртком. Процессию замыкали шесть барабанщиков, по трое с каждой сто-роны, отбывающие ритм шагов. Несколько мрачновато, как мне показалось. Двигались они медленно, и я уже стала нетерпеливо переминаться с ноги на ногу и оглядываться по сторонам. И вот тут… Забыв про Белого Волка, про Мар-лу, я уставилась на каменного волка.

— Май, — пихнула я мужа в бок, — смотри…

— Варя, тут такие дела… Вот это да-а!

Прямо из-за холма вставала огромная луна. На её бледно-жёлтом фоне чётко выделялся силуэт каменного волка, отбрасывая в сторону процессии длинную тень.

— Мне кажется, что он сейчас завоет, — я судорожно сжала руку мужа.

И он завыл (не муж, конечно). Точнее, завыли оборотни. Пока мы восхищались восходом луны, некоторые из них обернулись волками и приветствовали ночное светило песней. Луна прямо на глазах поднималась прямо над холмом, хотя по законам астрономии должна была отклоняться в сторону. Тень от каменного волка укорачивалась, процессия приближалась. Мне показалось, что прошло не более пятнадцати минут, но, судя по почерневшему небу, минуло часа полтора. Наконец, Белый Волк, Марла и иже с ними достигли вершины холма. Волчья песня стихла, и в наступившей тишине раздались звуки учащённого дыхания Марлы. Белый Волк обошёл её и встал сзади.

— Марла, ты не передумала?

— Нет, — голос женщины не дрогнул.

— Братья! Сейчас мы примем в наше племя новую волчицу! — спокойным, но звучным голосом возвестил Волк. Май крепче сжал мою руку. — Так пусть никогда решение, принятое сегодня, не омрачит её разум! Пусть вторая её сущность волка никогда не вступит в конфликт с сущностью человека! А мы клянёмся помочь ей в этом!

— Это он о чём? — шепнула я мужу.

— А я знаю? Мы же с ней на подготовку церемонии не пошли.

На нас шикнули, и мы прекратил шептаться.

— Пусть кровь волка — оборотня продлит краткий жизненный цикл человека! — продолжал Белый Волк. — Пусть повелитель наш, Даждьбог, дарует ей высшее альтер-эго! Да исполнится!

После этих слов он обнял Марлу за плечи и что-то шепнул на ухо. Женщина согласно кивнула. Потом, неуло-вимым для глаза движением обернулся волком. В это же время Марла с треском разорвала на себе сорочку и осталась стоять обнажённой, залитой лунным светом, сама, похожая на древнее божество.

«А фигура то у свекрови о-го-го!» — пронеслась в голове крамольная мысль.

Оборотень, тем временем впился в лодыжку, а женщина тихо пискнула от боли. Когда волк отпустил ногу Марлы, к ней кинулись сопровождающие их женщины. Первая стала смывать кровь, а вторая развернула свёрток, ока-завшийся такой же меховой туникой, и обрядила в неё свекровь. Белый Волк уже снова в облике человека, стоял ря-дом. Все присутствующие загудели, стали поздравлять Марлу, и, почему-то нас с Маем. Мы подошли к новоиспечён-ной волчице.

— Мама, как ты? — заботливо спросил сын.

— Хорошо, Андрюша, — сверкнула счастливыми глазами Марла. — Не беспокойся за меня.

— Извини, Лоцман, нам пора, — Волк обнял Марлу за плечи.

— Куда? — напрягся Май.

— Обряд ещё не завершён. Теперь она должна первый раз обернуться волчицей, а это непросто. Мы уединимся на сакральной поляне и будем…, - он подмигнул почему-то мне, — тренироваться. А переночевать вы можете у меня в логове. Большой Хвост вас проводит.