Джеймс Оуен - Здесь водятся драконы

Прямо напротив гоблинов в нижних рядах галереи расположилось грузное темнолицее существо, которое могло быть только троллем. Сильные, перевитые жилами руки были скрещены на массивной груди, обтянутой тяжелым кожаным доспехом. Его вид и манера держаться, а также множество прихлебателей, толпившихся у кресла, стоящего на возвышении, давали понять, что он, по всей вероятности, птица высокого полета, если не сам король троллей.

— Я его не знаю, — сказал Берт. — Тролли обитают на восточных островах Архипелага.

— Полагаю, — сказал Джон, — что это и есть Ароун, о котором говорил Туммлер.

— Тихо, — шикнул Берт. — Входит парламент.

Представители Парламента, одетые в цвет карточных мастей: трефы, пики, бубны и черви, вошли через пятый вход в зал, располагающийся между восточными и северными вратами. Они угрюмо шли, не глядя ни вправо, ни влево.

Берт нахмурил брови, глядя, как члены Парламента занимают места среди прочих участников Совета.

— В чем дело? — прошептал Джон.

— Не знаю, — ответил Берт. — Чего-то не хватает, хотя не могу сказать, чего именно.

Они молча смотрели, как изящно одетые мужчины и женщины усаживаются на свои места на галерее. Наконец, плутоватого вида малый — Берт объяснил, что это Наместник Паралона, — вышел в центр Чертога и призвал всех к порядку.

— Как Наместник Паралона, я буду наблюдать за процедурой, — начал он. — В отсутствие законного наследника Серебряного Престола Парламент под моим руководством правил Паралоном и Архипелагом. И вот теперь была предъявлена претензия на трон. По праву рождения и крови.

По галерее прокатился шепот.

— О чем речь? — прошептал Джон. — Я думал, все наследники мертвы.

— Не знаю, ответил Берт. — Слушай.

— Претензию, — продолжал Наместник, — одобрил Парламент. В случае всеобщего согласия, к концу дня у нас будет новый Верховный Король.

Со всех сторон раздались возгласы. Наместник подождал, пока стихнет какофония, и снова заговорил.

— Претензия была объявлена родичем самого Артура, и поэтому ее нельзя оспорить. Он никогда не бывал здесь прежде, но, тем не менее, большинству из вас он известен… под именем Зимнего Короля.

— Стойте! — прогремел голос. Заговорил Берт. — Могу я говорить?

Наместник скривился.

— Парламент… — начал он.

— Парламент, — ответил Берт, — созвал совет, дабы обсудить право преемника. Есть наследник или нет, нам должно быть позволено обратиться к Парламенту.

— По какому праву вы говорите? — спросил Наместник.

— Я — один из Хранителей «Воображаемой Географики», — сказал Берт, — а другой сидит подле меня.

В ответ многие закивали, в основном дружелюбно. Наместник лишь покачал головой.

— Я ценю ваше желание принять участие, — начал он.

— Пусть говорит, — раздался грубый голос. Он принадлежал Уруку Ко, королю гоблинов.

Наместник мог добиться своего и поднимать шум в разговоре почти с любым из присутствующих. Однако поставить на место короля целой расы он не мог. Он неохотно кивнул и отошел в сторону, бросая беспокойные взгляды на членов Парламента.

Берт стоял посреди Великого Чертога лицом к галерее.

— Дамы и господа Парламента, — начал он, — совсем недавно я лично столкнулся с человеком, которого называют Зимним Королем…

Но прежде, чем он смог продолжить, его перебил Король Бубен, который вскочил и погрозил Берту кулаком.

— Неприемлемо, — провозгласил король. — Парламент не принимает предложения.

— Разве он делал предложение? — прошептал Чарльзу Джон. — Я что-то не заметил.

Берт также выглядел озадаченным.

— Ваше величество, если я позволил себе лишнее…

— Да, не может быть и речи, — продолжал король, словно не слыша. — Морж-Верховный Король — какая нелепица. Всякий знает, что Плотник не может стать Верховной Королевой. Если допустить подобное, кто же будет устраивать танцы?

— Все это очень странно, — произнес Чарльз.

— Тихо, — шикнул Джек. — Смотрите — еще один король будет говорить.

Король Пик поднял руку:

— Умоляю, не палите из пушек, — сказал он. — Или я никогда не смогу извлечь картофель из ушей.

Гномы принялись перешептываться, будто тоже почуяли неладное.

— Они все с ума посходили, — сказал Джек. — В чем дело?

— Не знаю, — ответила Эвин. — Но здесь явно что-то не так.

Наместник уже собирался препроводить Берта на место, когда вспыхнула голова Королевы Треф. Пламя взметнулось высоко вверх, но королева продолжала сидеть, чинно сложив руки, с мягкой улыбкой на лице, будто ничего не произошло.

Теперь шептались не только гномы, но и эльфы и гоблины. Тролли взялись за оружие.

Королева Червей — дородная темноволосая дама — достала из-под трона крокетный молоток и ударила им в грудь Короля Червей.

— Ненавижу розы, — заявила она. — Всегда молчат, когда к ним обращаешься.

Берт огляделся по сторонам, но Наместника и след простыл. Все присутствующие делегаты с криком поднялись с мест.

Один из троллей, плюнув на этикет, метнул копье прямо в Королеву Червей. Удар распорол ей грудь, и на пол полетели колесики и шестеренки, осыпая находившихся поблизости делегатов дождем искр.

Члены Парламента вовсе не были людьми. Это были механические куклы.

— Обман! — взревел принц троллей Ароун, вскакивая на ноги и потрясая закованным в доспехи кулаком. — Совет — фальшивка!

Через несколько мгновений в Великом Чертоге Паралона воцарился хаос.

Глава 7. Запретная тропа

Едкий дым заполнил нос, рот и легкие Джона. Юноша в отчаянии закрыл голову руками и глубже вжался в грязь французской земли.

Канонада не прекращалась. И когда казалось, что хуже уже быть не может, сигнал газовой атаки зловеще разнесся среди остатков деревьев.

Джон с криком вскочил на ноги и побежал, но через несколько секунд угодил в колючую проволоку, натянутую у окопов. Вокруг него на почерневшей, лишенной намека на жизнь земле лежали раздувшиеся трупы. Джон мог лишь беспомощно наблюдать, как газ подбирается все ближе, сопровождаясь усиливающимся грохотом артиллерии: бум. Бум. Бум.

Бум.

— Джон! — раздался знакомый голос, но он не принадлежал солдату его батальона. — Джон, бога ради, да соберись ты!

Джон потряс головой, моргнул, приходя в себя, зрение его прояснилось. Чарльз тряс его за плечи и выкрикивал его имя. Остальные уже прокладывали дорогу к выходу под прикрытием лож. Не веря своим глазам, Джон озирался и видел мешанину оружия, пламени, дерущихся людей, слышал яростные крики — все это еще несколько мгновений назад было Великим Советом.