Сергей Уксус - Путь к жизни

— На том, что ты так думаешь, — неожиданно для мага рассуждения старого вояки его заинтересовали.

— Так вот, думаю я, что в силу людской глупости ваши в разные стороны лезли. Даже через Клыки. А может, и не от глупости, а от отчаяния, но сюда — точно большинство.

— И никто не ловил?

— Может, и ловили. Не видел. Знаю, что резали. Ты думаешь, почему капитан меня с тобой отправил, а? — сержант неожиданно остановился и упёрся насмешливым взглядом в переносицу бывшего жреца. — Думаешь, думает, что ты с задатком сбежишь? Не-е-е! — перед лицом Лиртво появился когтистый палец и качнулся вправо-влево. — Капитан у нас людей насквозь видит. Не сбежишь ты. А вот не дожить… Ладно, парень. У нас впереди дорога долгая, захочешь — наговоришься ещё. Пойдём.

Грибник полировал заготовку амулета и думал. Предложение, с которым пришли сидевшие напротив Левый и Ушастый (так под землёй за глаза называли четвертьэльфа), на первый взгляд выглядело до крайности глупо. Глупо с точки зрения любого, хоть что-то понимающего в магии. Брухтарк понимал. Понимал, потому что и сам был магом, пусть и посредственным. И первым его желанием было рассмеяться в лицо пришедшим. Но только первым — остановило присутствие Ушастого. Потомок остроухих тоже знал о Силе не понаслышке и если всё же заявился с таким…

Однако ничего умного в голову не приходило, и дварф оказался перед выбором: спросить сейчас или сказать гостям, чтобы навестили в другой день, в надежде всё же додуматься самому. Хорошо, если получится. А если нет? А если нет, только одно останется — отказать. Потому что иначе дураком будешь выглядеть, спрашивай-не спрашивай…

Грибник вздохнул, мазнул взглядом по полукровке — не усмехается ли? — и отложил заготовку:

— Так что вы там придумали, почтенный Уш… э-э-э… Элиранд?

— Да ничего особо гениального, мастер Брухтарк, — тоже вздохнул четвертьэльф. — Я, увы, не настолько хорошо знаком с магией, чтобы опровергать основы…

«Ну-ну, скромник», — хмыкнул про себя дварф, вслух же сказал:

— Вы, почтенный Элиранд, объясните сначала, а то вот так мнётесь, а потом вдруг окажется, что новый сплав изобрели. Ну… это… в общем, важное что-нибудь.

— Увы, мастер, — с явным сожалением покачал головой Ушастый, — изобрести я ничего не изобрёл. Я просто подумал, что у всех видов магии имеются несколько общих черт. Пусть их даже немного.

«Угу, — настроение у Грибника было скептическим, — то-то ваши листоухие архимаги даже с самым маленьким камешком справиться не в состоянии. Да и наши со всякой зеленью не…» — тут маг вспомнил, за что получил прозвище, и кашлянул, заставив четвертьэльфа прерваться на полуслове. Гость некоторое время рассматривал хозяина своими зелёными чуть раскосыми глазами, после чего осторожно поинтересовался:

— Вы находите мои рассуждения… э-э-э… ошибочными, уважаемый мастер?

— Нет-нет! — замахал руками Брухтарк. — Что вы, почтенный Элиранд! Вы всё говорите правильно! Но… — он слегка замялся, — меня два обстоятельства смущают.

— Обстоятельства?

— Ну, первое — это захочет ли сам мертвяк учиться…

Левый, за всё это время не произнёсший ни слова, вскинулся было, однако тут же опять опустил голову, наткнувшись на осуждающий взгляд Грибника: молодёжь — а по понятиям подземников даже полукровка, не проживший сотни лет, взрослым не считался, — в присутствии старших должна молчать, пока не спросят. Во всяком случае, когда старшие эти — из подгорного народа.

— А второе? — быстро спросил Ушастый, пытаясь замять возникшую неловкость.

— Время! — отрубил дварф. — Способности способностями, однако ж объяснять и показывать — это время.

