Джеймс Оуен - Здесь водятся драконы

Он махнул лапой и повернулся.

— Сюда, сделайте милость, юные студни и все остальные. Совет ждет.

В скором времени Туммлер завел транспортное средство (не без тайной помощи Эвин, которая не хотела смущать зверька при всех и говорить, что комок барсучьей шерсти повредил один из контактов двигателя) и они отправились через долину к замку.

— Мы называем их «принципли», — пояснил Туммлер, имея в виду паровую машину, в корой они находились. — Навроде как «вы можете ездить туда-сюда, но легче это делать с принциплями». Вот так, в общем. Этот, — гордо продолжал он, — я называю «Любопытная Разновидность».

— Невероятно, — сказал Чарльз. — Как он работает?

— Очень хорошо для всех практических нушт, — ответил Туммлер.

— Нет — я имею в виду, что им движет?

— Нам надоть кой-куда добраться, — отозвался Туммлер. — А вами что движет?

— Я… я просто решаю идти, куда мне надо, и иду, — удивился Чарльз.

— Ну, так то ж и с принциплями, — сказал барсук. — Только тут уж мне решать.

Эвин улыбнулась.

— Принципли придумал один из его предшественников, — она подбородком указала на Джона. — Там задействуется пар и часто — электричество, но никто толком не знает, как они работают. Бэкон передал лишь секрет их конструкции некоторым животным и Немо. Животные не могут понятно объяснить, а Немо никогда не упоминал о нем.

— Бэкон? — воскликнул Джон. — Ты имеешь в виду Роджера Бэкона[59], францисканского монаха? Он тоже был Хранителем?

Туммлер кивнул.

— Дык, говорю ж — славные малые они, студни из Оксфорда.

Любопытная Разновидность проследовала через огромные каменные ворота, охраняемые двумя одинаковыми гигантскими статуями. Левая рука каждой была простерта вперед в предупреждающем жесте; правую руку они держали у сердца, как бы приглашая.

— Великие короли Паралона, — объяснил барсук. — По два у каждых ворот, как стороны компаса — запад, восток, север и юг.

— Невероятно, — сказал Джон.

— Ха! — хмыкнул Туммлер. — Подождите, вот увидите Великий Чертог.

Когда был установлен Серебряный Престол, объяснял Берт, Артур правил в скромном замке на Авалоне. Его старший сын Артигел перенес место правления в Паралон и нанял гномов построить великий город.

Улицы были вымощены, и когда путешественники въехали в замок, то увидели множество других принциплей, каждый был сделан особо, не похож на другие. Дома были выстроены из белого камня и стекла и венчались башенками и остроконечными крышами.

Замок, который они видели из гавани, не был построен на плато, он был высечен из него, в нем, сквозь него. Это был выдающийся шедевр инженерного дела. Туммлер остановил Любопытную Разновидность на широком проспекте, у пересечения улиц чуть ниже огромного здания с башнями и повел спутников на мост, ведущий к двойным дверям из яблоневого дерева.

— Тута, — сказал он, указывая лапой. — Я обожду тута, пока все не закончится. Только предупредить вас хочу, — добавил барсук. — Следите в оба кой за кем. Ароун его звать. Старший сын старого Сарума, короля троллей. Он злой. Негодяй от макушки до пят. Он созывал полный совет несколько лет, и ни для кого не секрет, что он думает, будто время людей — дело прошлое, а Верховного короля надоть выбирать из другой расы. Не нужно быть студнем, чтобы догадаться, куда он метит, — закончил Туммлер. — Удачи вам всем, студни.

Архипелаг населяли тысячи рас, объяснил Берт, и даже больше, если считать животных. Но только четырем из них было дозволено присылать официальных эмиссаров на Совет: троллям, гоблинам, эльфам и гномам.

Представители пятой расы — люди — созывали совет, полностью руководствуясь традицией. Несмотря на конфликты, вспыхивающие время от времени, все расы уважали потомков Артура, и это уважение перешло и к Парламенту в годы, последовавшие за убийством старого короля и его семьи. Но жители Архипелага лишались покоя, каждая из рас хотела получить права на Серебряный Престол.

— А нас пустят? — просил Чарльз. — Мы не представители королевской семьи и не эмиссары.

— Пустят, — ответил Берт. — У меня есть какая-никакая репутация, а он, в конце концов, — Берт похлопал Джона по плечу, — Хранитель.

Эвин закатила глаза и выругалась сквозь зубы.

— По крайней мере, — добавил Берт, — у него находится «Воображаемая Географика». Одно только это дает ему — и всем вам — определенный статус.

Джон вздохнул и посмотрел на Жучка, который ободряюще ему улыбнулся.

Все вместе они вошли в Великий Чертог Паралона.

Туммлер не преувеличивал. Великий Чертог поражал своим великолепием.

Входы с четырех сторон зала представляли собой каменные арки в сто футов высотой, окружавшие огромную галерею лож. Высоко-высоко над головой находился прозрачный потолок, возможно, венчавший плато. В колоннах были вырублены ниши с факелами, освещавшими зал ярким белым светом. Одним словом, это было зрелище.

— Зимнему Королю никогда не получить трон, — пробормотал Джек Чарльзу.

— Почему?

— Ведь ему придется перекрасить здесь все в черное.

Примерно половина мест на галерее была занята. Берт повел спутников к ступеням за колонной слева, и они уселись на свободные места в третьем ряду.

— Места в центре для людей — членов Парламента, — объяснил Берт. — Они еще не прибыли, и хорошо — мы пришли не слишком поздно.

Эльфы заняли места справа от центра галереи; их было больше, чем представителей других рас. Эльфы были стройными, с прекрасными волосами и кожей, и держались, как народ, редко видевший смерть.

Гномы сидели слева, над и вокруг Берта и его друзей. Они были низкорослыми, крепкого телосложения и хорошо вооружены. У каждого из делегатов было не менее двух коротких мечей, а также луки и стрелы.

— Этих лучше не злите, — предупредил Берт. — Гномы — народ вспыльчивый. Любят подраться, хотя в основном — с эльфами. Все из-за роста.

— Так, э-э, это ваши построили это место, да? — сказал Джек гному, сидящему через три места от него.

— Да, — был ответ.

— Э, прекрасная работа, — похвалил Джек.

— Гм, — фыркнул гном.

Берт поднял руку в приветствии и увидел ответный жест со стороны засаленного, какого-то шишковатого создания, одетого в шелковые одежды тонкой работы и сидящего высоко по центру галереи.

— Урук Ко, король гоблинов, — пояснил Берт. — И его свита.

— Король гоблинов? — с отвращением прошептал Джон.

— О, он достаточно дружелюбен, — сказал Берт. — Стеллан — профессор Сигурдссон — и я однажды совершили вместе с ним долгое путешествие к южным островам на корабле под названием «Заря». Предполагалось, что это будет исследовательская экспедиция — надо было составить кое-какие карты для «Географики» и все прочее, — но каким-то образом она сама собой превратилась в приключение. Но, — закончил он, пожимая плечами, — такое случается, если капитан — говорящая мышь.