Гилберт Честертон - Золотая коллекция классического детектива (сборник)

– В моем бюро на Кинг-Бенг-Уолк, – ответил Кардью. – Если вы туда поедете, то найдете конверт в маленьком японском полированном ящике, на крышке которого выгравированы буквы «Д. Ш». Там еще лежит, если не ошибаюсь, нотариально заверенная копия завещания моей супруги, письма директора сиротского приюта, метрическое свидетельство Дженни и другие документы.

Кардью вынул из кармана своих брюк, лежавших рядом с ним на стуле, связку ключей и передал ее Сюперу.

– Вот ключи от бюро… Вы не узнали ничего нового?

– Нет. Как мисс Шоу попала в дом, который Леттимер охранял у самого порога, остается для меня загадкой, граничащей с чудом. До сих пор ни одно убийство не происходило при столь загадочных обстоятельствах.

– Леттимер все время был возле дома? – быстро спросил Кардью.

– Да, – твердо ответил Сюпер.

– У меня есть своя теория на этот счет, но я не хочу пока говорить о ней, – многозначительно произнес адвокат.

Увидев, как тонкая улыбка скользнула по губам Сюпера, он раздраженно добавил:

– Вы, конечно, не доверяете моим теориям, но как убийца улизнул из кухни, я знаю точно…

– Так изложите же свою версию, – холодно предложил Сюпер.

– Дженни и убийца вошли в кухню. Один из них запер дверь снаружи, то есть он или она…

– Правильно, – кивнул Сюпер.

– Он убил ее, и она упала прямо у двери. Убийце не хватило мужества поднять тело, и он решил бежать через маленькое окошко в стене. Очутившись в столовой, убийца должен был закрыть ставень, снабженный пружинным замком…

Сюпер хлопнул себя по колену и вскричал:

– Ну, конечно же, так оно и было! Ведь ставень автоматически закрывается без ключа. Вы выдвинули превосходную теорию, и я нисколько не удивлюсь, если она окажется верной. Однако каким путем убийца проник в дом и как ему удалось выбраться оттуда незаметно для Леттимера?

– Но ведь есть дверь черного хода…

– Она была заперта на засов, – возразил Сюпер. – Все окна снабжены подвижными ставнями и железными стержнями. Если убийца вышел через заднюю дверь, то как ему удалось запереть ее изнутри? Нет, мистер Кардью, это неверный вывод.

– Допустим, вы правы, – не сдавался Кардью. – Признаюсь, я сам пока не вполне уверен в своей теории. Возможно, я еще сообщу вам о гипотезе, которая убедит вас, господин инспектор.

Когда Сюпер и Джим спустились по лестнице, инспектор сказал:

– Гипотеза? Ого! Это нечто новенькое для меня! Когда эти образованные субъекты начинают переходить на латынь, я теряю голову. Но адвокат верно описал, как убийца вышел из кухни. Я от него такого не ожидал. Я думал, он станет излагать теории о подземных ходах, потайных дверях, похожих на шкафы, которые при нажатии пружины открывают выход на лестницу, ведущую в пещеру…

– Минтер, вы наверняка увлекаетесь бульварными романами, – весело заметил Джим.

– Нет, я читаю только газеты.

Джим больше не чувствовал усталости. Он сел за руль, и они поехали в Лондон. Общество Сюпера действовало на Ферраби благотворно.

Через некоторое время забрызганный грязью автомобиль остановился у Кинг-Бенг-Уолк. Джим, хорошо знавший здание, повел инспектора по лестнице к большой входной двери. В Кинг-Бенг-Уолк каждое бюро снабжено двойными дверьми. Когда наружная дверь закрыта, это признак того, что владелец не желает принимать посетителей. В приемные часы дверь обычно открыта. Через внутреннюю дверь можно войти независимо от того, открыта она или закрыта. Когда Сюпер вставил ключ в замок, он почувствовал, что наружная дверь поддалась: она была не заперта.

– Дверь не закрыта, – сказал Сюпер.

Они вошли в узкий проход. Справа была комнатка мисс Лейдж. Дверь в нее была заперта. А вот дверь в кабинет мистера Кардью была распахнута настежь.

– Кажется, мы опоздали, – сказал Сюпер, осмотрев комнату.

Ящики лежали на полу, их содержимое было всюду разбросано. Стол мистера Кардью был выпотрошен, выдвижные ящики вскрыты…

– Кто-то опередил нас! – воскликнул Джим, указывая на ящики. – Вот коробка с инициалами «Д. Ш»… Она пуста!

– Да, черт возьми, – буркнул Сюпер, – мы опоздали!

Он медленно осмотрелся. Его взор упал на каминную решетку с обгорелыми бумагами и пеплом. Многие листы были полностью сожжены. Сюпер собрал остатки бумаг и исследовал их. Но ни конверта, ни каких-либо документов, которые могли бы пролить свет на смерть мисс Шоу, он не нашел.

Инспектор взял в руки коробку с инициалами «Д. Ш.» и поставил ее на стол.

– Коробка не повреждена, ее открыли ключом, – заметил он.

