Хозяин восьми морей: Бессмертная Легенда - Элиан Тарс

важная встреча.

— Дай угадаю, — усмехнулся я. — С губернатором острова?

— О да, — закивал Лаграндж. — Нужно решить… вопросы.

Лаграндж покинул нас, а я предложил Урсуле полюбоваться ночным прудом. Служанка мадам Друшлакью постелила пледы на берегу, где мы и сидели, молча привалившись друг к другу.

Удивительно, но Урсула умудрилась уснуть в таком положении.

Ещё было удивительнее, что она даже не проснулась, когда я принёс её в её комнату. И что самое удивительное, смогла спать в этом пышном платье.

Надеюсь, меня никто не станет убивать, потому что я уложил девушку в кровать в такой одежде? Как там у них с платьями? После такого обращения ремонту подлежат?

Сам же я быстро пошёл в свою комнату. Мне тоже нужно отдохнуть. Чувствую, ночка будет жаркой.

Однако не успел я толком провалиться в сон, как заревела терпси-жаба.

Морская тревога.

Остров атакуют.

Глава 13

Под ор терпси-жабы, доносящийся с улицы, я распахнул глаза и недовольно уставился в потолок.

— Проклятье! — пробормотал я. Резко встав с кровати, я потянулся к одежде.

— Помогите!!! — донеслось из коридора. Кричала Урсула.

Я пулей вылетел из комнаты.

А девушка продолжила фразу:

— Мадам Друшлакью!

Урсула звала нашу служанку и теперь смущённо пялилась на меня.

— Тайон… — проговорила она. — Я… я всё вижу!

Я проследил за её взглядом и понял, что смотрит она на мою кулеврину. Ну да, привычка спать без одежды всегда со мной.

— Будто ты меня в музее не видела, — хмыкнул я.

— Там ты не шевелился, и было не до этого, — смущённо ответила девушка.

— А сейчас до этого? На город напали. Зачем тебе помощь?

— Ну так… — ещё сильнее смутилась она. — Платье снять. Жалко рвать. А бегать… неудобно.

Я быстро подошёл к ней и потребовал:

— Разворачивайся.

Она покорно развернулась, и я расстегнул верхнюю часть платья. В коридоре как раз показалась загадочная пугающая фигура, которая выглядывала из-за угла.

Наша служанка Марина Друшлакью в своём репертуаре.

— Дамы, дальше сами! Через минуту встречаемся внизу!

— Минуту? — опешила Урсула и, подхватив подол платья, поспешила обратно в свою комнату.

Я тоже рванул к себе, а то, когда я без одежды, наша служанка впадает в оцепенение.

Быстро одевшись, я спустился вниз и вломился в кабинет приёмного отца, чтобы воспользоваться Транслятором.

— Лудестия! — рявкнул Транслятор голосом Починкко.

— Это я. Собирайте команду на корабле, но только без лишнего шума. Свяжитесь с остальными капитанами, пусть делают то же самое. Но без меня ни один корабль не спускать на воду.

— Понял, брат. Сделаю.

Нажав отбой, я тут же связался с другим Транслятором, с которым у Транслятора отца заранее была налажена связь.

Почти сразу я услышал напряжённый женский голос:

— Слушаю!

— Мэри, это я. Отец у тебя?

— Тут я, сынок, — раздался чуть приглушённый голос. Лаграндж, явно стоял немного поодаль.

— Отлично. Уже известно, сколько кораблей?

— Пятнадцать, — недовольно проговорила дель Ромберг. — Против наших трёх. Что там в доках? Правда, что ещё долго ждать? Этот жирный мерзавец удачно подгадал момент, и…

— Слушайте меня, — перебил я, а затем поделился своим планом.

В кабинете Лагранджа на несколько секунд воцарилось молчание.

— Ты уверен? — наконец-то спросила дель Ромберг.

— Абсолютно.

— Что ж… Так и быть. Я тоже поверю тебе, — она горько усмехнулась и добавила: — Ведь капитан Лудестии всяко разбирается в морских сражениях побольше нашего.

* * *

— Господин, эти трусы прекратили стрелять! — радостно воскликнул Мартин Лерой — Кавалер Ордена Доблести Первой Степени, выдающийся человек, которому доверили управлять самым мощным кораблём викторианского флота в водах Шестого Сумеречного моря — линкором «Бессменная Виктория». — И пушки форта тоже замолчали.

На всякий случай он ещё раз припал к подзорной трубе.

Жирный Вице-Премьер Шестого Сумеречного Моря стоял рядом с командиром своей эскадры, которому недавно присвоили чин адмирала. Жерар Барелли с торжествующей улыбкой смотрел на пустую пристань в подзорную трубу. Со шканцев «Бессменной Виктории» открывался поистине прекрасный вид на остров Бун.

— Эти трусливые шавки разбежались! — торжествующе воскликнул он. — Хах! Как я и думал! Как только запахнет жареным, шлюшка дель Ромберг покажет свою натуру! Ха-ха! Между своей сочной задницей и жизнью этого пирата-алти, она, разумеется, выберет себя любимую!

