Эфирный эликсир - Владислав Викторович Порошин

Пробурчал Никита и забросил свои ценные промасленные варежки в бардачок, а после снова вдавил педаль газа.

— Слушайте, мне через полторы недели нужно в Луньевку сгонять к бывшему однокурснику. Может, скажете, где вас найти? Деньгами не обижу. — Я решил ковать железо пока горячо, раз передо мной маньяк, то неплох было бы знать, где его лежбище.

— На автовокзале, — недовольно сказал таксист.

— Вам что, тридцатка рублей лишняя? — Я надавил на «водилу». — На автовокзале много кто ошивается, сейчас доверять никому нельзя. А вас я уже знаю.

— Тридцатка, — поцокал языком Никита. — Вон там я живу на улице Свердлова, пятый дом. — Таксист кивнул в сторону выглядывающих вдалеке на пригорке частных домиков, мимо которых мы сейчас проезжали. — Накануне вечером придёшь, скажешь во сколько ехать. А меня не будет, записку оставь в почтовом ящике. Тридцатка никогда лишней не бывает, ха-ха! Учись, студент!

Мы пересекли ещё один мост через ржавую речку, и я решил больше товарища маньяка не задерживать, поэтому замахав руками потребовал:

— Остановите здесь, мне ещё на шахту зайти надо.

— Хозяин барин. Кстати, меня Никита зовут. — Представился водитель «Жигулей» и протянул руку.

— Очень приятно, Леонид, — брякнул я первое пришедшее на ум имя и пожал здоровенную мощную ладонь.

«Здоровый чёрт», — подумал я, выйдя из машины, и дождавшись, когда этот Никита развернулся и поехал обратно на автовокзал, пошагал к парням, которые меня уже заждались на автобусной остановке посёлка имени Орджоникидзе. Противоречивые чувства сталкивались в моей голове. С одной стороны радость, что вычислил убийцу, а с другой, идей как его взять, пока не было. Естественно, кроме одной, ловить на живца. И тут возникала проблема номер один — кто станет этим живцом? Девушка, которую нужно было подсадить в машину к маньяку, должная была быть резкая, шустрая, и смелая. Вторая проблема — это мотоцикл. Ведь маньячело может увезти свою жертву и не в свой дом, а в совершенно другое укромное местечко. Поэтому нужно было обзавестись транспортным средством для слежки. «Ничего, решим каждую проблему пошагово. Деньги есть, здоровье имеется, остальное приложится», — усмехнулся я, заметив в остановке своих друзей читающих советские газеты.

— Привет, мужики! — Махнул я рукой издалека, затем аккуратно отклеил усы, бородку и снял неудобные чёрные очки.

— Ну? — От нетерпения бросился ко мне Рысцов. — Он?

— Он. — Утвердительно кивнул я головой и спрятал весь свой грим в портфель. — Я ему подбросил рукавицы. Так он, увидев их, сильно удивился и сам же признался, что месяц назад их потерял.

— Надо брать, — выдал свой короткий вердикт Широков.

— Может, в милицию заявим, — предложил более простое решение проблемы Рысец.

— Ерунда, — усмехнулся «Широкий». — Чё менты ему предъявят? Рукавицы не доказательство.

— Сами возьмём, — согласился я, и мы медленно двинулись через посёлок к его окраине, откуда можно было полями пройти к нашему городскому двору.

— Как? Да и здоровый он очень, — засомневался Андрюха Рысцов.

— Здоровей видали, — хмыкнул Толя Широков.

— Нам нужна бойкая девица, которая согласиться маньяка спровоцировать, — сказал я. — И мотоцикл, чтобы мы вовремя пришли на помощь. Есть, у кого взять мотоцикл в наём? Поспрашивали?

— У соседа моего есть мотик с коляской, — ответил хулиган «Широкий». — Только он со мной даже разговаривать не станет. Поцапались мы один раз, когда я с «Белым» и с «Каримом» бражку жрал.

— Оки споки. — Улыбнулся я. — Я сам с ним пообщаюсь. И я сейчас подумал, девчонку бойкую, можно же в фабричной общаге найти. Там такие девки, сами маньяка изнасилуют. К тому же ей главное минут десять продержаться до нашего подхода.

— С Катькой перетрём. — Заулыбался Широков. — Кстати, она про тебя, футболист, уже спрашивала. Ха-ха. Когда к нам Валерочка заглянет?

— Значит так, сегодня репетируем. — Я остановился посреди улицы, между двух небольших частных домиков. — Завтра первую половину дня тоже. Вечером идём за мотоциклом и в общагу. Только никому ни слова.

— Я могила. — Кивнул головой Рысец.

И в этот момент из-за поворота на нас вырулила банда, человек десять, местных «крутых» пацанов. Некоторых из парней я знал, так как пересекался с ними на футбольном поле, но кое-кого нет. «И эти ищут опохмел, — тут же прояснилось в моей голове. — Но надеюсь, разойдёмся мирно».

— Какого я вижу? Какие люди и без охраны? — Заулыбался пацан лет девятнадцати и, судя по наколкам на руке, уже оттрубивший по «малолетке». — Футболист, Рысец и «Широкий». Вы двое отойдите в стороночку, а с «Широким» у меня есть о чём побазарить. Да, «Широкий»?

— А ты дай папиросочку, у тебя брюки в полосочку! — Я сделал резкий шаг навстречу местным парням, ведь нужно срочно было эти «тёрки» закруглять, так как в ход запросто могли пойти кастеты и ножи, а у меня как назло, нунчаки дома остались.

— Не понял? — Опешил главарь местной гопоты.

— Эх, яблочко, да с голубикою! — Выкрикнул я отчего-то частушку, услышанную в фильме «Собачье сердце». — Подходи буржуй глазик выколю, Глазик выколю — другой останется, Чтоб видал говно кому кланяться!

— Ха-ха-ха! — Загоготали местный пацаны.

— Я говорю, закурить дай. — Насел я на главаря. — А то башка трещит после вчерашнего. Гуляли по случаю батиных именин в ресторане. — Я решил молоть всякую чушь, чтобы сбить с гопников боевой настрой, поэтому заголосил как ненормальный:

Хоп, мусорок, не шей мне срок,

Машина "Зингера" иголочку сломала!

Всех понятых, полу-блатных,

Да и тебя, бля, мусор я в гробу видала! Опа!

— Ха-ха-ха! — Грохнули от смеха местные хулиганы. — Ну, ты футболист, б…ь, даёшь!

— Гитара есть, могу слова списать. — Я нагло хлопнул главаря по плечу. — Пойдёшь по второй ходке, с такой вещицей будешь в авторитете. Ха-ха!

— Гитара есть, время, б…ь, нет, — пробурчал главный гопник в посёлке. — Ладно, топайте пока. А с тобой «Широкий» мы ещё побазарим. Чё вылупились? Двинули, — шикнул он на свою гоп-команду.

— Хууу. — Я вытер выступивший на лбу пот, когда гопники почапали дальше по своим мутным делам, и сказал. — Искусство — лучшее средство переговоров. В некоторых случаях конечно.

— Ха-ха-ха! — Заржали мы все