Потом Сюпер снова метнулся к камину и тщательно осмотрел пепел. Через десять минут он поднялся с запыленными коленями. Затем снова нагнулся, исследуя пол. В руках у него была спичка.

– Можно, конечно, узнать, кто изготовил эту спичку и сколько людей пользуется такими спичками, – заметил он угрюмо, – но все, что я могу сказать сейчас – это что бумаги были подожжены с помощью спички.

Сюпер потянул за шнур на оконной шторе. Когда штора поднялась, на пол упал листок бумаги. Сюпер поднял его и увидел, что это квитанция на незначительную сумму.

– Очевидно, в ветреный день этот клочок бумаги был прижат к шторе, когда та была опущена, – произнес он задумчиво. – Нужно сообщить обо всем полиции и поговорить в спокойной обстановке с мистером Кардью. Он очень нервничает и потрясен убийством мисс Шоу. Конечно, он будет поражен, узнав о взломе в его бюро и о похищении важных документов. Для адвоката большой удар потерять документы.

Джим отвез Сюпера в Скотленд-Ярд и вернулся домой. Он был рад, что может наконец раздеться и поспать.

Только после захода солнца он проснулся. Его первая мысль была об Эльфе. Джим не решился звонить ей по телефону и поехал в таксомоторе на Кубит-стрит. Ему посчастливилось встретить Эльфу в тот момент, когда она спускалась по лестнице.

– Вы видели мистера Минтера? – спросила она. – Он только что вышел из моей квартиры.

– Он, наверное, вообще никогда не спит, наш неутомимый детектив, – сказал Джим. – Он уже рассказал вам о взломе в бюро Кардью?

– Да, мистер Минтер пришел ко мне после обеда и сообщил обо всем, – сказала Эльфа, идя рядом с Джимом. – Взломщики не тронули мою комнату, потому что дверь в нее была заперта. А вы знаете что-нибудь о «Большой Ноге»? – неожиданно спросила она.

Джим был удивлен тем, что Сюпер рассказал Эльфе о таинственной «Большой Ноге», хотя и скрывал это от Кардью.

– Мистер Минтер хотел узнать, не знакомо ли мне это прозвище, – объяснила Эльфа. – Но я никогда о нем не слышала. Что все это значит, мистер Ферраби?

Джим рассказал ей все, что знал.

– Все это так таинственно! Я не могу поверить, что мисс Шоу мертва. Как это ужасно! – повторяла Эльфа.

Они направились в Холбурн. Джиму хотелось бы узнать, зачем девушка вышла вечером из дома. На углу Кингсвей Эльфа приостановилась.

– Я должна доверить вам маленький секрет, – сказала она с легкой улыбкой. – Дело идет о столь ничтожной тайне, что мне, собственно, не следовало бы и просить у вас помощи.

– Чем меньше тайна, тем более полезным я могу быть, – возразил Джим с интересом.

– Речь идет о моем квартиранте, – объяснила девушка. – Вы удивлены, не правда ли? От отца мне достался дом, в котором мы жили. Это небольшое здание, но оно все же слишком велико для меня. Поэтому я сдала дом одному господину. Доход, несмотря на его незначительность, все-таки важен для меня. Но в последнее время мой бедный жилец стал очень уж нервным из-за яиц и намерен переехать в другое место.

– Из-за яиц? – с изумлением спросил Джим.

– Не удивляйтесь, мистер Ферраби, именно из-за яиц, картофеля, а иногда и капусты. Но главным образом из-за яиц…

– Я вас не понимаю, мисс Лейдж!

– Слушайте дальше. Мистер Леттимер вначале принял это за шутку, но потом…

– Мистер Леттимер? – перебил ее Джим. – Он родственник бравого сержанта?

– Это его дядя. Я только сегодня из уст сержанта узнала, что Болдервод Леттимер – богатый торговец продовольственными продуктами и холостяк. Кажется, он не разговаривает с племянником. Во всяком случае, между ними натянутые отношения, поскольку сержант сказал мне, что он никогда не был у дяди на Эдуард-сквер. Дядя сердит на племянника, из-за того что тот поступил на службу в полицию. Племянник, считает дядя, роняет этим достоинство семьи.

– Но, пожалуй, расскажите мне историю о яйцах.

– И о картофеле, – добавила Эльфа. – Это звучит как шутка, и я сочла всю историю абсурдной, когда услышала ее впервые. С тех пор как Болдервод Леттимер поселился в моем доме на Эдуард-сквер, сто семьдесят восемь, на пороге каждое утро появляются яйца, иногда красная редька, цветная капуста и прочие овощи. Одним словом, странные «подарки». Часто Леттимер находит дюжину картофелин, завернутых в грязную бумагу. Летом дары сопровождаются букетом цветов. В пятницу утром слуга мистера Леттимера открыл дверь и нашел спаржу и целый куст сирени. Таинственные регулярные подарки действуют моему квартиранту на нервы. Это продолжается уже довольно долго, чтобы считать это шуткой или чьей-то глупой выходкой. Я очень рада, что вы пришли. Может, вы разрешите эту загадку?