Матабар IX - Кирилл Сергеевич Клеванский
Находки отмечали на карте, каталогизировали и либо убирали в специальные контейнеры, либо отдавали на откуп Магистру Тихонову, который являлся главным по аппаратуре. Что же касается Стар… госпожи Острожской, то она считалась чем-то вроде интеллектуального центра экспедиции.
И, может, она и отличалась глубиной знаний и живостью ума, но не обладала ни сдержанностью, ни мудростью. Так что даже Ард ее сторонился и ни разу не вступил в прямой диалог. Старший Магистр пару раз пыталась ему что-то сказать и даже приказать, но тут в дело вступала госпожа Шприц.
И, видят Спящие Духи, на сцену их словесных перепалок собирались даже те охотники, кто отдыхал не в своих шатрах и палатках, а в полевом госпитале. Да, нередко вылазки сопрягались с весьма серьезной опасностью, но, кроме трагедии Борса, лагерь пока никого не потерял.
Что, по словам господина Тихонова, для месяца экспедиции в глубокой части Парка считалось явным успехом.
— Капитан, — Рита окликнула Арда. — Если ты вновь заметишь какую-нибудь дрянь, то говори сразу. На сей раз поверю, что ты не только контуженный, но и удачливый.
Ардан кивнул. В прошлый раз он, благодаря урокам Шали и Гуты, а может и чувствам Говорящего, заранее ощутил то, что они пересекли тропы весьма опасных охотников.
Рита ему не поверила. Как и госпожа Шприц. В результате последняя уже несколько дней отдыхала в госпитале.
Над головой светило солнце, пронизывая лучами густые кроны, и охотники, молча сторонясь воняющего и грустного Эрнеста, вернулись на свою поляну.
— Собираемся, — коротко скомандовала Рита.
Пока остальные сворачивали шатер и закапывали кострище, Борс вместе с Орни начали собирать «забор». Так называлось несложное изобретение Гильдии Охотников. Несколько металлических столбиков с Лей-кабелем и парой болванок, питавших устройство. Что-то вроде миниатюрной копии того барьера, которым от аномалий изолировали Проспект и Улицы, делившие Парк на сектора.
Арди, быстро вытащив опоры из своей маленькой палатки, отряхнул ту от лесной поросли, веточек и быстро свернул в тугой тюк, который обмотал плотной тканью подстилки, чтобы в палатку не заползла змея. Событие, учитывая суть Арда в качестве полукровки матабар и Говорящего, маловероятное, но это там, в Алькаде и ее степях. А здесь, на севере, кто знает, как ведет себя живность.
Ардан даже в местных аномалиях мало что понимал, кроме каких-то общих знаний. Матабар ведь действительно являлись очень замкнутым сообществом, предпочитавшим самозабвенно резать друг другу глотки в бесконечных межплеменных войнах за охотничьи тропы. А всех свитков и книг Атта'нха не прочитаешь и за несколько жизней.
Юноша закончил со сборами даже не одним из, а самым первым. Если чему и учила работа в качестве помощника ковбоев, так это скорости в вопросах обустройства ночлега и, в равной степени, его сворачиванию.
— Иногда я начинаю сомневаться, капитан, что вы служили в Предгорном корпусе маршалов, — Рита стояла рядом и жевала комок специального табака, из-за которого ее слюна приобретала коричневый цвет. — Но каждый раз, когда вижу вас за готовкой или наблюдаю, как вы ставите палатку — все сомнения как-то сразу отпадают. Всегда любила работать со степняками. Руки у вас, конечно, золотые.
— Мхм, — коротко промычал Ардан, которого уже успела изрядно утомить необходимость поддерживать легенду.
Да и не только легенду. Дело было и в «Водяной Маске», и в Таисии Шприц, и в незнакомом ему севере, и в том, что он чувствовал, что откровенно теряет время.
За минувший месяц, проведенный на Второй Станции, он пообщался буквально с каждым членом экспедиции. С кем-то перебросился парой слов, с другими имел от минутного до, порой, получасового диалога. Арди слушал их сердца, следил за глазами, читал запахи и… не находил ни единой причины, чтобы заподозрить какую-либо связь с Кукловодами.
Охотники, как охотники. Простые работяги, которые вместо фабричного цеха, портового склада или офисной конторы, выбрали седло, порох, железо и целый набор уникальных нецензурных лексических оборотов.
Что до магов, то каждый из них, в целом, оправдывал предвзятое отношение большинства граждан Империи к обладателям Звездных регалий. Мнящий о себе невесть что, помешанный на плоти Старший Магистр Чаз Наленский. Разделявшая недостаток лорда Аверского, Старший Магистр Варвара Острожская, убежденная в своей исключительности.
Застенчивый, но, тайком, полагающий, что разбирается в своей специальности лучше прочих, Магистр Евлампий Тихонов, каждый вечер строчащий по пять страниц для писем своей жене. И, учитывая что здесь, на Второй Станции, нет почтальонов, то отправить он всю исписанную кипу бумаг сможет не раньше, чем через месяц.
Что до капитанов Альтона Рогова и Унмира Мелина, то Ардан редко с ними пересекался. Грубые, резкие, бывшие солдаты, несмотря на то, что постоянно пытались выторговать себе хотя бы пару эксов дополнительной оплаты, работали на совесть и выполняли больше, чем от них в принципе требовалось.
За месяц. За целый, о Спящие Духи, месяц, Ардан не нашел ни единой зацепки! Ни одного, пусть даже самого небольшого, сучка, за который бы запнулся и задумался о происходящем. Самая классическая экспедиция в Парк, которую себе только можно представить.
У них же, к искреннему удивлению Арда, даже оборудование ни разу не сбоило.
Вот и получалось, что уже минуло четыре недели с момента прибытия в Парк и шесть недель (если округлить), как Ардан покинул Метрополию, а дело никак не двинулось. И, что самое обидное, за это время лейтенант Шоса уже должен был передать послание в Черный Дом.
И если Парк не наводнили оперативники, то умники второй канцелярии не нашли связи между незаконной лабораторией в Медвежьем Разломе и Кукловодами.
Спящие Духи.
Если честно, то и Арди ее тоже не видел. С какой бы стороны ни смотрел. А он смотрел с разных. Потому как на Второй Станции и заняться-то больше было нечем. Только думать, дремать, и, когда приходили какие-то свежие идеи, заниматься теоретическими исследованиями.
Увы, без новой литературы, доступа к испытательной площадке и всем своим прошлым записям, идеи навещали Арда не так, чтобы часто.
— … странно.
Ардан вздрогнул и посмотрел на Риту.
— Говорю, только вот ваш лесной опыт выглядит странно, — повторила охотница. — Вы меня вообще слушаете, капитан Скофский?
— Простите, — искренне извинился Ардан. — Задумался.
Рита произнесла что-то, сильно напоминающее «контуженный» и продолжила:
— Бывало мне приходилось работать с егерским корпусом, и ваши навыки в лесу мало чем уступают.
— Спасибо, — только и ответил Ардан, поскольку никакого вопроса так и не прозвучало.
Рита посмотрела на него исподлобья и собиралась сказать что-то еще, но вокруг уже собрались остальные
