Гилберт Честертон - Золотая коллекция классического детектива (сборник)

Болдервод Леттимер вышел навстречу посетителям. Он был маленького роста, коренастый, лысый, с красным лицом. Джиму показалось, что перед ним – церковный служка, любитель красного портвейна.

– Очень рад видеть вас, мисс Лейдж, – сказал мистер Леттимер, вежливо поклонившись Джиму. – Вы получили мое письмо? Мне жаль, что я вас побеспокоил, но все это действительно стало для меня невыносимым.

Они вошли в комнату, обставленную довольно старомодно. Ковры с пестрым рисунком не гармонировали с мебелью, обитой плюшем.

– Я уже хотел было обратиться в полицию, – сказал мистер Леттимер. – До сих пор я принимал эти знаки внимания за шутку, а иногда и за благодарность со стороны какого-то человека, которому я, возможно, оказал когда-то услугу.

Мистер Леттимер говорил с очень важным видом. Желая подчеркнуть то или иное слово, он размахивал своим пенсне, которое держал в руках.

– Теперь я пришел к выводу, что нужно предпринять решительные меры. Это регулярное подбрасывание к дверям моего жилища разных овощей – просто подлое оскорбление человека, которому желают напомнить о том, что он торговец. Человек, которому везет, всегда имеет врагов. Некоторые люди, которых я не хочу называть, очень злы из-за того, что я избран гласным в Кенсингтонскую думу. Так вот, торжественно заявляю: я всего лишь коммерсант и никто более. Ничего предосудительного в торговле нет, и незачем меня оскорблять!

– Разрешите представить вам мистера Ферраби из государственной прокуратуры, – решилась прервать этот словесный поток Эльфа.

– Очень приятно… мистер Болдервод Леттимер, член думы Кенсингтона… и коммерсант.

– Когда именно неизвестный субъект кладет на лестницу продукты? – спросил Джим.

– Между полуночью и тремя часами утра. Я дежурил по ночам, чтобы поймать негодяя на месте преступления и потребовать от него объяснений, но ничего не вышло.

– Мне кажется, оскорбление все же довольно невинное, – заметил Джим, улыбаясь. – Вы получаете продукты, которые нужно покупать на рынке за деньги…

– Да, но эти продукты могут быть отравлены! – холодно возразил Болдервод. – Я уже послал часть овощей в государственный институт для химического исследования. Правда, никаких признаков яда там обнаружено не было, но не исключено, что это – хитрая уловка, дабы усыпить мою бдительность.

– Не верю, чтобы кто-то хотел причинить вам зло, – не сдавался Джим. – Вы уже сообщили об этом в полицию?

– Официально я еще не жаловался в полицию. Я только говорил с двумя дежурными полицейскими, рассказал им суть дела. Просил их поймать злоумышленника частным порядком.

– Не лучше ли было поговорить об этом с вашим племянником, сержантом Леттимером? – спросил гость.

Болдервод нахмурил брови.

– Мы с ним в натянутых отношениях и почти не встречаемся. Когда он был еще юношей, я предложил ему стать коммерсантом. И, представьте, племянник отклонил мое предложение и поступил на службу в полицию. Конечно, полицейские нужны, без них плохо, но это еще не значит, что мой племянник должен был избрать для себя такую карьеру.

– Но это почетно, – заметил Джим.

Мистер Леттимер пожал плечами.

– Не думаю, что обращусь за советом к племяннику, – продолжал он упрямо. – Я потому пригласил мисс Лейдж, чтобы она разрешила эту загадку. Ведь вы, мисс Лейдж, несколько лет прожили в этом доме.

Болдервод Леттимер вопросительно взглянул на девушку, но та покачала головой.

– Я могу лишь посоветовать вам заявить о случившемся в полицию, – сказала она.

– Получаете ли вы продукты в больших количествах? – поинтересовался Джим.

– Нет, обычно я получаю столько, сколько человек может унести в карманах. Большой букет сирени был необычным подарком. Я как-то читал, что преступные банды делают таинственные предупреждения своим предполагаемым жертвам. Вы, мистер Ферраби, как человек опытный, как юрист, знаете: и в данном случае не исключено, что это действует шайка преступников…

Джим с трудом удержался от смеха.

– Нет, не думаю, чтобы здесь были замешаны преступники. Но лучше все же обратиться в полицию…

Мистер Леттимер презрительно усмехнулся.

– Я хорошо себя чувствую в этом доме и не хотел бы переезжать. Мисс Лейдж знает, что я неоднократно предлагал ей продать мне этот дом. Но в последнее время я думаю, что лучше мне переселиться в другое место.

– Однако это не самый разумный выход из положения, – смеясь, заметил Джим. – Это все равно что человек решает сжечь дом, чтобы поджарить жаркое. Не сопровождаются ли подарки иногда и записками?

