Собиратель теней. Буйный сезон - Николай Викторович Степанов

на коне? – она указала на полотно в углу зала.

– Ничего себе! – шепотом произнес декан. – Знаешь, сколько эта картина стоит?

– Нет.

– Прижизненный портрет герцога Сиорского работы мастера Лортега.

– Прижизненный? – поразилась Борина. – Так он же умер лет двести назад. А вот краски…

– Вот и мне это кажется очень странным, – тихо произнес Этман. – Цена портрета – не менее пяти тысяч золотом.

– Сколько?! – девушка округлила глаза.

– Удивляйся потише, – он приложил палец к губам.

Словам способной студентки он поверил сразу, и серьезно занервничал – теперь их визит мог обернуться огромными проблемами. Он пока даже не представлял, как поступить: сообщать хозяину о подозрении или оставить все, как есть.

Пока волшебник размышлял над этой задачкой, раздался хорошо поставленный дворецкого:

– Маркиз Ертег Зеонский, граф Зуркон Гураский!

Помимо графа с маркизом, которых декан водного факультета знал, в зал вошли еще трое, по-видимому их слуг: женщина лет тридцати, показавшаяся Борине очень опасной, седовласый мужчина лет пятидесяти с добродушным выражением лица и представивший аристократов дворецкий.

– Приветствую, ваше сиятельство, ваша светлость – поклонился Этман. – Разрешите представить мою ученицу, Борину.

– Симпатичная девочка, – улыбнулся маркиз студентке, присевшей в реверансе. – Как наши дела, профессор? Все осмотрели?

Вельможи вместе с деканом отошли в сторонку, а Борина осталась на прежнем месте, не отрывая глаз от картины стоимостью в пять тысяч. Она все пыталась понять – за что платить такие огромные деньги?

Граф, пятнадцать лет назад окончивший водный факультет академии, хорошо знал профессора. Как выяснилось в разговоре, именно он рекомендовал Этмана для проверки зала. Мало того, Зуркан настолько верил в своего бывшего преподавателя, что готов был даже устроить проверку проделанной работы. Декан хотел бы этого избежать, особенно после находки Борины.

Она продолжала издали рассматривать портрет герцога.

– Интересуетесь творчеством Лортега? – спросил седовласый.

– Немного, – замялась девушка.

– Художник умел точно улавливать главное в образе и переносить на холст. Да, сейчас мало кто так пишет. Согласны со мной?

– Конечно!

– Советую также обратить внимание на творчество его ученика, – незнакомец повел девушку к картине у противоположной стены и начал говорить о концепции, художественных приемах, игре света… Причем ему совершенно не нужен был собеседник, только свежие уши. Спас девушку профессор, подозвав ученицу.

– Маркиз на всякий собирается случай запустить активацию ловушек водной стихии. Мне это не нравится. Что скажешь?

– Дворецкий, – одними губами выговорила студентка, окинув взглядом прошедшего мимо слугу.

– Что не так? – напрягся Этман.

– Сначала у него в боковом кармане ливреи было нечто по нашей части. Теперь нет.

– Он подходил к портрету герцога?

– Не видела, меня отвлек седовласый.

– Все понятно. Подойди к портрету, я сейчас.

Этман вернулся к вельможам.

– Какие-то проблемы, профессор?

– Каюсь, виноват, – ответил декан. – Не послал ассистентку к дорогой картине, да и сам забыл ее проверить. Сейчас мы все сделаем, это займет буквально пару минут.

Во взгляде маркиза промелькнуло недовольство.

– Что ж вы так, профессор? Мне вас рекомендовали, как первоклассного специалиста, – он посмотрел на графа. – Такие ошибки простительны разве что студентам.

– Согласен с вами, ваше сиятельство, поэтому денег за работу я не возьму. За собственные ошибки нужно платить.

За картиной обнаружилась пробирка с опасным веществом, которое после активации ловушек могло полностью уничтожить подделку, а выплачивать стоимость картины наверняка бы заставили Этмана. Разумеется, как за оригинал.

– Все-таки вы оказались правы, ваше сиятельство. Некие недоброжелатели собирались вас подставить, а я едва не поспособствовал этому. – Профессор сообщил о находке, но не рискнул извлекать ее из тайника, вырезанного в раме портрета.

– А я говорил, что если кто и справится с задачей, то лишь господин Этман, – обрадовался граф Гураский.

– Надеюсь, о том, что здесь произошло, больше не узнает никто? – строго спросил маркиз.

– Ни в коем случае, – кивнул профессор. – Я не имею привычки болтать о делах важных людей королевства. Да и о своих ошибках тоже.

– Ассистентка? – вельможа бросил взгляд в сторону девушки.

