Danielle Collinerouge - Гарри Поттер и Враг Сокола

Рон рассказал, за что.

— О, — расстроено протянула Нимфадора, — вся почта просматривается Амбриджкой и её верным Инквизиторским отрядом.

— Да я же вроде вечером письмо отправил, тихонько, никто и не заметил, — начал оправдываться Рон.

— Какой ты наивный, это тебе так показалось, что никто не заметил! Амбридж полагает, что ты или Гарри напишете письмо профессору Дамблдору.

— А что с ним, вы знаете? — тихо спросил Гарри.

— С ним все в порядке, пытается бороться, — шепотом ответила Тонкс. — И просит меня за тобой присматривать, поэтому завтра вечером, если что, ты наказан, понятно? — Нимфадора подмигнула.

— Спасибо, профессор, — ответил Гарри.

— Кстати о спасибо, а куда Добби подевался? Он так хорошо за моим маленьким приглядывал.

— У Добби брачный период, — прыснул Гарри.

— Что, правда? — удивилась Тонкс. — Вот это классно! Так у тебя скоро еще один эльф будет? А Гермиона начнет воспитывать новое поколение свободных эльфов! — Тонкс рассмеялась и извлекла из сумки рукопись «Хотят ли эльфы быть рабами». — Вот, передашь ей, а то я уже несколько дней ношу с собой и забываю. Голова вот такая! Столько всего навалилось. А книжка классная, твоей Гермионе писателем надо быть!

Тонкс огляделась.

— Иногда жалею, что у меня нет такого же волшебного глаза, как у Муди. В общем, дела у меня такие. Амбридж издала приказ «Об отчетности», в котором говорится, что каждый учитель должен подробно отчитываться за каждый день — где был, какие кружки и занятия провел, с кем общался. Когда она мне его лично зачитала, — продолжила Тонкс, — я ей нахамила, спросив, а писать ли в еженедельных отчетах, сколько раз и с кем я сплю. И что вы думаете, она мне сделала?

— Неужели к Филчу отправила? — спросил Рон.

— Нет, Филча я не вынесу даже ради общего дела, — хихикнула Тонкс. Гарри и Рон рассмеялись. — Нет, она подписала следующий приказ «О моральном облике учителя». И в нем написала, что преподавателям Хогвартса нельзя иметь внебрачные связи. Намек ясен?

— Ещё бы, — ответил Гарри.

— Так что пора объявлять о моей помолвке с Ремом.

— А что — здорово, — обрадовался Рон, — поженитесь, и Жаба вам не указ! Не может же она запретить мужу и жене видеться!

Гарри согласно кивнул.

— Так и сообщу моей любимой начальнице, — Тонкс хитро улыбнулась. — Ну, а теперь хорошие новости!

— Неужели? Давайте, — с готовностью отозвался Гарри.

— Какой-то неизвестный кот или кошка сделал или сделала лужицу в тапочки Жабки, так она вчера с утра пораньше с Макгонагал ругалась, думала, что это она!

Гарри и Рон переглянулись и захохотали.

— Минерва, конечно, ненавидит и презирает эту подушку пучеглазую. Но подумать такое на уважаемого преподавателя! — Тонкс тоже рассмеялась. — Макгонагал предложила Жабе вынести этот вопрос на следующий педсовет!

— И что, вынесет? — спросил Рон.

— Нет, конечно! Снейп вмешался и так побрил бородавки нашей директрисе, что той теперь стыдно даже Люциусу пожаловаться! Устыдил! — Тонкс уже трясло от смеха.

— Так что, — Рон недоверчиво пожал плечами, — Снейп — наш человек?

— Как-никак — член Ордена Феникса, — одними губами произнесла Тонкс. — И хоть я его тоже недолюбливаю, но с приходом Амбридж, он — единственный, кто может реально ей противостоять! Ладно, пока, — быстро добавила Тонкс и легко побежала по ступенькам.

Несколькими секундами позже Гарри и Рон услышали характерный визг — Люси что-то яростно доказывала Креббу и Гойлу.

— Ну ничего, — тихо прорычал Рон, — я все равно доберусь до близнецов и будешь ты, свинья позорная, сидеть в болоте вместе с Филчем и Амбридж! И в честь тебя будет летать фейерверк!

Гарри ждал, что к сегодняшней порке добавится завтрашнее взыскание от Снейпа. Не может же профессор так просто пережить унижение Драко! Гарри до сих пор слышал, как в коридорах хохочут школьники, вспоминая «позор года». Гарри только надеялся, что прошедшие три дня слегка охладят злость профессора, и все ограничится вызовом в подземелье и применением психологического давления. Гарри постарался до вечерней порки выучить все уроки на завтра и посоветовал сделать тоже самое Рону.

— После Филча уже не до уроков будет, — пояснил он, — у Гермионы обезболивающего зелья больше нет, а мадам Помфри запрещено помогать наказанным. Возле больничного крыла дежурят малфоевские подлизы, следят, чтобы никто тайком не пробрался.

В назначенное время они вошли в комнату наказаний и увидели, что там в наколдованном кресле восседала Амбридж.

— Опять ты! — обрадовался Филч, даже не взглянув на Рона.

— Кто первый? — Амбридж растянула рот в жабьей улыбке.

— Ну, давайте, меня, — буркнул Рон.

— Я рада, что вы понимаете, что виноваты, мистер Уизли, я напишу о вашем наказании вашим родителям. А мистеру Артуру Уизли сообщат на работе. Хочу напомнить, что подобное поведение впредь очень повредит карьере вашего отца.

Рон шевельнул губами, мысленно ругая Амбридж последними словами. Он снял свитер и рубашку и лег. Филч принялся за порку.

— Ай, — удивленно крикнул Рон, — да вы что! Больно же! Да куда ж вы так лупите! А-а-а!

Амбридж возбужденно завозилась в кресле. Ей понравилась реакция Рона на мастерские удары Филча.

— Это вам будет впрок, мистер Уизли, — сладенько протянула Амбридж и вылила на спину парня бесцветную жидкость из большого пузырька, который вытащила из кармана мантии.

Гарри увидел, что следы от ударов на спине Рона быстро затянулись.

— Теперь ваша очередь, мистер Поттер, — Амбридж с предвкушением посмотрела на юношу.

Гарри, хмурясь, разделся и твердо решил ни за что не кричать. Даже если его Филч превратит в отбивную. Доставить радость этой туше! Ну уж нет! Почему-то в этот раз боль была сильнее, чем в прошлый. Может, Филч отточил мастерство? Гарри, сцепив зубы, терпел и чувствовал, как удивляется Рон и злятся Амбридж и Филч. Один удар был особенно неудачным. Гарри едва не вскрикнул. В глазах потемнело.

— Меня просто бесят все эти наивные разговоры, будто не следует бить тех, кто это заслужил. Хорошая порка помогает в 99 случаев из 100. А тебя часто пороли? — злорадно спросила тетушка Мардж.

— Ну… да, много раз, — ответил Гарри.

— Мне не нравится твой тон, парень, — ответила тетушка, сузив глаза. — Если ты так небрежно об этом говоришь, то тебя мало бьют. Петунья, я бы на твоем месте написала его учителям. И подчеркни, что этого мальчишку нужно наказывать посильнее!

— Ну что ж ты так меня грызешь, малой? — Джеймс, улыбаясь, уворачивался от попытки малыша ухватить его за подбородок.