Карен Трэвисс - Республиканские Коммандо: Огневой контакт

А еще он продолжал наблюдение. Квиилура Дармана удивляла – она была живой, совершенно новой… море запахов, цветов, звуков… Сейчас первый страх уже прошел, превратившись в бритвенно-острое внимание; и клон к нему уже привык.

Больше всего его занимали звуки, издаваемые маленькими зверьками. Они ползали, летали и жужжали вокруг; иногда вскрикивали и замолкали. Пару раз он слышал, как кто-то крупный крадется в зарослях.

Если не считать краткого знакомства с Геонозисом, единственным, что Дарман видел, были элегантные, но закрытые города Камино, и бескрайнее бушующее море вокруг. Стерильные классы и бараки, где он провел десять лет (всю жизнь от младенца до идеального солдата) были предельно практичны и ничем не отличались друг от друга. А тренировки в пустыне, горах и джунглях были ненастоящими – лишь голограммы.

Красная пустыня Геонозиса превосходила все, что могли представить инструкторы; а теперь леса и поля Квиилуры демонстрировали множество того, чего не могло быть на голограммах.

Он все еще был на открытом пространстве, и местность была сложной для того чтобы передвигаться незамеченным.

"Сосредоточься, – сказал себе Дарман. – Собирай информацию. Выжми все из вынужденного безделья".

Хорошо бы сейчас позавтракать. По-настоящему. Он сжевал концентрированный сухой рацион и напомнил себе, что этот постоянный голод – не настоящий. Всего лишь усталость. Он поглотил достаточно питательных веществ для поддержания жизни и если есть дальше, то можно остаться без запасов. А они рассчитаны точно на недельную операцию и еще на два дня – в аварийном запасе. Пояс – единственная вещь, помимо винтовки, которую он потащит, если придется делать отчаянный марш-бросок без сорокакилограмммового мешка.

Где-то внизу проезжали фермерские машины, в одном и том же направлении; они тащили за собой квадратные опечатанные цистерны. Барк. Дарман его никогда не пробовал, но даже отсюда мог чувствовать запах. Тошнотворно мускусный, похожий на грибной; аппетит он отбивал надолго.

Если голокарта не врала, то транспорты направлялись в местное хранилище в Теклете. Он повернул изображение в нужную сторону и совместил его с картой, получая реальный пейзаж.

Да, теперь можно было с уверенностью судить о положении. Он был в десяти кликах от маленького городка Имбраани, и в сорока кликах к северо-востоку от ТВ-Бета; также в сорока кликах на восток от ТВ-Гамма. Они расположили точки встречи вдоль полетного пути, потому что сепаратисты ожидали бы от них рассредоточения, а не следования маршруту. Между ТВ-Альфа и Бета находился лес; превосходно для незаметного дневного движения. Если остальные приземлились нормально, и укладываются в график, они направятся к Бете.

Ситуация становилась лучше. Все, что нужно – это отправиться на ТВ-Гамма и подождать взвода. А если они не сумеют… что ж, тогда ему придется пересмотреть миссию.

Эта мысль заставила его на мгновение ощутить одиночество.

"В одиночку ты – ноль, вместе вы – все".

Дарман привык думать, действовать и даже дышать в компании – в группе четырех. По-другому он не умел.

"Но ведь ЭРКи всегда работают в одиночку, так?"

Он обдумал эту идею, прогоняя дремоту.

Внезапно позади зашуршали листья, и коммандо обернулся, сканируя пространство в инфракрасном режиме; сумел различить только стремительно мелькнувшее животное. Секунда – и оно исчезло. База данных утверждала, что на Квиилуре нет больших хищников, так что, чем бы это не являлось, оно не доставило бы больше неприятностей, чем гданы – по крайней мере, пока он носит этот доспех.

Дарман, не двигаясь, выждал несколько секунд, но зверь ушел. Так что коммандо вновь повернулся и сосредоточился на дороге и полях, пытаясь прогнать сон.

"Отдых требуется…"

Нет, он не собирался прикасаться к медпаку, чтобы обеспечить себе бодрость. Пока не собирался. Лучше сохранить ограниченный запас, пока все не станет по-настоящему скверным; а он был уверен, что такое время наступит.

Затем что-то изменилось. Застывшая картина ожила; коммандо приблизил изображение. Увиденное заставило его податься назад и уставиться на картину через прицел винтовки.