– Для нее это не более чем проверка полученных знаний.

– Хорошо. Вы свободны, профессор, – распорядился маркиз.

Первые пять минут Этман и Борина ехали в карете молча. Чуть придя в себя, декан тяжело вздохнул и произнес:

– Спасибо, Борина. Сегодня ты, как минимум, вытащила меня из долговой ямы.

– Маркиз хотел развести вас на деньги???

– Скорее, тут другое… Но давай оставим эту тему. И главное – никому ни слова о портрете. Считай, что мы с тобой во дворце ничего не нашли.

– Да мы там вообще не были, – усмехнулась «спасительница».

– Нас в подобные дома просто не приглашают, – вздохнул декан.

Глава 27

Кошмарный сон

Сытный ужин, горячая банька, не менее горячая банщица, мягкая постель, долгожданный сон… и вдруг – кошмарное пробуждение.

– Проснулся? – Голос был знакомым. Открыв глаза, увидел самодовольную рожу виконта, развалившегося в кресле.

Попытался вскочить, но ощутил полную скованность, хотя посторонних предметов на руках и ногах не было. Ответил размеренно, словно не до конца пришел в себя.

– Не, сплю еще. И вижу кошмарный сон.

«Ежики эбонитовые с иголками внутрь – этого только не хватало! Как он здесь оказался? И как сумел сразу меня найти – неужели метка осталась?» – вопросы роились в голове, словно пчелы в растревоженном улье.

– Кошмар – это когда кое-кто висит вниз головой, а мои люди режут его на лоскуты, – откровенно глумился Иргум.

– Я так понимаю, у меня все это еще впереди?

– Смотря, как себя вести будешь, Алтон. Или как тебя там…?

– Сойдет и Алтон. Не думал, что дворянам не зазорно нападать на спящих.

– Для тебя же стараюсь. И возни меньше, да и ты целее, – усмехнулся Виконт.

– Надолго ли? – старался найти ответ во взгляде, но вельможа мастерски владел собой – на его лице не удалось прочитать ничего.

Помимо Иргума, в комнате находилось еще трое – Одох и два охранника, чьи рожи я заприметил возле школы, когда впервые разговаривал с виконтом.

«Значит, он или запугал, или купил местных. А те подсыпали что-то в квас, которым потчевали после баньки, иначе я бы точно почуял, когда этот гад сюда заявился. Еще бы понять, чем меня сейчас обездвижили – заклинанием или снадобьем?»

– Не захотел прислушаться к голосу разума и добровольно отправиться к своему счастью – теперь придется везти насильно. Чего не сделаешь ради блага ближнего?

Иргум продолжал изгаляться, пользуясь моей беспомощностью. А меня собственное состояние буквально бесило – ведь мог же не останавливаться в деревне! Ну, подумаешь, на ногах еле стоял, глаза – хоть спички вставляй. В первый раз, что ли? Лучше бы вчера малость перетерпел, и сегодня не пришлось встречаться с этим самодовольным индюком и сдерживаться, чтобы не стало хуже.

– Раз тебе охота со мной возиться, не буду мешать. Лучше посплю, умаялся, – хотелось хоть как-то его разозлить. А заодно опробовать один вариант. Демонстративно закрыл глаза и постарался расслабиться.

– Алтон, я бы на твоем месте не наглел сверх меры. Как бы потом пожалеть не пришлось.

– Так ты хочешь оказаться на моем месте? Могу поменяться прямо сейчас. Каким заклятием меня сковали? – я приоткрыл один глаз.

– Тебе его все равно не преодолеть, сопляк! А будешь сопротивляться, самому же себе навредишь.

– Господин, может его свезти в урочище поющих волков? Я слыхал, там даже самые наглые за день превращаются в овечек. Если их, конечно, тамошние хозяева не сжирают, – к разговору решил подключиться молчавший до сего момента Одох.

– Надеюсь, наш клиент и без крайних мер одумается. Верно ведь? – с ласковой улыбкой гиены обратился ко мне виконт.

– Не дождетесь.

– Тогда придется применить силу. Уверен, что тебе это понравится?

– Конечно! Когда еще выпадет возможность прокатиться на чужом горбу. Собираетесь везти – везите. Пока я действительно не могу сопротивляться, но это не значит, что буду помогать. Мне еще нужно подготовиться к встрече с обещанным счастьем.

– Ну-ну, готовься, – усмехнулся виконт. – Пакуйте его! – приказал он слугам.

Мне заткнули рот кляпом, словно младенца завернули в покрывало, перекрыв весь обзор, подхватили и понесли. Швырнув на что-то жесткое, набросали сверху сена и повезли, будто