«А время — это деньги, — процитировал про себя четвертьэльф поговорку торговцев из Расция — купеческой республики, расположившейся далеко к юго-западу, на берегу Горького Моря. — Вот и подошли к главному. Н-да-с. Может, и правда стоило сначала с Гельдом-младшим поговорить? Садовод почему-то уверен, что тот согласился бы. Знать бы ещё, на что. А так… Нехорошо оно получается. Долг на человека вешаем, хоть и неживого, долг перед общиной. Небольшой, конечно, но тут главное начать: раз не спросили, другой, третий…» — Элиранд вздохнул, поморщился — толку-то сейчас жалеть, если решение принято? — и, старательно отводя глаза, честно рассказал Брухтарку и о сложившейся со смертью некроманта ситуации, и о спорах на совете, и о том, до чего в конце концов договорились. Грибник слушал внимательно, не перебивая, а когда гость закончил, опять ухватил свою заготовку, — то ли она ему думать помогала, то ли из-за привычки что-то в руках держать…

Минут пять прошло в молчании, потом дварф грустно усмехнулся:

— Да-а-а, хорошо вы о нас думаете.

Четвертьэльф в ответ только руками развёл. Мол, как заслужили, так и…

— Угу, — покивал маг, — вот и я о том же. Сами виноваты… Ладно. Схожу я в башню. Поговорю с мертвяком. Думаю, столкуемся мы с ним. Только сразу говорю: мне его не то что до мастера, до подмастерья не дотянуть, так что…

— Да я понимаю…

— Ты — понимаешь. Может быть. А ваши?

— Они тоже поймут, — Элиранд постарался, чтобы в его голосе было побольше уверенности. — Им просто привыкнуть надо.

— Привыкнуть, — теперь Грибник бурчал так тихо, что четвертьэльф различал слова только благодаря чуткому слуху, доставшемуся в наследство от предков, — привыкнуть им надо. Сколько уже прошло, а они так и не привыкли. И ни… не сделали. А потом ещё чесаться начнут. И опять ни… не сделают. А кончится всё… — не договорив, маг посмотрел на собеседника: — Вот скажи, Ушастый: ну в этот раз торгаши не узнают, ну в следующий… Потом-то что, а? Всю жизнь других дурить ведь не получится! Год-два — слух разойдётся! Что делать-то будете, а?

Элиранд не ответил: возразить нечего, а соглашаться… Соглашаться гордость не позволяла, хотя где-то в глубине души четвертьэльф и признавал справедливость упрёков. Так же, как признавал и право подземника упрекать: слишком тесно связаны в этой долине живущие на поверхности с обитающими под горой. И слишком сильно стали они зависеть друг от друга за прошедшие сотни лет спокойной жизни…

— Эй! Хозяева! — тяжёлый кулак гулко ухнул в толстые доски. — Есть кто?!

Немного подождав, визитёр развернулся и присел на каменное крыльцо: дверь не подпёрта, значит, кто-то дома, значит, надо просто немного подождать. Мало ли почему сразу не открыл? Может, спит или в отхожем месте засиделся. Или занят чем, что не бросить — всякое может быть. Особенно у магов. Даже у мёртвых. Тем более у мёртвых. Их же в последний раз видели… И не упомнишь уже — настолько давно было. Так давно, что не то что свидетелей, записей не осталось! Нет, встречается, конечно, то тут, то там, что были, мол, такие-сякие вредные, ну а толку? Ни как жили, ни что ели… Да и ели ли?… Одно ясно: со Смертью работали. С чёрной Силой. Именно с чёрной, а не с тёмной. С тёмной — проклясть кого или призвать демона — даже остроухие управляются. Не все, конечно, особенно с призывом, но есть, есть. И это при том, что Сила у них — Жизнь! Да. А вот зомби поднять, пусть даже самого простейшего… Впрочем, то же самое касалось и других Сил — ни Земля, ни Вода, ни Огонь с Воздухом, будучи в ком-то главными, не желали иметь дела с Обратной Стороной Жизни. Тьма разве что. Наверное. Но…