Крест за Базарджик - Андрей Владимирович Булычев

Тимофей. – А у меня каждый человек на счету! Как что – всегда ведь фланкёров вперёд кидают. И так семи человек нет во взводе.

– Нашли из-за чего орать, – отмахнулся капитан. – До холодов подкрепления не будет, даже не надейтесь. Воюем как есть.

Глава 6. В дальний дозор

Отошедший после сражения в Козлуджу отряд генерал-майора Войнова оставался там две недели, ведя наблюдение за причерноморской Варной и всеми территориями от Шумлы и до Траянова вала. Главнокомандующий опасался десанта турок, и дозорные отряды кавалерии высылали для объезда местности ежедневно.

Августовское солнце нещадно палило, и стоявшие в карауле у крепостных ворот мушкетёры старались спрятаться от него в тень.

– Сто-ой! Пропуск! – рявкнул усатый унтер, перехватив фузею с примкнутым штыком. – Кто старший?!

– Прапорщик Гончаров! – Подскакавший во главе отряда драгун офицер, перегнувшись, подал бумажный лист.

– Минуту, вашбродь, сейчас только господина поручика позовём, – разглядывая чернильную печать с орлами, произнёс унтер. – Сами понимаете – служба. Велено только старшему всего воротного караула отряды из крепости выпускать и в неё запускать. Матвей, пулей к поручику! – крикнул он молодому солдату. – Он к Стефану-сапожнику в мастерскую отошёл. Скажи – драгуны опять выезжают!

– В дозор, вашбродь? – поинтересовался он у драгунского офицера. – Во-во, перед вами ещё три отряда из вашего полка выскочили и казаки. Нелегко, наверное, в такую вот жару по степи ехать, мы и то здесь у этих стен зажарились.

– Дело привычное, – проговорил, поправляя перевязь водоносной фляги, Тимофей. – Да и не всё ведь время по открытому месту идёшь, бывает, по лесу или у реки, а там хоть какая-то прохлада.

– Это да-а, у реки сейчас благодать, – не стал возражать унтер, покосившись на блестящий солдатский крест на груди у прапорщика. – Давно в офицерах, вашбродь?

– Два года, – ответил Тимофей. – А ты где Аннинскую медаль получил?

– За Фридланд дадена, ваше благородие. – То погладил на груди красную с жёлтым ободком ленту. – Знамя с дружком мы полковое отбили. Нам все мундиры тогда изодрали французы. Ну ничего, уберёг Господь. Видите, после мира с ними уже сюда турок воевать привели. А у вас, позвольте спросить, Егорий с Анной не за баталии с Бонапартием тоже дадены?

– Нет, за Кавказ. Не доводилось мне пока ещё с французом в открытой битве на коне сходиться.

– Хорошие воины, – уважительно произнёс мушкетёр. – Бойчее турок в разы будут, а ещё ведь и умелые, к победам привыкшие. Я бы сказал, что спесивые даже. Таких ох и непросто ведь бить. Хотя вроде как союзники они наши сейчас?

– Ничего, придёт время – собьём спесь, – проговорил задумчиво Тимофей. – Это пока мы союзники.

– Во-во, верно, и я вот то же самое своим говорю, что не остановится француз на Немане! – горячо сказал унтер. – Драчлив он уж больно, вот как в Европах на заднем дворе своём хозяйские дела завершит, так опять на нас и полезет. О, а вот и господин поручик, – встрепенулся он, завидев подходившего офицера, и сделал три строевых шага ему навстречу. – Ваше благородие, отряд драгун направляется в дозор! Вот пропуск.

– Поручик Губин! – Подошедший козырнул Тимофею. – На сапоге подмётка отошла. Утром, когда в караул заступали, держалась, а тут вон чего. Вы-то почему так поздно? Ваши уже час как за ворота выехали.

– Штабные придержали, – принимая обратно пропуск, пояснил Гончаров. – Должны были изначально к Шумле идти, а их превосходительству вдруг поиск у моря потребовался, вот и переиграли. Собирались на сутки, а тут, похоже, и тремя днями не обойдёшься.

– Море – это хорошо, – произнёс мечтательно поручик. – В такую пору только там и быть. Повезло тебе, прапорщик. Ладно, счастливо прогуляться, за меня там накупайся.

– Обязательно, – фыркнул Тимофей. – Взвод за мной! – И проехал в открывшуюся караулом створку ворот.

Вёрст двенадцать отряд следовал строго на юг по слабо набитой дороге. В селе, стоящем на большой дороге Варна – Шумла – Рущук, остановились, чтобы напоить коней и перекусить самим. Очепов пошушукался с артельными и, пока стояла сутолока у колодца, пробежался с Еланкиным по ближайшим домам.

– Ваше благородие, угощайтесь. – Клушин протянул прапорщику пресную лепёшку и большой кус сыра. – Берите, берите, ребятки гостинец вам передали. Рыжий сторговался с местными.

– Да ладно, до вечера сухарём обойдусь, – попробовал было отказаться Тимофей.

– Вы это, вашблагородие, ребяток-то не обижайте, они ведь от души, – укоризненно проговорил дядька. – Обидно бывает, когда вот так отказываются. И не переживайте, тут за сущие гроши болгары целую гору снеди дали, уж не объедите. Да и я нет-нет, а ведь подкидываю артельщикам серебра из нашей кассы.

– Ну, ладно, давай, Степанович, – согласился Тимофей, принимая гостинец.

Передохнув и расспросив местных, как лучше добраться к Белославскому и Варненскому озёрам и есть ли за ними дорога к морю, взвод вышел из селения и, проехав несколько вёрст по большому тракту, свернул на боковой просёлок.

– Наши это, Тимофей Иваныч, – присмотревшись к скакавшим навстречу всадникам, заявил Лёнька. – Точно наши, первый Колька Еланкин, а за ним Гришка с Никитой едут.

– Вижу, – произнёс Тимофей, переводя курок на предохранительный взвод.

– Ваше благородие, нашли мы ту речку, про которую болгары рассказывали, – осаживая коня около командира, доложился Еланкин. – Не широкая, но глубина есть. И на той стороне дорожка прямо вдоль речки тянется. Телега не пройдёт, а вот верхом легко можно.

– Ну и отлично, – порадовался прапорщик. – Вот по ней мы и двинем в сторону Варны. Дальше, по рассказам, два озера будут с протокой, а уже потом море. Свежий конский след есть?

– Никак нет, ваше благородие. Видать, давно этим путём не ходили, травой всё сильно поросло. А Марк голое место нашёл, ощупал всё там, говорит, неделю уж точно конь не ступал. Там он с Назаром нас ждёт.

– Ясно. Всё правильно, зачем людям по кустам шарахаться, когда до Варны, северней, хорошо набитый тракт есть. А вот нам такая дорожка – самое то. Взвод, за мной! – крикнул он и тронул поводья.

Через версты три действительно показался берег сильно заросшей камышом речки.

– Вот тут лучше переправляться, – показал место Еланкин. – Здесь только в серёдке саженей пять большая глубина, а так коню вода по брюхо везде. И сход удобный, кустов мало.

– А брода или моста вообще, что ли, поблизости нет? – недовольно спросил Чанов. – Вы, Колька, небось, поленились поискать, а нам в воду теперь лезть.

– Да вода-то – это ладно, на такой жаре враз обсохнем, а вот на трёх лошадях вьюки приличные, – вставил своё Клушин. – Не знаю, как с ними вплавь можно.

– Ваше благородие, челнок! – донёсся крик из кустов.

– Балабанов челнок