Danielle Collinerouge - Гарри Поттер и Враг Сокола

Гарри вернулся в ванную за своими вещами, оделся, накинул плащ-невидимку и, обняв Гермиону, вышел в коридор. По дороге они встретили Пивза, который парил над Филчем и миссис Норрис, и злорадно напевал ехидную песенку про то, что староста школы спит с Люси Луш. Филч злобно отмахивался от полтергейста и грозил директрисой и изгнанием из замка. Но Пивз только громче захихикал и приправил свою песенку парой непристойных выражений. Гарри тихонько зашелся от беззвучного смеха, уткнувшись в плечо Гермионы.

— Неужели правда? — шепотом ахнула Гермиона.

— Гермиона, от лица мужчин всего мира я заявляю тебе, что это не может быть добровольно, — прошептал Гарри, давясь от смеха. — Надо будет рассказать завтра Рону, пусть похохочет.

— Спокойной ночи, — Гермиона обняла Гарри и поднялась по лестнице в спальни для девочек.

— Спокойной ночи, — понуро ответил Гарри.

Спать на своем старом месте ему совсем не хотелось. Он слишком привык чувствовать Гермиону рядом с собой. Гарри неохотно поднялся в свою спальню, разделся и лег в холодную постель. Он ощущал, что где-то рядом за пологом Невилл тайком читал купленный в Хогсмиде и чудом не отобранный Снейпом журнал для взрослых волшебников, крепко спал Шеймус и грезил о Джинни Дин Томас (хорошо, что Рон не знает!). Кстати, о Роне. Гарри удивленно поднял брови.

— Ну поласкай меня! — возмущался Рон. — Я же тебя уже ублажил!

— Слушай, Рон, я устала, давай делай свое дело, и разбегаемся, — раздраженно ответила Парвати.

— Но так нечестно! Я же выполняю все твои прихоти!

— Я тоже! Я уступила тебе, хоть ты мне и соврал: Грейнджер не знает, как вернуть мне девственность!

— Она просто не хочет тебе это говорить, я узнаю сам и скажу!

— Врешь ты все! Видел бы ты её физиономию, когда я её об этом спросила!

— Ну, ладно, все равно твою девственность уже не вернешь, поэтому живи дальше, — Рон хихикнул, — регулярной половой жизнью. Со мной!

— Что я и делаю, — фыркнула Парвати.

— Но почему ты меня не хочешь поласкать? — обиделся Рон.

— Давай завтра, — неохотно предложила Парвати.

— Завтра, завтра, а завтра будет опять давай завтра, — недовольно пробурчал Рон. — Я тогда тоже тебя ласкать не буду!

— То есть как! — возмутилась Парвати. — Я по-другому не умею получать удовольствие!

— А почему ты его не получаешь, когда мы … ну того?

— Не получается, — огрызнулась Парвати.

— Ладно, ну тогда давай хотя бы рукой, — попросил Рон. — Мне… ну завестись надо…

— Ну рукой ладно, давай… заводись, — милостиво согласилась Парвати.

Гарри вскочил, преобразовался в сокола и полетел в поисках спальни Гермионы. Девушка уже спала, когда сквозь сон почувствовала, что Гарри удобно устроился рядом, обняв её.

— Гарри… — пробормотала она.

— Да ну их, спать невозможно! Я без тебя не могу!

— Угу, — девушка согласно прижалась к нему, — так лучше.

Глава 35. Порка

Наступил понедельник и Гарри понял, почему за все выходные ни разу не встретил Амбридж: расписание уроков было полностью изменено в связи с увольнением Сивиллы Трелони и введением нового предмета — «Новейшей магической истории». Профессор Макгонагал с едва заметной злорадной усмешкой раздавала своим ученикам новое расписание. Причину злорадства Минервы Гарри понял в течение следующих трех уроков: расписание не было четко согласованно и все его недостатки всплывали то тут, то там в виде накладок и окон. Поэтому почти весь первый урок новейшей истории, который поставили в паре со Слизерином, и который, разумеется, должна была вести сама директриса, прошел без преподавателя. Амбридж только успела раздать всем первый выпуск новой газеты «Волшебный вестник», как прибежал Колин Криви с просьбой от профессора Спраут уладить создавшееся недоразумение: к ней пришли сразу три курса, и разместить их в теплице просто невозможно.

— Конспектируйте интервью с Министром Магии, — недовольно приказала Амбридж и ушла.

Гриффиндор неохотно принялся за работу. Некоторые слизеринцы тоже пододвинули к себе газеты. Драко лишь мельком взглянул на фотографию милостиво улыбающегося Люциуса и принялся кидаться в Гарри припасенными шариками-вонючками. Гарри взмахнул волшебной палочкой, устанавливая невидимую стену. Рон демонстративно втянул носом воздух.

— Что-то воняет, — наконец, изрек он. — От тебя что ли, Малфой?

— Заткнись, Уизли, это ты воняешь вместе со всей своей семейкой, живущей на помойке, — огрызнулся Драко.

— Извини, а я думал, что ты никак не смоешь то, что тебе уронил на голову сокол, — показал зубы Рон.

— 10 очков с Гриффиндора, — ответил Малфой.

— Напугал, — пожал плечами Рон.

— Ещё раз разинешь свою рыжую пасть, Уизли, и я назначу тебе наказание, — Драко скривил губы.

— Между прочим, — подала голос Гермиона, — по школе вышел приказ, что старосте школы при назначении физического наказания нужно согласовать его с профессором Снейпом. Видимо, в связи с участившимся злоупотреблением властью.

— Класс! — хихикнул Рон. — Филч, наверное, уже задолбался пороть, работает, бедняга, в три смены!

Драко в ответ расхохотался:

— Снейп — самый классный препод этой школы, он тебе не 10, а 20 ударов назначит, рыжий!

— За что? — спросила Гермиона. — За то, что Рон сказал, что тебя птичка обгадила? Так это правда, Малфой!

Гриффиндор радостно загудел.

— Заткнись, поганая грязнокровка! — приказал Драко. — Тогда я скажу Снейпу, что ты, Уизли… ты меня ударил.

— Профессор Снейп не любит, когда ему врут, особенно чистокровные аристократы, — ехидным голосом громко произнесла Гермиона.

Гарри, на секунду оторвавшись от чтения газеты, ещё раз взмахнул волшебной палочкой. Шарик-вонючка, с силой пущенный в его сторону, срикошетил и вернулся к Драко. Гриффиндор снова рассмеялся. Малфой снял ещё 10 очков.

— А Пивз нам рассказал, что у тебя, Малфой, роман, — растянувшись в нехорошей улыбке, сообщил Рон.

— С кем? — в глазах старосты появилась настороженность.

— С Люси Луш!

Гриффиндорцы грохнулись от смеха.

— Это неправда! — возмутился Малфой. — 20 очков с Гриффиндора!

— Да хоть 30, у нас их больше не осталось! — хохотал Рон.

— Я пожалуюсь отцу, и этого мерзкого полтергейста вышвырнут из замка!

— Чтобы не подглядывал! — крикнул кто-то из гриффиндорцев, и все зашлись в новом приступе смеха.

— Да Пивз плевать хотел на приказы твоего папочки! — насмешливо протянул Дин Томас.

— Разве что, если мистер Малфой вызовет отряд авроров и сотню дементоров, и они будут гоняться за нашим школьным полтергейстом, — воскликнул Шеймус. — Под непристойные песенки!