— Все как вы и предполагали, господин! — радостно поддакнул новоявленный адмирал. Мартин Лерой корил себя за то, что не успел вернуться на казнь полу-алти и её прихвостней, и из-за этого не защитил город от пирата, захватившего Лудестию. Хотя больше его, конечно же, угнетало другое. Уже давно Мартин Лерой спал и видел, как он наказывает всю шайку-лейку Лагранджа, оскорбившую и его сына, и его самого.

— Ох уж эта дель Ромберг, — продолжал распаляться Барелли. — Сегодня её пухлые губки будут жадно причмокивать, а я ещё трижды подумаю, стоит ли оставить её на посту губернатора, — Вице-Премьер аж облизнулся, в предвкушении.

— Ей придётся очень постараться, чтобы убедить вас!

— А потом постараться ещё сильнее, иначе её дочурка будет висеть рядом с Лагранджем и остальными пиратами! Лаграндж! Ха-ха-ха!!! Я сделаю ночной горшок из его черепа, а всё остальное скормлю свиньям!

— Отличная мысль, господин!

— А до этого… До этого заставлю смотреть, как пускают по кругу его полу-алти. У тебя найдутся в команде смельчаки, которые вдоволь попульзуют эту грязнокровку?

— Найдутся, господин, уверен.

Третий человек, стоявший на шканцах — высокий тощий мужчина с прямыми волосами до плеч, носивший очки в серебряной оправе, во время этой беседы то и дело закатывал глаза. Иначе выдержать словесный понос двух мерзких похотливых мужчин, он бы точно не смог.

Благо никто не смотрел в тот момент на него — первого помощника Барелли Мориса Уинзи.

— Кстати, Морис! — резко повернулся к нему Барелли, которому уже успели подать вина. — Твои агенты отлично сработали! Они и правду не могут спустить Лудестию на воду! Ха-ха! Барбаросса был тем ещё дегенератом, раз умудрился просрать такой корабль и сдохнуть! А мы возьмём его, даже не повредив! Слышишь, Мартин, — вновь повернулся он к Лерою, — когда твои ребята будут драть полу-алти, пусть не забывают благодарить Лагранджа за то, что чинил для нас корабль! Нам, конечно, придётся ещё всё доделывать… Но я не сомневаюсь, что сложные контуры этот мерзавец уже нарисовал!

— Отличный план, господин! Мы уже почти на месте. Швартуемся? Отправляем десант?

— Конечно! И побольше! Я тоже пойду! Когда мы возьмём город, хочу чтобы дель Ромберг прилюдно упала передо мной на колени!

Пока Вице-Премьер наслаждался своими омерзительными фантазиями, его эскадра оцепила порт Торвиля. С каждого корабля был выслан десантный отряд с лучшими бойцами. С некоторых же кораблей, как например, с флагманского линкора, были отправлены едва ли не все бойцы. На корабле остались лишь канониры, чтобы пугать горожан большими пушками.

Как раз из-за пушек, нацеленных на форт и город, большинство кораблей пришвартовались не прямо на пристани, а остались в заливе, встав полукругом и отправив десант на шлюпках.

— Запомните эту ночь, господа! — торжественно проговорил Вице-Премьер, ступив на пристань Торвиля. — Ночь, когда мы отомстим предателю нашей великой родины и покараем пирата!

Для пущего эффекта он даже махнул в воздухе бутылкой вина, в которой осталась в лучшем случае половина.

— Да!!! — поддержали его морские пехотинцы. Все они уже были на пустой пристани. Вице-Премьер не желал отнимать у них хлеб и потому высаживался из шлюпки одним из последних.

— Вперёд, моя армия! — взревел Барелли.

А в следующий миг где-то в море оглушительно загрохотало.

— Что это?!! — изумлённо закричал Вице-Премьер.

— Летящий коготь… — прошептал один из капитанов эскадры. — Мой корабль…

Фрегат «Летящий коготь» уходил под воду прямо на глазах.

— «Разящий» тоже повреждён!

— И «Золотая лань»!

— И «Белка»!!!

— Немедленно возвращаемся на корабли!!! — взревел адмирал Лерой. — Это ловушка!!!

* * *

Резко крутанув штурвал Лудестии, я увеличил надув. Паруса затрещали, но, разумеется, выдержали. А мой корабль невероятно быстро для фрегата развернулся на сто восемьдесят градусов.

— Залп! — рявкнул Шон.

Громыхнуло так, что солнечные алти поморщились. Ну да, они на Франки-Штейне не плавали, да и на других кораблях с мощными пушками. Непривычны ещё ребятки к такому шуму.

— Как же громко! — восторженно выкрикнула Марси. — И мощно!

Хотя к пушкам Лудестии, похоже, только мы с Кевином и привычны.

Но и он и я, восхищённо смотрели за двумя корветами, идущими ко дну после одного