Икар должен упасть - Кирил Малкин

повернулась ко мне, округлив глаза:

— Она мертва?!

— Нет, с ней всё хорошо. Просто… — я покачал головой, подбирая ответ получше. — Она уже не в этом мире.

— То есть, она умерла?!

— Нет.

— А что с ней?!

— Я не… — я вновь запнулся. — Я не знаю, как тебе это сказать.

— Писатель!

— Я правда не знаю.

— Ладно. Как это случилось?

— Что случилось?

— Её смерть.

— Она жива!

— Её убила радиация?

— Нет, она жива!

— Упала с лестницы?

— Она жива, Валентина!

— Тогда где она?!

— Запертые боги! — я достал свой костюм, начав его надевать. — Абтой забрал её с собой, чтобы попытаться спасти её от безумия.

— То есть, она просто удрала с «Икара»?

— Нет. Не совсем. Она заблевала костюм и уснула прямо на полу. Абтой забрал её без её ведома.

— Чёрт. — Валентина покачала головой. — Без неё будет сложно.

— Знаю.

— Нет, я не говорю, что ей следовало остаться здесь и умереть с нами, просто… с ней всё будет хорошо?

— Думаю, да.

— Абтой спасёт её?

— Возможно.

— Хорошо. — Валентина кивнула и достала чистый защитный костюм. — Хорошо.

Я молчал, не рискуя спросить её, хотела ли она сама спастись отсюда. Если бы я не оставил её в медотсеке, её бы здесь уже не было. Валентина прекрасно знала, что идёт на смерть. И, хоть сама она постоянно твердила о том, что желает этой смерти больше всего на свете, она наверняка очень её боялась и, по возможности, могла бы предпочесть спастись отсюда. Более того, у неё был шанс излечиться от встречи с Бездной, причём шанс огромный, так как заниматься этим будет Абтой. Валентина же потеряла его. Из-за меня.

— Писатель?

Я вздрогнул, осознав, что, погрузившись в свои мысли, даже не заметил, как Валентина надела на себя защитный костюм. Я проморгался и посмотрел на неё:

— Готова?

— Да. Идём.

Мы прошли через первые, а затем и вторые двери шлюза, выйдя в залитые светом коридоры двигательного отсека. Я нахмурился, вспоминая, было ли тут так светло, или стало только недавно. Многочисленные лампы на потолке казались совсем реальными, но я не был уверен, были ли они здесь в прошлый раз, или же всему виной то, что я в очередной раз переписал слишком близко расположенные друг к другу фрагменты. Радовало лишь то, что, судя по всему, я не зацепил ничего, уже переписанного мной.

— Ага, теперь вижу. — Валентина проследовала вдоль стабилизаторов, повторяя маршрут Абтоя. — Да, отключить их не проблема.

— Абтой говорил о двойной защите.

— Вижу, но это дело десяти минут. Защита нужна, чтобы стабилизаторы не отключились сами по себе. Ну и от дурака. Но мы-то не дураки, так?

— Не уверен. — я пожал плечами. — Что на счёт того, чтобы зациклить монополя?

— Думаю, за час справлюсь.

Валентина осмотрела те самые контуры, на которые указывал Абтой. Я осмотрелся, запоминая путь эвакуации:

— Ты ведь понимаешь, что после этого счёт пойдёт на минуты?

— На секунды. Согласно подсчётам Уильяма, реверсировать монополя нужно ровно через пятьдесят одну секунду после того, как они зациклятся.

— Справишься?

— Конечно. — Валентина указала на большую панель управления, возле которой всё ещё крутился обслуживающий дроид. — Это можно сделать вон там, только сначала нужно будет обойти блокировку и отключить всех дроидов.

— Они могут помешать?

— Обязательно помешают. Предотвращать подобные ситуации — их главная задача.

— Хорошо. — я кивнул. — Приступим?

— Приступим? — Валентина усмехнулась. — Приступлю! А ты стой и завидуй.

— Я могу помочь.

— Хорошо. — она указала на место рядом с панелью. — Стой там и не мешайся.

— Валентина, я ведь серьёзно.

— И я серьёзно. Стой и не двигайся.

— Ну, как скажешь.

Я встал рядом с панелью управления, наблюдая за Валентиной и искренне надеясь на то, что она справится раньше, чем придёт Абтой. Сама же она в первую очередь отключила дроидов и сняла все блокировки на реверс монополей и отключение стабилизаторов. После, она скрылась в лабиринте коридоров, вернувшись минут через пять. Показав мне большой палец и сообщив, что стабилизаторы отключены, она скрылась вновь, уже минут на десять. Вернулась она с половиной снаряжения Филиси: с небольшой раскладной лестницей, рюкзаком инструментов, паяльной лампой и парочкой баллонов. Под стеклом защитного комбинезона виднелись чёрные очки защиты от сварки. Я скрестил руки на груди, покачав головой:

— Могла бы попросить меня помочь.

— Могла бы, но слишком поздно додумалась. — она бросила всё оборудование на пол и отдышалась. — Как видишь, справилась сама.

— У тебя лёгкое прострелено.

— Боишься, что я не доживу до вечера?

— Нет, но…

— Я сказала тебе, не мешайся?!

— Да.

— Вот и не мешайся!

— Хорошо.

Поставив лестницу, Валентина внимательно осмотрела контуры, надела на себя оборудование и достала все нужные инструменты и компоненты. Забравшись под потолок, она сначала разъединила противоположенные дуги контура с обоих сторон, затем замкнула каждую из них в полуметре от края, таким образом, высвободив себе по полуметру проводящего материала с каждой дуги. Далее она сварила новые точки соединения и прикрепила на потолок занятное устройство с кнопкой, сначала немного в нём покопавшись и воткнув в него материал дуг. Я прищурился, рассматривая устройство:

— Что это?

— Удалённый переключатель. Нужен для того, чтобы замкнуть цепь без непосредственного контакта.

— И зачем он?

— Я не хочу случайно зациклить монополя, а потом в спешке наломать дров.

Я кивнул:

— Умно.

— Естественно.

— Вижу, у тебя всё хорошо?

— Ага. — Валентина принялась подводить дуги к переключателю, то и дело работая сваркой. — А что, не похоже?

— Ты же знаешь, что я эгоист?

— И?

— Абтой был против того, чтобы мы взрывали «Икар». В первую очередь, он забрал Филиси для того, чтобы она не сделала то, что сейчас делаешь ты.

— Слушай, мне абсолютно всё равно, какие там хотелки у твоих друзей. Если хочешь что-то сказать — говори. Не хочешь — тогда не отвлекай!

— Я это к тому, что Филиси скоро проснётся. И как только она это сделает, то сразу вспомнит о тебе. Если Абтой узнает, что на «Икаре» ещё остался хоть кто-то, кто способен уничтожить двигатель, то непременно вернётся и заберёт его с собой.

— Тогда хватит разговаривать, писатель! — её хмурый взгляд был виден даже за защитными очками и стеклом костюма. — У нас совсем мало времени!

— Ты не понимаешь. — я покачал головой. — Он может тебя спасти.

— Спасти?! От чего?!

— От смерти. От сумасшествия. Ты начнёшь новую жизнь.

— А оно мне надо, писатель?! Или я слишком мало вдолбила в твою голову, что мне и эта жизнь уже в кишках сидит?! Зачем мне ещё одна новая?! — она глубоко вздохнула и вновь посмотрела на меня. — Слушай, я рада за