Марина Ли - Школа Добра

– Ох, – выдохнула незнакомка, заметив Ингрид, и испуганно схватилась рукой за горло.

Наверное, "ох", потому что рот округлился, но из-за нереального непонятного визга все равно ничего не было слышно.

– Ты кто? – снова удалось прочитать по губам.

Ответить или нет? Ингрид Хорт никто не мог назвать нерешительной, но сейчас она действительно не знала, как поступить. Сбежать обратно или...

Ларс открыл глаза и зловещим взглядом посмотрел на нее. Ну что ж, судьба снова решила все сама.

– Ингрид? – неслышно спросила "гостья" и нетерпеливым жестом подозвала ее к себе.

Девочка кивнула и подошла к подоконнику.

– Сейчас полетаем, – сообщила незнакомка. – Залезай, времени в обрез.

Это безумие. Полетаем? Волки не умеют летать... И суки тоже. И маленькие женщины, насколько Ингрид понимала устройство мира, тоже.

– Но как?

Не говоря ни слова "гостья" указала пальцем на окно.

– Твою... – за окном, широко махая огромными крыльями, висело странное существо с головой дракона и туловищем змеи. Очень большим туловищем очень большой змеи.

– Никогда не соглашайся на три желания джинна, – проворчала девушка и потянула Ингрид за рукав. – Шевелись. Не думаю, что получится удрать, если мерзкий айвэ вернется.

И правда, гнилого мага видеть совсем-совсем не хотелось. Даже еще больше, чем дотрагиваться до неведомого существа и, тем более, летать на нем. Но прислушиваться к своим желаниям Ингрид отучилась давно. И слово "надо", на самом деле, не самая плохая замена слову "хочу".

Минут пять ушло на то, чтобы выбраться из окна и устроиться на спине летающего змееобразного дракона. Но стоило неожиданной соучастнице побега выбраться из окна своей спальни, как невыносимый звук, к которому Ингрид уже почти привыкла, внезапно прекратился. И почти сразу мужчины, до этого лежавшие на полу комнаты, зашевелились.

– Ох, разорви меня дракон, – пискнула незнакомка и вцепилась в... драконьи уши. – Что ж мы их не связали-то?.. Летим отсюда скорее!

И они полетели. И завизжали абсолютно синхронно. А лично Ингрид зажмурилась от ужаса, когда под нею с невиданной прытью помчались леса вперемешку с расчерченными сетью дорог полями.

Спустя некоторое время скорость полета, если судить по силе ветра, замедлилась. Ингрид приоткрыла один глаз и заорала еще громче, увидев причину торможения. Впереди зеркально улыбалось небу прозрачное горное озеро. К нему-то странное существо и направило свои крылья.

Бикси очень любил летать, но еще больше он любил плавать. Поэтому пролететь мимо заманчиво блестящей воды было просто невозможно. Даже чешуя зачесалась – вот как сильно захотелось окунуться. Ну, и наездниц своих окунуть, само собой. Он Бикси, старинный друг бога, а не транспортное средство. Пусть ему и не было сложно помочь двум человеческим детям, но это не значит, что можно визжать и хватать за уши.

Драконозмей легко вошел в воду, и прохладная волна смыла седоков с его спины, оглянулся на барахтавшихся в воде девушек и подумал, что долг отдан. Теперь он ничем не обязан синекожему мальчишке, сумевшему поймать его на честном слове несколько лет назад… Темноволосая хотела крылья. Она их и получила. За жабрами пусть обращается к кому-нибудь еще.

***

Плавать меня учила Дуная. Учила и клялась, что я ее лучшая ученица. Конечно, лучшая, других-то у нее не было! Но плавать, пусть и в легких, но все-таки туфлях, было нелегко, тем более что мокрая ткань платья тянула ко дну. Я трепыхалась и дергалась в центре озера, пытаясь выровнять дыхание и стремясь добраться до берега. Силы заканчивались, ночное небо давило своей бесконечностью, а озеро пугало ледяной глубиной.

"Все напрасно", – внезапно поняла я. "Я утону здесь и сейчас. Умру в расцвете сил. И на этом все закончится". Мне кажется, я в тот момент даже обрадовалась. Потому что смерть означала покой, которого мне так не хватало.

– Пропади оно все пропадом! – отплевываясь, выругалась рыжая длинная девица, в которой я угадала Ингрид.

Как угадала? С чего взяла? Черт его знает. Однако когда она влетела в мою спальню под аккомпанемент завывания Баньши, я поняла, что неспроста мне на что-то сережки намекали. А значит, этой ночью у айвэ будет не одна, а две беглянки, которые как-то уж очень быстро  и совершенно незапланированно собирались превратиться в утопленниц.

– Дер-р-р-рьмо! – прорычала Ингрид и надолго нырнула. Когда же я уже отчаялась увидеть ее снова и окончательно уверилась в том, что не спасла, а погубила девчонку, воды горного озера всколыхнулись, и на меня из темноты сверкнули два зеленых хищных глаза.

– Дер-р-жись, – прорычало из темноты, и я схватилась левой рукой за мокрую шерсть, помогая себе плыть правой.

– Спасибо! – поблагодарила я, не переставая стучать зубами, когда мы все-таки выбрались на берег.

– Тебе спасибо, – буркнула Ингрид и, отойдя от меня на несколько шагов, шумно встряхнулась, а потом села и, постукивая тяжелым хвостом по земле, спросила:

– И что мы теперь будем делать?

Волчица в нацепленных на нос миниатюрных розовых очках смотрелась странно и, наверное, смешно. Несомненно, только этим можно было объяснить мой внезапный приступ смеха. Я откинулась на спину и захохотала на всю округу. А Ингрид зарычала на меня, небольно цапнув за ногу.

Действительно, не время веселиться. Поднялась на ноги, подошла к берегу и, опустив правую руку в воды горного озера, создала стандартный сигнал призыва, означавший "Я в опасности. Нужна помощь". Будем надеться, что у этого водоема есть выход к всемирной сети рек. В противном же случае, даже не знаю, что и предпринять. Пока же надо было просто ждать. Опустилась на траву рядом с рыжей волчицей и задумчиво произнесла.

– А скажи мне, Ингрид, для какого такого обряда ты понадобилась айвэ Лиару?

Волчица фыркнула и недовольно проворчала:

– Гнилой маг любит поболтать, это правда. Но никогда ничего действительно ценного не говорит... Я, если честно, вообще ничего не слышала про обряд. Я думала, я им для следствия нужна.

Где-то в районе моего копчика заворочалось неприятное предчувствие, по позвоночнику вскарабкалось наверх и вцепилось зубами в шею, заставив меня испуганно вздрогнуть.

– Для следствия?

Ингрид опустила голову на лапы и прикрыла глаза.

– У меня как бы муж погиб. Четыре дня назад.

Четыре дня... В голове словно щелкнуло что-то, и я обреченным голосом спросила:

– Арнульв?

Метнулась темно-рыжей молнией, опрокинула на землю, выбивая дух из легких, и зарычала, глядя мне в лицо:

– Никогда... никогда, слышишь... Даже имя его, чтобы ни запаха, ни следа... ничего!