Михаил Бабкин - Слимпериада. Трилогия

– Опаньки! – изумлённо воскликнул Мар, – гляди-ка, гляди! Скандал во дворце Императора! Как же так, уже скандал и без нас?

На первой странице под заголовком «Паникёров – к ответу!» размещалась крупная фотография входа в императорский дворец: перед фасадом здания, исчезая за краями фото, тянулась цепь угрюмых полиментов с прозрачными щитами и увесистыми дубинками в руках. Арочный вход во дворец охраняли особо дюжие бойцы, неспокойно охраняли – их дубинки были в основательной работе, местами аж размазались; кому и по каким местам доставалось, разобрать не удалось, потерпевшие в кадр не попали. Семён и Мар углубились в чтение статьи под фотографией.

Суть передовицы заключалась в том, что со вчерашнего дня по Перекрёстку ходят упорные слухи о подписании Императором указа об освобождении со своих должностей всех глав и руководителей имперских служб, как силовых, так и муниципальных. И якобы Император после столь необъяснимого поступка отказал всем в назначенной на тот день плановой аудиенции, закрылся во дворце и никакого доступа к нему нынче нет. Однако, как говорилось в статье, доблестные службы правопорядка находятся на своих местах и исправно несут службу; коммунальное хозяйство работает как и прежде; армия находится в боевой готовности и никакой враг…

Семён пропустил ура-патриотическую часть текста и наткнулся на абзац, где провокационные слухи о затворничестве Императора связывали с упаднической болтовнёй известного прорицателя С. насчёт грядущего конца света, и во всю клеймили позором всяческих сволочей-приспешников, распускающих лживые умыслы о грядущем вскоре Судном Дне; Семён, уронив газету, вскочил с лавки.

– Стой, ты чего? – запротестовал медальон. – Я ж до конца не дочитал!

– Нечего там читать, – отрезал Семён. – Если уже в центральной прессе говорят о затворничестве Кардинала и о конце света, вроде как массовые слухи опровергают, то медлить нельзя – того и гляди могут начаться волнения и пробраться во дворец станет вообще невозможно! Надо действовать прямо сейчас, времени в обрез… ты когда-то говорил, что поисковые заклинания имперского сыскного отдела найдут меня на Перекрёстке за сутки? От суток осталось всего ничего, – Семён кинулся бегом к гостинице.

– Так-так, – возбуждённо зачастил Мар. – Наконец-то началось! А то всё пончики, лимонадики, тишь да благодать… Правильно! Вперёд, пля, на штурм дворца! Ура! Только мы туда не попадём, – внезапно закручинился медальон, – у меня, понимаешь, привязки ни к одному из его залов нету, этому дворцу всего-то лет пятьдесят, новострой… Не приходилось мне в нём бывать. Да если бы и нашлась привязка, толку-то? Проход во дворец надёжно запаролен – это ежели с помощью транспортной магии туда лезть. А без верного пароля нас прямиком в Исправительный Мир вышвырнет, дворец ух какие сторожевые заклинания охраняют! Вернее, должно вышвырнуть, а куда на самом деле забросит, по нынешним временам, хрен его знает…

– Без магии прорвёмся, – заверил Семён на бегу, – как-нибудь да влезем. – Он вывернул на аллею, ведущую к отелю, и внезапно чуть не налетел на группу таких же, как и он, бегунов в похожей спортивной форме. Спортсмены бежали молча, сосредоточенно, с нахмуренными суровыми лицами, словно не пробежку делали, а выполняли важную ответственную работу; в руках у спортсменов были авоськи, битком набитые толстыми книгами и не ими одними – как заметил Семён, у некоторых вместо книг в авоськах лежали тяжёлые пластиковые бутылки. Возглавлял группу рослый лидер-знаменосец – на красном полотнище золотилась надпись «Бегущие вместе». Куда и зачем они бежали вместе со своим знаменем и авоськами, Семён понятия не имел, но так как ему было по пути, то он пристроился в хвост группы.

Возле отеля группа остановилась, остановился передохнуть и Семён – бегать с полным желудком было тяжело, пончики и лимонад остались явно недовольны длительной пробежкой. Ничуть не уставшие спортсмены деловито вытряхнули из авосек книги и построились вокруг бумажной кучи в каре; у всех книг оказалось одинаковое название: «Учебник начинающего предсказателя». После чего, к удивлению Семёна, несколько спортсменов деловито полили книжную груду из принесённых бутылей – в воздухе резко запахло бензином – и лидер-знаменосец громогласно заявил:

– Так будет с каждым мерзавцем, посягнувшим на устои и спокойствие нашего имперского общества! Скажем дружное «нет!» возмутительным предсказаниям о конце света! В лице этой кучи мы сжигаем не только порнографические сочинения предсказателя-отщепенца, но и его самого, символически. Поджигай, – с этими словами рослый лидер отошёл в сторону: один из спортсменов швырнул в книжную горку зажжённую спичку и через секунду на площади перед входом в гостиницу заполыхал костёр.

– Слушай, а с каких пор учебники стали порнографией? – вполголоса поинтересовался Семён у вставшего в строй книжного пожарника.

– С сегодняшнего дня, – также вполголоса ответил пожарник. – По нашему общему единогласному решению. Паникёров – к ответу!

– А чего возле гостиницы? – не унимался Семён. – Тут же место не шибко людное. Надо было на центральной площади, с мегафоном и под барабаны…

– Там прохожие могут по шее надавать, – раздражённо пояснил спортсмен-поджигатель, меряя Семёна подозрительным взглядом. – А ты чего провокационные вопросы задаёшь? Не наш, что ли? Из этих, из паникёров-предсказателей, да?

– Не, я просто мимо пробегал, – честно ответил Семён и сторонкой, чтобы не привлекать к себе внимание, обошёл замерших в суровом молчании борцов с предсказательной порнухой.

– Мда, – скрипучим голосом сказал молчавший до этого медальон. – Падение всех малых и больших государств, как правило, начиналось именно с публичного уничтожения неугодных кому-то книг, не важно, хороших или плохих… Печально это! И знаменательно, причём без участия всяких опальных предсказателей. Увы.

Поднявшись на этаж, Семён первым делом разбудил Олию: минут пять барабанил в её дверь кулаком, вызывая косые взгляды у проходивших мимо ранних постояльцев; наконец заспанная девушка открыла ему дверь. Входить в номер Семён не стал, назначил Олии встречу через полчаса в холле, на первом этаже, и пошёл будить Хайка. Впрочем, стучаться к нему и тормошить черепахового бойца не пришлось – дверь была открыта, а сам Хайк уже бодрствовал, как раз собирался чистить зубы и умываться. Семён вкратце рассказал ему о газетных новостях и о том, что времени осталось очень мало, под обрез, поисковые заклинания вот-вот найдут его, Семёна! А заодно не поздоровится и Олии с Хайком… К рассказу о дворцовом скандале Хайк отнёсся спокойно, а насчёт малого времени заметил, что когда они проберутся во дворец, то никакое поисковое колдовство их там не достанет, не пробьётся сквозь магическую защиту. Это ж не рядовая пивная, а дворец, сердце Империи, как-никак!…