От группы деревянных зданий поднималась тонкая струйка дыма, быстро превращавшаяся в облако. И это не был огонь печи – Дарман мог разглядеть языки пламени, яркие желтые и красные сполохи. Дома (амбары, судя по всему) горели. Группа людей в тусклой одежде в панике суетилась вокруг, пытаясь вытащить вещи из огня. А другая группа – убезийцы, трандошаны, викваи – их останавливала, выстроившись перед амбаром.

Один из фермеров прорвал линию и исчез внутри здания. Обратно он не вышел – во всяком случае, пока Дарман смотрел.

Ничто, пройденное на тренировках, тут не помогало. Не было ни модели поведения, ни маневра, ни урока, который бы вспыхнул в мозгу и подсказал нужные действия. Работа с гражданскими в его обучение не входила; точно так же, как война не должна была касаться этих гражданских.

Обучение подсказывало: не отвлекаться на внешние помехи, пусть даже это и было невозможно.

Но что-то иное твердило – делай. Что? Задание, причина выжить – соединиться с взводом и уничтожить проект нановируса. А нарушение прикрытия для помощи гражданским поставило бы все под угрозу.

Сепаратисты – или кто там направлял эту шайку головорезов – знали, что он здесь.

Не нужно было быть гением, чтобы все просчитать. Корабль взорвался при посадке, и подорвал всю взрывчатку, которую Дарман не успел упаковать. Патруль викваев не вышел на связь в назначенное время. Теперь фермеров наказывали и запугивали – для него. Сепаратисты искали его.

Тактика побега и уклонения.

Нет, пока нет. Дарман сделал глубокий вдох и медленно поднял винтовку, ловя убезийца в перекрестье прицела. Затем провел стволом по остальным; восемь врагов, сорок зарядов. Он знал, что сможет попасть с первого раза и уложить каждого одним выстрелом.

Он задержал дыхание, касаясь пальцем спускового крючка.

Просто касаясь.

Сколько еще целей, которых он не видит? Позиция будет раскрыта.

"Не твое дело".

Коммандо выдохнул и расслабил захват на винтовке, убирая палец со спуска. Что случится с заданием, если его поймают?

В течение еще двух минут, двигаясь с неохотой, он выцелил убезийцев, виквая и трандошана несколько раз, но не нажимал на спуск. Хотя и желал этого сильнее, чем мог бы представить. Это вовсе не было рефлекторной реакцией снайпера – скорее уж беспомощный гнев, происхождение которого он не мог определить.

"Не выдавай позицию. Не стреляй, пока гарантированно не сможешь поразить цель. Продолжай стрельбу, пока цель не поражена и убедись в смерти".

Но все же бывают времена когда солдату приходится просто рассчитывать на удачу.

Они могут стать гражданами Республики.

Они могут стать союзниками.

Дарман более не чувствовал усталости или голода. Кровь стучала в ушах, и он чувствовал, как что-то сдавило горло; работал базовый рефлекс – бежать или сражаться. И выбирать побег было нельзя. Можно было лишь драться.

Он прицелился в голову первому викваю и нажал на спуск. Тот рухнул, и на мгновение его товарищи уставились на тело, не понимая, что случилось. Дарман ничего не имел против викваев; просто так уж совпало, что за последние часы он убил уже троих.

Внезапно придя в себя, головорезы развернулись в направлении выстрела, вскидывая оружие.

Первый выстрел прожег заросли слева от Дармана; второй прошел в трех метрах над головой. Так, они вычислили, где он… Клон переключился на гранатомет "ДС-17" и посмотрел в прицел – гражданские разбегались.

Взрыв гранаты взметнул вверх землю, обломки деревьев… и четверых из восьми врагов.

Вот теперь он точно себя выдал.

Когда Дарман вскочил и бросился по склону, четверо оставшихся пару секунд пялились на него. Он не понял, почему, но они стояли на месте достаточно долго, чтобы дать ему преимущество.

Пара плазменных лучей ударила в броню, но доспех легко выдержал удар в грудь, и клон продолжал бежать, выдав град выстрелов. Лучи сыпались как горизонтальный дождь; один трандошан кинулся наутек. Дарман выстрелил ему в спину, и бандит пролетел несколько метров, прежде чем упасть.

А потом дождь белого пламени стих; теперь солдат стоял над трупами. Дарман огляделся, ощутив, что его оглушает собственное дыхание.

Может, они должны были доложить о работе по комлинку в определенное время… а может, и не должны были. Сейчас эта информация все равно бесполезна.

Он пробежал от амбара до амбара, ожидая встретить других врагов; клон без страха проходил сквозь пламя – броне и костюму горящее дерево повредить не могло. Но даже с помощью визора он почти ничего не видел в густом дыму, и потому поспешно выбрался на открытое пространство.