Рыжая Марика - Тяжело в учении

— Надо что-то делать, — нахмурилась я. — Вы послали кого-нибудь в лес в разведку?

Кар-Сэрс и Брумх переглянулись и одновременно покачали головами.

— Нет? Вы что?! Надо же немедленно что-то предпринять! Лично я считаю, что мы должны немедленно пойти в лес и растолковать этим тварям, что к чему…

Неожиданно дверь за моей спиной хлопнула, и я обернулась. На пороге стоял Кэпэн — тот самый не очень-то дружелюбный охотник, с которым я познакомилась чуть ли не в первый день своего пребывания в ИООО. Он явно расслышал мои последние слова, потому как в его темных неприятных глазах сквозила насмешка.

— Глупая девчонка! Ты думаешь, это так легко? — нехорошо осклабившись, он шагнул ко мне, и в этот момент я увидела то, отчего у меня потемнело в глазах: на левом ухе у Кэпэна была свежая, совсем недавно, похоже, зажившая, рана…

23

Ни секунды не медля, я кинулась на него с криком и кулаками. Оборотень (а кто еще это мог быть?!) явно не ожидал от меня такого. Я рухнула на него всей тяжестью и принялась колотить. В его глазах я увидела растерянность, вскоре сменившуюся яростью. Совладав с собою, Кэпэн схватил меня за локти и оттолкнул. Потеряв равновесие, я шлепнулась на пол, но в ту же секунду вскочила и снова бросилась на охотника. Тот, мерзавец, крепко обхватил меня поперек туловища, перевернул и повалил на пол, придавив всей своей тушей! Я слабо сопротивлялась, размахивала руками, и мне удалось вцепиться ему в руку ногтями и зубами. К несчастью, толку от этого было мало — оборотень лишь поморщился.

— Получай, зверюга! — зашипела я. К нам уже спешили Брумх и Кар-Сэрс.

— Маричка!.. Кэпэн, отпусти, ты ее придавишь! Ты что это делаешь?! Ты что творишь?

Кривясь, Кэпэн встал с пола и принялся отряхаться, как будто вылез из ямы с нечистотами. Я осталась лежать. Чет протянул мне руку и заставил подняться. Потом схватил за плечи и как следует встряхнул.

— Ты что?! — просипела я.

— Нет, это ты «что»? — признаться, все трое выглядели ошеломленными. — Ты чего на людей бросаешься?

— Он… это… оборотень!.. Зверюга… — пытаясь отдышаться, выдавила я, для пущей убедительности ткнув в охотника пальцем. — Это он… на меня напал! Укусил… А я — его… видите, у него… на ухе кровь!

Завканцелярией и Кар-Сэрс послушно уставились на ухо Кэпэна. Тот машинально прикрыл рану ладонью и нахмурился.

— Чушь собачья! — процедил он. — Это меня веткой по уху хлестануло в лесу! Что вы ее слушаете?

— Нет, что вы его слушаете? — возмутилась я. Вздохнув, Чет нежно посмотрел на меня. Ну очень нежно. Подозрительно нежно…

— Нет! Вы не понимаете! Он оборотень! — кричала я минуту спустя, безнадежно колотя в запертую на замок дверь. Этот негодяй закрыл меня в соседней комнате! — Не верьте ни единому его слову!

На мои крики не реагировали. В последний раз в бессильной злобе пнув дверь, я уселась на табуретку и принялась скучающе разглядывать плакаты. На одном я заметила изображение оборотня и сравнила с оригиналом, с которым я совсем недавно имела честь познакомиться.

«Не похож, — заключила я. — Глаза не такие здоровые, да и пасть поменьше будет».

В тишине я услышала неясные голоса, доносящиеся снаружи. Движимая любопытством, я встала с табурета и прильнула ухом к двери. Мало того, в одном месте даже нашлась аккуратненькая такая дырочка, через которую вполне можно было наблюдать.

Встав на цыпочки, я увидела следующую сцену. Брумх сидел за столом, нервно перекладывая какие-то бумажки. Кэпэн стоял посередине комнаты, сложив руки на груди. Кар-Сэрс же облокотился о чучело оборотня. Вид у него был озадаченный.

— Она сумасшедшая, — пробормотал охотник, разглядывая поцарапанную руку. — Ее следовало бы держать в клетке и кормить раз в неделю!

— Ты ее тоже пойми, — вступился за меня Чет. — Она совсем недавно столкнулась с настоящим оборотнем.

— Я слышал, — поморщился Кэпэн. — И почему он ее не сожрал?

«Негодяй!» — возмутилась я мысленно.

— Побрезговал, наверное, — фыркнул Кар-Сэрс. Мерзавец!

— А вообще она говорит, что укусила его за ухо… Поэтому она на тебя и кинулась — увидела, что ухо поранено, и решила, что видела тебя в лесу…

— Вздор. Почему я должен страдать из-за глупости какой-то девчонки?..

«Девчонки?! Да мне уже семнадцать стукнуло!»

— Ладно, оставим пустые разговоры, — Брумх встал со своего места и принялся нервно шагать от стены к стене. — Сегодня ночью приезжает Кинжал. Мне надо будет доложить ему обо всем. Да еще и позвать деревенского старосту, если он не сбежал, как многие…

— Нет, я заходил к нему сегодня утром, — качнул головой Кар-Сэрс. — Он дома. Только сильно напуган.

— Как и все, — подытожил Брумх и взглянул на Кэпэна. — Ты видел их? Этих тварей?

— Да. Их целая стая, вместе с детенышами.

— Они тебя не заметили?

— Нет, слава богам. Иначе я был бы уже мертв.

— Где у них логово? — я почувствовала в голосе Кар-Сэрса дрожащие нотки. Все-таки ему тоже было страшно, как бы он не храбрился.

— Совсем недалеко, за Алой рекой. Там открытое место и есть овраг. Вот в овраге-то они и живут. Наделали нор, забросали входы ветками. Таскают детенышам пищу — зайцы, лисы, волки. Похоже, я даже видел тушу убитого медведя.

«Интересно, откуда ему все это так хорошо известно, а? Он что, ходил к оборотням с визитом вежливости?» — с ехидством подумала я. Я ему абсолютно не доверяла.

— Обо всем этом я расскажу Кинжалу, — Брумх кинулся к столу записывать слова охотника. — Надеюсь, он придумает, что делать.

«А кто такой Кинжал? — нахмурилась я. — Надо будет выведать у Кар-Сэрса».

— Нам не помешают лишние руки, — заметил старик. — Чет, тебе придется хотя бы объяснить своей горе-ученице, где у оборотня морда, а где хвост.

— И сразу на дело? — поразился Кар-Сэрс. Притворно поразился. Кажется, он уже как-то грозился взять меня на задание.

— Понимаю, что это рискованно. Думаю, Кинжал меня поддержит.

— Постараюсь, — мрачно пробурчал мой «учитель». Я мысленно показала ему язык. До чего же он вреднючий!

— Ладно, я пойду, расскажу обо всем остальным. Сбор завтра утром на рассвете? — уточнил охотник.

— Да, Кинжал уже будет здесь, — кивнул Брумх, и Кэпэн ушел.

— Ну, выпускай свою бестию… — проворчал он. Я кинулась от двери на табуретку и сжалась, спешно выдавливая слезы. Ну, сейчас, голубчики, вы у меня покаетесь!

24

— Хватит хныкать! Бесит уже! — бросил Кар-Сэрс сердито, когда мы с ним оказались на улице. Брумх с ворчанием выпроводил нас, бормоча, что у него и без моих бредней забот хватает. Я гневно отмалчивалась. Потом мне это надоело.