Василий Головачев - Журнал «Если» 2010 № 2

— Ваш ключ для подъемника также является ключом от апартаментов, сэр. — Из своей изрядной связки синих ключей (на мой взгляд, совершенно одинаковых) Каллиган выбрал некий определенный и вложил его в отверстие. Раздался щелчок, и дверь распахнулась в пространство, которое должно было стать моим новым жилищем.

Когда мы вошли, я взглянул в окно, ожидая оказаться на несколько уровней над Манхэттеном, и был буквально потрясен, увидев… Лондон. Мои биоритмы тут же взбунтовались не на шутку.

Окно в апартаментах было шириной с целую стену, и я с удивлением смотрел на Канарскую Верфь и Остров Собак. Вид был живым: я разглядел несколько катеров, двигающихся вниз по течению Темзы, по направлению к Барьеру. Я смотрел на Лондон с высоты примерно седьмого уровня.

Я подошел к окну поближе, выискивая нестыковки в изображении, которые бы доказывали, что открывающаяся панорама — это хитро проецируемое трехмерное изображение. Нет, даже стоя совсем рядом, я мог бы поклясться: прямо за стеклом находится Лондон.

— Как вы?.

— Удивлены, да? — самодовольно улыбнулся Каллиган.

Он тоже подошел к окну, взял с подоконника пульт (как я думал, от видеосистемы) и быстро нажал несколько кнопок. Тут же видимый из окна город сменился на Рим, потом на Токио, затем на аризонскую Долину Столбов и какой-то морской пейзаж, который я не смог идентифицировать.

— Просто еще одна техническая особенность нашего дома, — пояснил Каллиган. — Жильцам предлагается широкий выбор пейзажей со всего мира, которые ежемесячно обновляются.

— Да… но как? — растерянно спросил я. Вид на море выглядел чертовски убедительно. Я смотрел вниз, и далеко подо мной плескалось океанское течение. Стайка чаек парила в высоте надо мной на дальней стороне стекла, прямо на расстоянии вытянутой руки. Я почти ожидал услышать плеск волн и учуять запах соленого воздуха.

— Замечательные виды со всего мира передаются сюда через спутниковую связь. — Каллиган нежно похлопал ладошкой по стеклу. — Встроенные жидкокристаллические экраны с высоким разрешением модулируют их индекс преломления и отображают эти незабываемые живые картины. Если окно показывает вид, который вам очень нравится, тут есть кнопка «Сохранить».

Казалось, морской пейзаж на самом деле находится за окном, а не встроен в стекло. Голова закружилась, видимо, мой десинхроноз снова взялся за дело.

— А если я захочу просто посмотреть в окно? — спросил я.

Каллиган поднял пульт, нажал ноль два раза, и окно вдруг показало пейзаж, который я все это время ожидал увидеть: южную часть Центрального парка и Западную 59-ю улицу примерно с седьмого этажа.

— Дважды нажмите ноль, — сообщил Каллиган, — и стекло снова изменит индекс преломления, чтобы…

— …стать собственно стеклом, — кивнул я.

Поразительно, я вошел в дом «Утопия» через подъезд на Западной 58-й улице и вышел из подъемника на целое здание севернее. Видимо, крабоход провез меня сквозь всю толщу строения. Я отошел от окна.

— Почему вы не показываете мне остальную часть квартиры? Я имею в виду, апартаментов.

Каллиган провел великолепную экскурсию. Впечатляет. Если архитекторы и дизайнеры по интерьеру что-то и забыли, я не мог придумать, что именно. Бытовая электротехника была экономична и эргономична, обстановка выполнена с большим вкусом. Я повертел вентили и обследовал штепсельные гнезда, а тем временем делал себе в уме поправки, что я должен помнить и использовать их американские названия: краны и электророзетки. Дымовые фильтры кондиционера определенно превосходили требуемый по экологическим нормам минимум. Расположение комнат было совершенным, они хорошо просматривались и великолепно освещались. Имелась и запасная спальня, вполне подходящая для клиентов фирмы. Как говорят у нас в Британии, квартира со всеми современными удобствами.

Я глубоко вздохнул. Даже с тем, что господа начальники корпорации оплатят мне половину аренды, это местечко окажется ужасно дорогим. С другой стороны, работа мне гораздо дороже.

— Беру, — сказал я.

Моментально Каллиган вытащил из кармана флип с электронным договором об условиях аренды. Я взял эту маленькую пластиковую карточку и нажал на кнопку проматывания текста, прищуриваясь, чтобы прочитать малюсенькие буковки, пока они торопливо проносились по дисплею. Количество подпунктов, содержащихся в договоре аренды, немного удивляло. Такое впечатление, что все вокруг придерживаются очень высокого мнения о флипах, но я до сих пор предпочитаю документы, напечатанные на обычной бумаге. Помню, как здорово, когда можно было определить размер документа немедленно, лишь взглянув на количество страниц. Теперь, когда кто-то вручает маленькую пластиковую карточку, никогда не знаешь, что там: краткая заметка или «Преступление и наказание». Напрягая глаза, чтобы прочитать крошечные буквы текста, я ощутил надвигающуюся головную боль. Или это снова биоритмы бунтуют?

Самое время, как говорят янки, врезать по сути. Я коснулся кнопки поиска в верхнем углу флипа и перешел прямо к цифрам помесячной оплаты квартиры и коммунальных услуг.

— Так много?

— Оно того стоит, сэр, — произнес Каллиган смущенно, словно пойманный за грабежом на большой дороге. Я заметил испарину у него на лбу, хотя кондиционер в апартаментах был включен и работал исправно. — На этом этаже только ваши апартаменты выходят на город. Остальные расположены в глубине здания, и у них нет этого славного вида на Центральный парк.

— Пока вы не высветите им его по спутнику, — предположил я, пробираясь через пункты арендного договора. — Эй, а это что такое?

«Квартиросъемщик обязуется не вступать в дружеские или иные близкие отношения с жильцами других апартаментов в данном здании, и в дальнейшем не станет организовывать каких-либо жилищных комитетов или вступать в оные».

Каллиган залился ярким румянцем:

— Ой, ну это же просто стандартная форма…

— Никогда ни в одном договоре аренды я не видел ничего подобного. — Я отдал ему флипик.

— Это действительно пустая формальность. — Каллиган обильно потел, очевидно, он не ожидал, что я угляжу этот пункт, спрятанный в множестве мегабайт. — Просто руководство дома «Утопия» старается избегать досадных неприятностей с судебными процессами. Вы же знаете, люди в наши дни обожают подвергать все подряд судебному разбирательству…

Конечно, знаю. Будучи адвокатом корпорации, я в курсе американских законов о договорах и ясно себе представляю, что это Утопическое соглашение не имело бы исковой силы ни в одном суде США. Тогда можно не бояться: если «Бокс и Кокс» когда-нибудь попытаются меня выселить на основании этого якобы юридического документа, любой компетентный судья поднимет их на смех. Кроме того, мне позарез нужна эта квартира.