– Нет, никогда. Правда, тот букет сирени был завернут в бумагу, на которой было написано карандашом несколько слов. Но я не смог сделать из этого никакого вывода и найти ключ к разгадке.

– Сохранилась ли эта бумага? – спросил Джим, которого неожиданно заинтересовала эта деталь.

– Посмотрю. Может быть, и сохранилась…

Мистер Леттимер вышел и долго не возвращался.

– Вы думаете, кто-то действительно шутит над ним? – спросила Эльфа.

– Похоже на шутку. Но это продолжается слишком долго…

Леттимер вернулся в комнату и сообщил, что «ключ к разгадке» употреблен для разведения огня.

Беседа подошла к концу. Джим и Эльфа сели в автомобиль. Джим хранил молчание, и это беспокоило девушку.

– Скажите, вы думаете, что за историей с продуктами таится нечто ужасное? – не выдержала она.

Джим очнулся от дум.

– Ужасное? – переспросил он. – Нет, вряд ли. Но история очень странная…

Сюпер обладал качеством истинного профессионала: он мог спать в любом месте и в любое время. Полчаса сна в вагоне или час-другой на стуле в участке было для него достаточно, чтобы чувствовать себя бодрым и свежим.

Церковные колокола звонили к вечерне, когда Сюпер разговаривал с сержантом Леттимером, который с усталым видом слушал его.

– Я только что беседовал по телефону с мистером Ферраби, и он сообщил, что кто-то заваливает вашего дядю овощами, яйцами и букетами сирени… Готов побиться об заклад, что ваш дядя впервые получил цветы.

– Надеюсь, выстрелы попадут в цель, – сердито сказал Леттимер. – Мой дядя – ханжа. Он высокомерен, как герцог, и бесчувствен, как печка.

– Но он милый старикан, – возразил Сюпер. – Ах да, забыл вам сказать: Эльсон вернулся, – спохватился инспектор. – Эльсон приехал в Хиль-Броу в пять пятьдесят три. Его автомобиль был забрызган грязью, а один из рефлекторов и предохранительное крыло повреждены.

Наступила пауза. Сюпер продолжил:

– Лучше мне самому им заняться. На молодежь нельзя положиться…

Он вздохнул и поднялся со стула.

– Я еду в Хиль-Броу. Вы останетесь здесь, чтобы принимать сведения из Паузея. Мне официально поручено заняться расследованием убийства мисс Шоу. Два часа назад комиссар Скотленд-Ярда сообщил мне об этом по телефону. Передайте инспектору криминальной полиции Паузея, чтобы он не вмешивался…

Сюпер укатил на своем старом мотоциклете в Хиль-Броу. Грохот его «адской машины» веселил детей, игравших на тихих улочках, и нарушал болтовню служанок у ворот.

Инспектор был изумлен, когда слуга Эльсона открыл ему дверь и сказал:

– Мистер Эльсон ждет вас. Соблаговолите пройти в его кабинет.

Поднявшись по широкой дубовой лестнице, Сюпер в сопровождении слуги прошел по коридору, устланному красными коврами.

Кабинет Эльсона находился в конце коридора. Из его окна были видны окрестности Хиль-Броу и улица.

Эльсон с хмурым видом полулежал в кресле. Его небритое лицо было еще более неприятным, чем обычно. Пластырь тянулся от виска к подбородку. Когда Сюпер вошел, Эльсон держал в руке большой стакан с виски.

– Подойдите поближе, мистер Минтер, – слабым голосом позвал американец. – Я хочу поговорить с вами. Что произошло с мисс Шоу? Она убита? Я читал об этом в утренней газете…

– Если вы читали об этом в утренней газете, то хотел бы я увидеть репортера, который описал это убийство, – невозмутимо заявил Сюпер. – Мы нашли тело мисс Шоу только сегодня на рассвете…

– Но я где-то читал об убийстве… А может быть, только слышал, – сказал Эльсон, указав дрожащей рукой на стул. – Присядьте, выпейте стакан виски.

– Я с рождения трезвенник, – заявил Сюпер, удобно усевшись на стул. – Так от кого же, позвольте узнать, вы услышали об убийстве?

– Право, не знаю, – пробормотал Эльсон. – По-моему, я все же читал об этом в лондонской газете. Но почему вы спрашиваете? – добавил он.

– Вы ведь почти не знали мисс Шоу… – начал Сюпер.

– Я видел ее в доме мистера Кардью… и только, – отрезал Эльсон.

– Ну, предположим, это не совсем так. Дженни бывала у вас в гостях, – заметил Сюпер. – Экономки любят посещать соседей, чтобы попросить у них кое-что из недостающей посуды…

– Ну, допустим, – согласился Эльсон. – Но откуда, собственно, вам это известно?