Иван Охлобыстин - XIV принцип

— А в круг? — осторожно спросил Второй,

— Проще простого.

— Их могут напугать звуки битвы?

— Напугать могут, но они будут выполнять мой приказ до конца. Что-то зловещее задумали?

Магнификус весело взглянул па него и пообещал:

— Поверьте мне, если получится то, что я задумал, изображение летучей мыши Корстейнов станет одним из самых популярных боевых символов Нибиру. Может быть, даже почтовую марку выпустят.

— Почтовую марку? — недоверчиво переспросил Манфред и доба­вил: — Трудно поверить, но мои летучие мыши в вашем распоряжении. Поч­товая марка — очень серьезный мотив для авантюры. Захариус собирает марки, — и он показал на щуплого длинноволосого вампира, дремлющего у костра.

— Вилли! — крикнул в темноту Магнификус. — Труби общий сбор! Начинаем!

— Друзья! — крикнул Второй, стоя перед своим войском. — Через несколько минут начнет рассветать, и мы пойдем в бой. Среди вас есть те, кто заслужил своими прошлыми подвигами возможность возрожде­ния. Сейчас вы зафиксируете свои алтари. Это особые алтари, они бу­дут вас восстанавливать среди битвы.

Он повернулся к фон Корстейну:

— Прошу вас, Манфред.

Вампир дважды хлопнул в ладони, и на землю перед войском на­чали садиться летучие мыши. Верные спутники Манфреда образовали четырнадцать идеально ровных кругов.

По рядам воинов пронесся шумок. Солдаты явно не понимали, что все это значит.

— Это ваши алтари, — показал на круги из летучих мышей Магни­фикус. — Летающие алтари возрождения.

— Гениально, детка, — похвалил его Казирион. — Даже Великий Элтарион не додумался бы до этого. Ты прирожденный бог Войны.

— После того как все герои выберут себе по алтарю, я прошу ко­мандиров всех поразделений подойти ко мне и получить свои приказы. Возражения не принимаются, некогда. За дело.

Из строя к живым алтарям начали выходить воины и совершать необходимые процедуры для создания персональных алтарей. Как правило, дело сводилось к одному жесту и двум-трем фразам. Хотя некоторые из героев задерживались, посыпая мышей какими-то по­рошками или поливая неизвестными жидкостями. Мыши ежились, но терпели.

Когда все герои, включая самого Магнификуса, выбрали себе по алтарю, фон Корстейн снова дважды хлопнул в ладоши, и летучие мы­ши взвились в воздух.

Вокруг молодого человека собрались все военачальники. Каждому Магнификус отдавал свой приказ.

— Вы, господин Кауран, поведете своих людей впереди, — сказал он командиру Черной Стражи. — Ваша задача проломить строй пикинеров, чтобы сэр Бетельгейзе смог как можно глубже врезаться в ряды противника со своими всадниками. Все остальные действия — на ваше усмотрение.

— Вы, сэр Бетельгейзе, — повернулся он к Абхорашу, — двигай­тесь вперед, пока это возможно. Когда вас лишат коней, продолжайте движение. По мере гибели рыцарей алтари начнут их восстанавливать чуть впереди. Задача — в рядах воинов Хаоса создать столь любимый ими хаос.

— Вам, господин Корстейн, придется выискивать колдунов Хаоса и уничтожать их. Ваша устойчивость к любому колдовству весьма кстати. Да, и не забудьте, когда поймете, что наши войска окончатель­но смешались, отдать приказ «крылатым алтарям» переместиться на четверть мили вперед. За войска Хаоса.

— Я пойду с папой. Можно? — спросила Наола. — Мне с ним ве­селее.

Магнификус согласно кивнул и вернулся к распределению боевых ролей.

— Вы, Ваше Величество, — Второй обратился к Сеттре, — выве­дете своих подданных из-под земли за линию фронта, когда увидите, что алтари переместились вперед. Нужно сдерживать преследование до тех пор, пока это возможно.

— Твоих воинов, дружище, — Магнификус взял за плечо Шарску­на, — драконы начнут сбрасывать на головы противнику, когда послед­ний из рыцарей сэра Бетельгейзе окажется за спинами армии Нехекхары. Попроси своих ребят обращать особенное внимание на лучников.

— Вы, господин Ракартх, должны будете облететь место схватки вокруг и уничтожить как можно больше алтарей противника, думаю, они недалеко. После появления армии Нехекхары займитесь транс­портировкой отрядов скейвенов. По завершении этого этапа отведи­те драконов назад и дождитесь, когда противник прорвет заслон ар­мии Нехекхары. А там, вы понимаете... Хаос должен чувствовать дыхание ваших зубастых друзей у себя за спинами. Вместе с вами пойдут волки.

— Господин Кхеине, — официально обратился к молодому челове­ку Ракартх. — Вы со своими друзьями, я имею в виду священника и господина ван Хала, полетите на своем драконе или все-таки соблаго­волите оседлать Нормила? Старик мечтает об этом.

— Вилли останется здесь со своей грубой. Мне нужен наблюда­тель. Остальные — на Нормиле, — подтвердил Магнификус, — Дооф и драконы Корстейнов будут меня ждать на другой стороне.

— Благодарю вас, — поклонился ДрагЛорд. — Такой великий дракон, как Нормил, должен погибнуть в схватке.

— Что же делать мне, или ты, детка, забыл убогого отшельника? — подал голос Казирион.

— Что вы, мастер! — улыбнулся Второй. — Для вас мы приготови­ли особую миссию.

— Я не хочу особую, — отрезал единорог. — Я пойду впереди Чер­ной Стражи, — и он посмотрел на Каурана: — Ты не против, сынок? Пожить нам вместе не пришлось, хоть умрем вместе.

— Много раз умрем, отец, — склонил голову перед отшельником суровый воин.

— Именно эту миссию я имел в виду, — вздохнул Магнификус, ра­нее предполагавший, что вздорный старик будет наблюдать за битвой со стороны вместе с Фориусом.

— Смотрите! — крикнул Вилли, стоящий с подзорной трубой чуть поодаль.

Военачальники повернули головы в указанном сигмариотом направ­лении и увидели приближающуюся в лучах восходящего солнца армаду войск противника. Словно океаническая приливная волна, мерцающая сталью и ощетинившаяся десятками тысяч копий, армия Хаоса двига­лась к ним.

— Как красиво! — восхитился Вилли, разглядывая в подзорную трубу силы Хаоса. — Их там не меньше миллиона. Кажется, их возгла­вляет Арбаал — любимый воевода Кхорна. Дикий зверь. Предвижу горячий денек.

Второй и сигмариот спешно сложили голоса и Магнификус крикнул:

— Не будем обижать противника равнодушием, пока он не прибли­зился на полет стрелы! Клянусь теорией Бароу — пора! Фориус, играй атаку.

Музыкант не заставил себя уговаривать и ударил по клавишам.

По первым же аккордам Второй узнал «Оду к радости» из 9-й Симфонии Бетховена.

— Кто это сочинил, маэстро? — гюинтересовася Магнификус, за­бираясь на чешуйчатую спину Нормила.

— Я, — скромно сообщил Фориус, но добавил: — В прошлой жизни.