Роберт Скотт - Ореховый посох

— Не видел чего?

Марк ответил, но скорее самому себе:

— Неоновую рекламу: «СМЕНА МАСЛА. ДВАДЦАТЬ ШЕСТЬ ДОЛЛАРОВ И ДЕВЯНОСТО ДЕВЯТЬ ЦЕНТОВ».

— Чего?

— Я уже видел такое — в то утро, когда Стивен ту сосну своим посохом в щепки разнес... Вы тогда еще чуть друг друга не убили.

Лицо Гарека вспыхнуло от волнения.

— Я тебя не понимаю! Это же магия! Мы уже не раз видели, как Стивен ею пользуется.

Марк, не отвечая, указал ему на вход в их скромное убежище.

— Ну и что?

Гарек совсем смутился. И вдруг что-то щелкнуло в его мозгу: он понял, что имел в виду Марк.

Ореховый посох стоял у входа в пещерку, прислоненный к стене. Усталый Стивен даже не заметил, как высушил бревно и разжег костер без помощи своего посоха.

ЛАГЕРЬ НА БЕРЕГУ

Когда Брексан снова пришла в себя, ей, странное дело, было тепло и она чувствовала себя отдохнувшей и набравшейся сил, хотя и промокшей насквозь. Стряхнув приятное полузабытье, она поняла, что по-прежнему находится в Равенском море, по подбородок в воде, вот только вода больше не кажется ей холодной — наоборот, она была теперь даже теплой, как парное молоко.

Спускалась ночь, но Брексан все же сумела разглядеть ронский берег, оказавшийся совсем близко. Душу ее охватило смятение: как это она не только осталась жива, но и сумела так далеко проплыть? Она почти машинально окликнула Версена; последнее, что она помнила, — как он исчезает в волнах. Разгребая воду руками, Брексан описала круг, без особой надежды высматривая своего спутника на поверхности моря, и чуть не утонула от неожиданности, услышав его голос:

— Я здесь!

И она действительно его увидела. В рамке из спутанных, прилипших к голове волос светились его ясные зеленые глаза и белозубая улыбка. Она узнавала его грубоватые черты, но он больше не был бледен как смерть, напротив, выглядел вполне здоровым и крепким, способным и дальше продолжать борьбу с Малагоном и его приспешниками. Слезы так и полились у Брексан из глаз, и она, яростно работая руками и ногами, поплыла к нему.

Бросившись Версену на шею, она обвила его талию ногами и крепко сцепила руки у него на затылке.

— Я ведь была уверена, что потеряла тебя! — Она уже плакала навзрыд.

— Брексан, я...

Она не заметила, как под ее тяжестью Версен с головой ушел под воду, так что последние его слова потонули в фонтане крохотных воздушных пузырьков.

— Ох, черт возьми! — Смутившись, Брексан тут же выпустила его. — Извини, я совсем не собиралась тебя топить!

Версен, вынырнув на поверхность, игриво брызнул в нее водой изо рта.

— Я тоже очень рад снова тебя увидеть.

Он притянул Брексан к себе, крепко сжав ее бедра своими могучими ручищами. Внутри у него все затрепетало; возбуждение так и ударило в голову. Он зарылся лицом в ямку у нее на шее, вдыхая ее теплый запах, запах женщины, смешанный с запахом моря. Говорить что-либо он не осмеливался, чтобы не показаться глупцом — слишком уж его переполняли чувства.

И Брексан тоже словно ожила в его объятиях; она гладила его руки, мускулистые плечи, радостно отдаваясь той страсти, что проснулась в ней в тот миг, когда он, очнувшись от тяжкого забытья, впервые сказал: «Я люблю тебя». Она легко, едва касаясь, провела кончиком языка по его губам, чувствуя вкус соленой морской воды, и он от страсти совсем потерял голову, что-то тихо прорычал и завладел ее ртом. Оба, казалось, забыли обо всем на свете; они исследовали тела друг друга, гладя, лаская, дразня и ни на мгновение не размыкая слившихся в поцелуе губ. Брексан первой слегка оттолкнула его, и он, тоже словно очнувшись, выпустил ее из рук. Оба судорожно хватали ртом воздух; вокруг по-прежнему было море, и Брексан изумленно промолвила:

— Неужели мы умерли? — Она снова заплакала. — Я же видела, как ты тонул! Я так старалась! Так хотела поддержать тебя! Но было ужасно холодно, а ты стал вдруг таким тяжелым...

Версен обнял ее и крепко прижал к себе; вспоминая, что с ними происходило, он был потрясен ее мужеством и силой воли.

— Ты сделала все, что могла, милая. Разве тебе по силам было столько времени тащить мою безжизненную тушу по морю?

— Но я же видела, как ты скрылся под водой!

Брексан захлебнулась в рыданиях; теперь она уже вся дрожала и сама испуганно цеплялась Версену за шею, вновь переживая те страшные мгновения, когда поняла, что осталась одна и замерзает посреди Равенского моря, слишком далеко от земли, чтобы иметь хоть какую-то надежду на спасение.

— Я тогда совсем сдалась. Я решила умереть, и я... боялась, что мы не просто утонем, а будем опускаться на самое дно, и там будет темно...

Она чувствовала себя полной дурой, девчонкой, которая боится темноты и не стесняется говорить об этом. Она бы и дальше продолжала обнажать самые свои постыдные чувства, но Версен прервал ее.

Он снова поцеловал ее, на этот раз очень нежно, и тихо сказал:

— Все в порядке, Брексан. Теперь все хорошо. И мы не умерли.

— Но как же?..

— Ты хочешь сказать: кто?

— Кто? Я не понимаю...

— Я думаю, его имя О'Рейли, Габриель О'Рейли. — Версен задумался: как бы ей получше все это объяснить? — По-моему, это знакомый Стивена Тэйлора, того иностранца, о котором я тебе рассказывал. Он искал нас — точнее, меня, — потому что Марк сказал ему, что мы, видимо, разминулись где-то в горах.

— Но где же он? — В голосе Брексан звучало сомнение. — Может, он уплыл, чтобы найти для нас лодку? И откуда он узнал, где нас искать? И как ему удалось... согреть море?

— Ну, все это вполне понятные вопросы, но я совсем не хочу, чтобы ты понапрасну тревожилась. Так что постарайся понять меня и не волнуйся: по всей видимости, О'Рейли и сейчас здесь.

Версен смотрел ей прямо в глаза и даже брови приподнял от усилия, желая уверить девушку, что бояться ей нечего.

— Как это «здесь»? Что ты хочешь этим сказать? — нахмурилась Брексан.

— Ну ладно, я объясню. Но дай мне честное слово, что не будешь бояться и паниковать.

Она как-то странно на него глянула, и Версен рассмеялся.

— Не веришь? Я чувствую, что не веришь. Ладно, тогда постарайся просто запомнить: Габриель нас спас. Хорошо?

Она кивнула и снова прижалась к Версену.

— Понимаешь, Габриель О'Рейли — это призрак, ну, такой дух. Он тоже попал сюда из этого их Колорадо, как и Стивен с Марком. Нерак отнял у него тело и воспользовался им для своих путешествий, перемещаясь между Колорадо и Элдарном, и случилось это чуть больше девятисот восьмидесяти двоелуний назад.