Роберт Скотт - Ореховый посох

— Значит, когда ты говоришь, что он «и сейчас здесь», ты имеешь в виду, что он где-то тут плавает? Рядом с нами?

Брексан испуганно огляделась, даже в темнеющее небо посмотрела.

— Нет, я хочу сказать, здесь, внутри нас. — Версен ткнул пальцем ей в грудь чуть ниже ямки на шее. — Он внутри нас. Это он нас согревает и дает нам столь необходимые силы. Без этого мы бы не выжили.

Брексан оторопело смотрела на него.

— Внутри нас? Обоих?

«Ну да», — раздался у нее в ушах чей-то приятный голос, и она даже вскрикнула от неожиданности.

— Великие боги Северных лесов! — Она еще крепче ухватилась за шею Версена. — Это что же, он? Ты тоже это слышал?

— Слышал, — подтвердил Версен и погладил ее по руке, стараясь успокоить. — Мы с ним о многом успели поговорить, пока ты была без сознания. Это он поддерживал в тебе жизнь, это он спас меня и помог нам все это время держаться на поверхности.

— Но как он это делает? И как ему удалось пробраться... внутрь?

— Он сделал это, чтобы спасти нам жизнь. Если бы не он, я бы уже... мы оба были бы уже мертвы. От самого Блэкстоуна он шел по нашему следу — не знаю уж, как ему это удалось, но я ужасно этому рад. Кстати, он принес вести об остальных моих товарищах. На них напала целая армия духов — таких же, как он, но только враждебных, посланных Малагоном. Мои друзья прятались в маленькой хижине на северных склонах гор, недалеко от границы с Фалканом. Стивен и Гарек как раз готовились принять бой, когда...

Версен вдруг умолк.

— И что же случилось? — Брексан от волнения даже рот забыла закрыть, и Версен улыбнулся, радуясь, что любопытство в ней пересилило страх.

«Мне пришлось бежать!»

Брексан даже слегка подпрыгнула, вновь услышав в ушах голос О'Рейли.

— Извини, — сказала она неуверенно, — но мне, наверное, потребуется какое-то время, чтобы привыкнуть к тому, что ты у меня внутри.

«Приношу свои извинения. Я постараюсь не слишком часто смущать тебя своим присутствием, пока мы будем добираться до берега».

Брексан была настолько потрясена присутствием у нее внутри некоего духа, которому уже тысяча двоелуний и который запросто читает ее мысли, что совсем позабыла, как им еще далеко до берега и как еще велика опасность утонуть.

— Ну и что же случилось с друзьями Версена? — спросила она у духа, возвращаясь к начатой теме. — И почему тебе пришлось бежать?

«Духи, что окружили лесную хижину, были такими же, как я. Нерак послал их выследить и вернуть ему ключ от одного волшебного стола, хранящегося в Сандклифе. Этих призраков там было великое множество. Если бы они обнаружили мое присутствие, Нерак наверняка подверг бы меня пыткам, а потом снова и, наверное, навсегда заключил в пространственную складку между мирами. Так что, если я хотел еще хоть чем-то помочь вам — нет, нашему общему делу, — мне просто необходимо было поскорее оттуда убраться».

У призрака был приятный мягкий баритон, и, слушая его, Брексан думала: «Интересно, а Версен слышит точно такой же голос?»

О'Рейли между тем продолжал свой рассказ: «Я успел до начала атаки предупредить Марка, а потом удалился на запад, чтобы отыскать тебя, Версен».

— И я необычайно этому рад! — добродушно засмеялся Версен.

Брексан тоже улыбнулась: уж очень забавно выглядел Версен, когда в полный голос разговаривал с пустотой. Нет, конечно же, он жив, он совершенно живой! Разговаривая с О'Рейли, он чуть отклонял голову назад, словно призрак висит над ним в воздухе, и говорил чуть громче обычного. Брексан поморщилась: неприятно все же сознавать, что чей-то бесплотный дух торчит у тебя внутри, когда ты с кем-то целуешься! Она даже румянцем залилась. Если Габриель О'Рейли и тогда читал ее мысли, его, должно быть, неприятно поразила ее распущенность...

Брексан еще больше покраснела и даже опустила в воду пылающее лицо. Поспешно сменив тему, она спросила у призрака:

— Ты сказал «наше общее дело» — каким образом оно стало твоим?

«Я ведь служащий банка — точнее, был им, и это именно я позволил шахтеру Уильяму Хиггинсу открыть счет и арендовать сейфовую ячейку, благодаря чему он запечатал дальний портал и спрятал ключ Лессека. И когда-то, почти тысячу двоелуний назад, я оказался тем последним человеком, который перенес в своем теле дух злобного правителя Малакасии назад в Элдарн. — Судя по голосу, О'Рейли явно колебался, но все же продолжил: — Я пережил невероятные, невообразимые страдания, когда в мое тело проник дух этого человека — нет, не человека, а отвратительной твари! Я чувствовал, как умираю — по отдельности, частями, — но ничего не мог сделать, чтобы спасти себя. Я не мог ни громко вскрикнуть, ни заплакать, ни перевязать свои раны, ни с кем-то поделиться своими мыслями и переживаниями. Я был полностью в его власти и все эти годы, все эти двоелуния практически ничего не мог — лишь без конца заново переживать случившееся со мной, ибо страшные, мучительные воспоминания об этом постоянно оживали в моей душе».

Голос О'Рейли предательски дрогнул, и Брексан почувствовала, что до глубины души тронута трагической историей призрака.

— Значит, и у тебя есть немало нерешенных вопросов, которые ты хотел бы задать нашему верховному правителю? — холодно спросила она.

«Естественно».

— Тогда нам, пожалуй, пора двигаться в путь. Мы и сами должны добраться до Ориндейла, и позаботиться о том, чтобы туда непременно добрались наши друзья. — Брексан повернулась и поплыла к берегу, но вдруг снова остановилась и сказала: — Спасибо тебе, Габриель. Мы, по-моему, так и не успели еще поблагодарить тебя, верно? Ты спас нам жизнь, и мы перед тобой в вечном долгу. К тому же благодаря тебе мы знаем теперь, что и остальные наши товарищи тоже преодолели горы. Пройти зимой через Блэкстоун — это уже само по себе удивительно и заслуживает уважения. Однако, если им с твоей помощью удалось спастись от той армии злобных призраков, они, возможно, уже в Ориндейле.

Ответ О'Рейли они оба услышали одновременно: «Неподалеку отсюда несколько рыбаков как раз вынимают из воды сети. Они и доставят нас на берег. А я останусь у вас внутри, пока вы как следует не выспитесь и хотя бы отчасти не восстановите свои силы. А потом мы вместе отправимся на север».

Пожилой рыбак был просто потрясен тем, что кто-то может плавать так далеко от берега. Он с трудом вытащил обоих из воды и кинул на дно своего ялика. Брексан съежилась от страха, приземлившись на груду каких-то огромных рыбин. Оскальзываясь на чешуе, она перебралась на нос лодки и свернулась в клубок. Стоило ее голове коснуться дна, как сон сморил ее.